Возвышение. Земли Ордена - Михаил Павлович Игнатов

Хороший хозяин тоже знает, как встречать дорогих гостей, — я обвёл зал рукой, — а не вот это вот всё.

— Я тщательно расспрошу свидетелей и накажу всех виновных.

Или не удалось? Какой этот глава стражи острожный. Я скривился про себя и нажал сильней:

— Хорошо. Я первый свидетель и я говорю, что меня, Мара Гарой встретили отвратительно в вашем городе. Служанки были некрасивы и грязны, вино разведённое, а едва я указал на это, как с меня потребовали денег вперёд, словно я нищий, который пришёл набить живот за чужой счёт. Хозяин этого заведения в лице своего старшего слуги оскорбил меня, мою сестру и весь наш клан. Он должен заплатить за это. Если его здесь нет, то платите вы. Шестьдесят тысяч больших духовных камней.

Я ещё и руку вытянул вперёд, требуя вот прямо сейчас опустить мне в ладонь духовные камни.

— Ну! Или это не я, а глава стражи главного города Дизир нищий?

Этого, наконец, хватило, и на меня обрушилось давление духовной силы. Правда, обычно ей давили, заставляя опуститься на колени, сейчас же давили, пытаясь поднять со стула и разогнуть нас.

Я презрительно фыркнул:

— Предводитель? Как-то слабовато для Предводителя. Между нами разница в ступень, но где же… — через миг я повернулся в сторону Рейки, которую как раз подняло со стула и выгнуло, заставляя вытянуться на цыпочках. — Сестра⁈ Да, как ты смеешь⁈

Рывок сквозь плотный, тугой воздух и духовную силу, удар плечом в грудь Сотака, крутнуться вокруг него, заплетая ему одну ногу и пытаясь свалить. Не вышло. В сторону я отлетел, уже сжимая в руке цзянь, и тут же атаковал снова, на этот раз жаля сталью.

Первые удары Сотак принял на Покров и голые ладони, но стоило мне первый раз использовать оружейную технику, как и он достал меч.

Двадцать ударов — и я отлетаю в сторону, зажимая рану в плече. Не Виликор, даже не Дим, но очень хорош, мне даже не сильно пришлось поддаваться.

Я отнял окровавленные пальцы от плеча, оглядел их, а затем вскинул к небу:

— Старейшина! Доколе вы будете наблюдать, как отребье унижает таланты клана Гарой?

— Доколе? — зашёлся от смеха Седой, но спустя всего вдох сбросил невидимость, стоя на мече в полусотне шагов над нами. — Юный господин? — раскатился над окрестными домами его голос. — Госпожа? Что с вами?

— Ты ослеп, раз спрашиваешь⁈ — разъярённо проорал я в ответ.

— Кто посмел? — голос Седого теперь рокотал над домами, словно раскаты грома.

Я на миг закатил глаза, возмущённый абсурдом происходящего, всё же во время обсуждения плана это не выглядело настолько тупо, но ткнул окровавленным пальцем в сторону Сотака Молда, главы стражи.

— Он!

В тот же миг Седой словно провалился вниз, за вдох упав буквально до мостовой, зависнув в последнее мгновение всего в полушаге от брусчатки и всего в двадцати шагах от нас и Сотака.

— Ты⁈

Волна духовной силы тоже была хороша: достаточно ослаблена, чтобы не выдать настоящий ранг Возвышения Седого и достаточно сильна, чтобы пронять первого из врагов Ордена.

— Старший, — поспешно согнулся в приветствии глава стражи Дизир, Сотак Молд. — Рад приветствовать вас на земле клана Дизир.

— Толку от твоих приветствий и твоей радости? — спросил Седой, тоже сейчас носящий совсем другое лицо. — Они могут влить обратно пролитую кровь? Нет, не могут. Поднявший руку на талант клана Гарой должен поплатиться этой самой рукой.

Свистнуло: Седой прямо на летающем мече рванул вперёд, выставив перед собой ладонь.

Сотак оказался застигнут врасплох, явно не ожидал, что слова тут же облекут в дело, но увернулся, вскинул меч и… начал пятиться под градом острых ледяных осколков, которые обрушил на него Седой. У того не было моей возможности по-быстрому выучить пару техник чужой стихии и использовать их. Это мне можно было отговориться тем, что я только начал их познавать, а потому не могу использовать в полную мощь, но старейшина клана, который к седым волосам, а Седой сейчас изображал именно такого старика, только-только изучил техники своей стихии? Смешно. Вот Седой и не смешил никого.

Бил наверняка, но аккуратно и наверняка меньше, чем в десятую часть его силы: ровно на Предводителя второй, самое большее третьей звезды.

Теперь лёд жалил и из-под ног главы стражи, окружил его туманным дыханием, сгустился фигурой Седого, который нападал с мечом, казалось, сразу с трёх сторон. Вот он дотянулся сталью первый раз, вот зацепил второй…

— Дядя! Брат! Третий брат! Мне нужна помощь! Немедленно! — завопил мыслеречью Сотак.

Поздно.

Даже непрерывный Покров Предводителя можно пробить, если вложить в это достаточно сил. У Седого было достаточно не только её, но и опыта. Не уверен, что смог бы так же быстро и красиво достичь цели, скованный ограничением.

Короткий вскрик, ослепительно сияющий меч Седого отсекает руку Сотака у самого плеча, на землю она падает уже промёрзшая, белая, покрытая инеем.

— Так будет с каждым, кто поднимет меч на талант клана Гарой!

Седой поднимает ногу и с силой обрушивает её на замороженную руку, дробя её на сотни крошечных кусочков.

Какой самый простой способ не дать лекарю приживить руку обратно? Потянуть время, забрать руку, сделав её предметом торга. Или уничтожить эту самую руку.

Конечно же, я выбрал последнее. Что для Предводителя означает лишиться руки?

Это означает долго и мучительно отращивать новую, затем закаливать в ней меридианы, открывать узлы Воина, после или одновременно с этим открывать узлы стихии, привыкать к новому течению силы в новых меридианах и новых узлах, привыкать с самой новой руке.

Даже в Пятом поясе с её лекарями, уровнем силы Неба и прочим Зеленорукий предпочёл долгие годы бороться за свои руки и ноги, а не лишать себя их и не начинать сначала.

Года на три, а скорее, на пять Сотак Молд — калека, лишённый большей части своей боевой силы, и вряд ли даже половины оставшейся жизни ему хватит, чтобы вернуть себе всю силу. Первый из Дизир, который стал калекой сегодня.

Сейчас он стоял, зажав рукой рану, и неверяще глядел на остатки своей руки под ногами.

Седой поклонился мне:

— Молодой господин Мар, этот безумец наказан за свой проступок против клана Гарой.

Эти слова вырвали Сотака из оцепенения, он вскинул голову, ожёг нас троих ненавидящим взглядом и ухватился левой рукой за амулет на шее