Ратибор. Возмездие - Александр Фомичев

Пурагелис, глава Роковой Длани, решил всё за меня, велев взять на новое свиданьице напарником одного грозного соратника…

— Хорошо, коли так! Не стану лезть в эти ваши колдовские штучки. Главное, результат, — Эдиз нервно забарабанил пальцами по обитому бархатом подлокотнику трона. — Но позволь уточнить, на всякий… Он же смертный? Ну, Ратибор ентот?

— Несомненно, — согласно хрюкнула Урсула.

— Соответственно, простой меч в сердце, яд забористый, топор палача или огонь гарантированно убьют рыжего медведя?

— Конечно, владыка! — Урсула утвердительно кивнула. — В этом ты можешь быть уверен!

— Что ж, в таком случае, — с явным облегчением вздохнувший Эдиз повернул голову к Герканту, — собирай-ка ты войско да отправляйся по весне на Русь! Возьмёшь с собой Урсулу и вифирийские катапульты. Казну нашу со златом вернёшь, Мирград сожжёшь дотла! Всех жителей, от мала до велика, на кол! Башку рыжемордого варвара же привезёшь мне! Закажу резчикам по кости из его черепа себе ночной светильник в опочивальню.

— Будет сделано, властитель! — военачальник почтительно склонил маковку, а потом решился-таки уточнить: — Я правильно понимаю, что вы с нами не плывёте?

— Правильно, лободырик, — желчно кинул Эдиз. — И как ента ты догадался, ума не приложу! Мне, по-твоему, что, больше делать нечего, кроме как снова в такую даль переться⁈ — вдруг резко вспылил ослямбский монарх. — Дел государственных — навалом! Разгребать и разгребать, ик! — император, которого неплохо уже развезло на старых дрожжах от выпитого с утра, осушил очередной кубок с вином, уронил его на услужливо подставленный поднос и, ни капли не смущаясь, протяжно рыгнул на весь тронный зал.

— Пожалуй, мне треба к нужнику, — Эдиз встал и нетвёрдой походкой пошлёпал мимо склонившихся в низком поклоне придворных. Но вот он развернулся и перед тем, как выйти из зала, смурно оглядел сначала Урсулу, затем Герканта, а после гаркнул повелительным тоном: — И да! Действуйте сообща! Распри старые отставить! Используйте, по возможности, сразу весь свой арсенал: и магию, и катапульты, и войско! Не тянуть! Действовать быстро и свирепо! Чтоб на веки вечные остальные русичи запомнили, каково енто, злить императора Ослямбии! Всё ясно⁈

— Так точно! — опять вытянулся по струнке Геркант.

— В этот раз, владыка, я не подведу! — горячо прошелестела в ответ Урсула. — Не сомневайся!

— Очень на это надеюсь, ик! Ранее ты меня не разочаровывала. Окромя последнего случая. Надо бы исправиться, — пьяно проворчал себе под нос Эдиз, удаляясь из тронного зала. — Ну а ежели вы снова обделаетесь, непутёхи, можете не возвращаться; иначе засуну голышом в самый здоровенный термитник, который имеется в Ослямбии! Живьём, естественно!

Глава 20

А тем временем в Мирграде

Малая трапезная во дворце Ратибора

— Ну? Что там у нас? — рыжегривый исполин, у которого с утра так и не появилось желания откушать, поступил очень мудро и насильно впихивать в себя жареного поросёнка не стал. Не хочешь — не ешь. Элементарное правило в жизни, которое, если соблюдать, поможет избежать многих проблем со здоровьем. Потому Ратибор просто отхлебнул обычной родниковой водицы из пузатого кувшинчика и затем хмуро зыркнул на восседавшего от него за столом по правую руку, только что добро отобедавшего Емельяна, у которого с аппетитом нынче было всё в порядке.

— А что у нас, да ничего хорошего, — племяш Святослава, минуту назад умявший на пару с сидящим напротив Мирославом вкуснейшую хрюшку (не пропадать же добру, коль государь не с той ноги с утра встал), обтёр ладони мокрым льняным полотенцем, смоченным в специально предназначенной для этого стоящей недалече кадке, а после приложился к кубку с квасом. — Девять с половиной тысяч воинов насчитали. Рать медвежья снова уменьшилась; вторжение осов и последующие два года под правлением Лютеги витязей нам явно не добавили. Зато у Борграда, жившего с момента нападения половцев во главе с ханом Улукбаем вполне себе тихо-мирно, войско выросло аж до шести тыщ голов, что для кабанчиков немало…

— С учётом того, что Борислав обещал свою помощь, получается, нас пока пятнадцать тысяч с половиной, — угрюмо подсчитал Мирослав и так же невесело подвёл неутешительный итог: — Негусто. Особенно если принимать во внимание, что противостоять нам будет стотысячная орда.

— Сегодня рано утречком прилетел голубок из Орёлграда. Изяслав крайне признателен Благане и мне за спасение его родни от тёмного чародейства Урсулы, однако на мой призыв объединиться супротив ослямбского полчища ответил, что обязательно примкнёт к нам… Но с условием, что на момент присоединения наша рать будет насчитывать хотя бы под пятьдесят тысяч дружинников. Да чтоб Перун ему чёботом на клюв наступил! — вскипел, аки пузатый самовар, вспыльчивый «рыжий медведь». — Тысячный полтинник ратников, видите ли, Изе подавай, и лишь потом он соизволит подвалить со своими птенчиками! Врезал бы атаману пернатых по лбу горячей поварёшкой, да жаль, не могу дотянуться!

Друзьям Ратибора стало понятно, почему у него столь скверное настроение с утра. Вести из Орёлграда оказались безрадостные.

— Сколько, кстати, у орлят сейчас воинов? — Мирослав упёрся пытливым взором в Емельяна. — Если не ошибаюсь, ты ведь проводил последнюю перепись у наших соседей? Ну, когда ещё совсем недавно писарем при Изяславе куковал?

— Угу, проводил, — утвердительно крякнул главный советник. — Почти семнадцать тысяч. Орлы после нападения хазар так же, как и пятачки́, лишь плодились в мире и согласии.

— Серьёзная сила, — мрачно протянул светловолосый мечник. — Надобно покумекать, как всё-таки их убедить