Стирая границы - Симона Элкелес

– Ага, – признается она с горечью.

– Вот здорово. То есть, получается, твой отец не знает, где ты, при этом он может быть замешан в делах картеля, а когда узнает, что ты солгала ему, он будет очень зол.

– Да, именно так.

Я могу либо волноваться из-за этого, либо спокойно к этому отнестись и попробовать все исправить.

– Можем пойти пешком сегодня же ночью, – говорю я.

Она кажется шокированной.

– Ты не в ярости?

Я качаю головой.

– Что хорошего в том, чтобы сейчас злиться? Это никак не изменит ситуацию, так ведь?

– Нет, но мне жаль, что я не рассказала тебе раньше. Я боялась, если ты узнаешь, что он против моей поездки к абуэле Кармеле, то не повезешь меня. Или заставишь позвонить папе и отпроситься у него, а я понимала, что он не разрешит. Он бы позаботился, чтобы его новые телохранители не дали мне выйти из дома.

– Иди сюда, – говорю я, притягивая ее в свои объятия. Я не буду злиться или расстраиваться. Теперь мы команда. Если она падает – я поднимаю. В этих отношениях я не собираюсь делать еще хуже, когда ей и без меня трудно. – Мы можем пойти по проселочным дорогам, пока не найдем того, кто отвезет нас в город, или хотя бы дом с телефоном, чтобы позвонить Матео.

– Почему ты ведешь себя так мило? Я же солгала тебе.

– Мы разберемся с этим вместе, Далила, я не брошу тебя, если только ты сама этого не захочешь.

– Ого. – Она меня крепко обнимает. – Это самое приятное, что мне когда-либо говорили. Темнеет. Давай просто сделаем, как ты сказал. Мы можем отвезти пикап за те камни на ночь, чтобы нас не было видно, и отправимся в путь утром.

– Уверена, что такой план подходит? – Мысль о том, что ее строгий отец не знает, где она спит этой ночью, не очень-то радует. – Я могу оставить тебя в пикапе и пойти поискать помощь.

Она отчаянно качает головой.

– Я тебя не отпущу. Ни за что.

Вскоре мы прячем пикап за огромными валунами и сидим, наблюдая за закатом. Воздух наконец становится прохладнее. Вдали слышится вой, который напоминает нам, что мы прямо посреди полей.

– Здесь так спокойно, – говорю я ей, когда она кладет голову мне на колени, а ее волосы рассыпаются по моим джинсам. – Я бы мог здесь жить, – продолжаю я и прохожусь пальцами по мягкой голубой пряди. – Только без картелей или наркобаронов.

– Моя страна не вся наполнена наркобаронами и картелями.

– Знаю. Из-за новостей в США кажется, что Мексика – военная зона.

– А нам кажутся такими же репортажи о Чикаго. Там выставляют военной зоной именно его.

– Думаю, что новости показывают лишь то, что хорошо вписывается в историю, – замечаю я.

Она обнимает меня крепче.

– Давай построим дом прямо здесь, Райан. У нас будет несколько детей, будем есть то, что вырастим на земле.

– Несколько детей? – спрашиваю я. – Несколько – это сколько?

На ее лице появляется игривая улыбка, когда она садится и говорит:

– По крайней мере шесть. Восемь максимум.

Я чуть не подавился.

– Восемь? Как насчет трех? Мне это кажется хорошим числом.

– Да разве это число, Райан. Вот восемь – да…

Пока мы в стране фантазии, я могу погрузиться в ее иллюзии.

– Ладно, у нас будет восемь детей. У нас даже хватит земли на новый дом для abuela Кармелы.

– Не забудь о моих трех сестрах. Мы им тоже построим дома. Каждой.

Я представляю все это в голове, словно однажды это может стать реальностью. Мне нужно добавить лишь одно.

– Нам придется построить дом и для моей мамы. После прохождения реабилитации она могла бы жить с нами.

– Может, она изменится, когда станет старше, – говорит мне Далила. Она садится на мои колени лицом ко мне. Не могу поверить, что притворялся, будто у меня нет влечения и чувств к ней. Ее наглый носик трется о мой. – Все может измениться, Райан. Даже твоя мама. – Она берет мое лицо в ладони. – Но, если не получится, мы всегда будем друг у друга. И наши десять детей. Мы создадим свою любящую семью.

Я поднимаю руку.

– Вау, притормози. Ты только что сказала десять детей?

Ее улыбка становится шире. Мне нравится эта улыбка.

– Возможно.

– Если у нас будет десять детей, то лучше начать практиковаться прямо сейчас. – Я кладу руку ей на затылок и нежно целую. Она хватается за мою рубашку и стонет, когда ее язык тянется навстречу моему. Так я потеряю самообладание еще до того, как все начнется.

Правда в том, что я могу представить, как проведу остаток жизни с этой сумасшедшей, удивительной девушкой, которая скрывает столько секретов и не дает мне расслабиться. Я не знаю, чего ожидать дальше, и не до конца доверяю ей.

Но несмотря на все это, я влюбляюсь в нее.

Она обрывает наш поцелуй и, все еще сидя на мне, снимает мою футболку, которая была на ней весь день. Ее пальцы направляются к крючку сексуального бюстгальтера, и она расстегивает его, заставляя меня почувствовать себя самым удачливым парнем на планете. Он спадает с ее плеч, открывая идеальную полную грудь. Я сглатываю, и мое дыхание становится прерывистым, когда ее рука тянется к моей молнии.

– Райан, – шепчет она мне на ухо. – Давай притворимся, что эта ночь – последняя ночь в нашей жизни, ладно?

Обычно я против того, чтобы притворяться. Но не сегодня ночью.

Тридцатая глава

Далила

Мы почти не спим уже вторую ночь подряд, но мне все равно. Приятно видеть лицо мирно сопящего Райана. Прошлой ночью я отдала ему все, что имею – мои сердце, душу и тело.

Я крепко прижимаю его к себе, не желая никогда