Дорога жизни - Елена Тихомирова

Да-да, мистер Сильвер. Потому что, прежде чем угрожать, вам следовало бы задать присутствующей здесь аир Свон кое-какой вопрос, - тут профессор Аллиэр посмотрел на Милу и, мягко положив свою ладонь поверх ладони девушки, спросил: - С кем из нас тебе хочется продолжить путь, моя хорошая?

Мила вздрогнула и виновато опустила взгляд к полу, прежде чем с укоризной поглядела на профессора Аллиэра. И услышанное им обращение, и этот её взгляд – всё это заставило Саймона нахмуриться. Он достаточно хорошо знал людскую натуру и тем более привычки Милы, чтобы сделать некий неприятный для себя вывод.

- Прости, Саймон. Я очень рада увидеть тебя, но ты слишком много на себя берёшь. Я продолжу дорогу в Вирград вместе с профессором Аллиэром.

- Вместе с ним? – переспросил он и, заставляя себя перестать пялиться на соединённые руки тёмного эльфа и любимой им девушки, сказал: – Знаешь, Милка, я что‑то тебя совсем не узнаю.

- Но это мой выбор, - дрожащим голосом ответила она, и Саймона тоже затрясло, только от злости. Дело было в том, как Мила при своих словах наклонила голову. Из-за этого воротник‑стоечка её форменного платья обнажил ту часть шеи, на которой остались синяки, а уж откуда такие берутся любому пожившему на свете мужчине было прекрасно известно.

- М-да. Как бы тебе о своём выборе не пожалеть, - прямо сообщил он. А затем, никак не веря в произошедшее, замотал головой и только потом сказал: - Каждый из нас сам творец своей судьбы. Но твоя, Милка… твоя, Милка, стала мне до отвращения противна.

После такого находиться в трактире сделалось делом невозможным. Все первоначальные планы полетели в тартарары, а потому, едва вошёл в таверну Томас, Саймон тут же ему громко приказал:

- Уезжаем отсюда. Немедленно.

Слова Саймона не разошлись с делом. Он, морщась от неприязни, вышел из трактира, потребовал свою кобылу и спустя пять минут скакал так, что только пыль на дороге стояла столбом. При этом выглядел он как живой мертвец. Здорового крепкого мужчину потряхивало, он был необычайно бледен.

- Мистер Сильвер, а куда мы спешим так? – всё же осведомился Томас, едва Саймон пощадил лошадь и перестал так нещадно её гнать.

- В Вирград. Теперь мы должны оказаться там раньше кое-кого. Только так никто не помешает мне свидеться с кое-каким приятелем из академии.

- Хм, это с тем самым, кто к вам с письмом приходил? – уточнил телохранитель.

- Да, надо бы мне ему кое-что лично сказать. Именно лично, иначе нельзя.

Томас задумчиво замолчал, и Саймон был ему благодарен за то, как мало тот спрашивает. Совсем не хотелось ему объяснять, что фразу «ничего я не выяснил» бумага бы ещё стерпела. Но предостережение о том, что лучше бы Вигору забыть про их общее дело, так как Милка перед профессором Аллиэром во всех смыслах стелется. Такое… такое он только украдкой, по большому секрету сообщить и мог.

***

- Поль, хватит упрямиться, - в какой-то момент его прогулки по парковым дорожкам академии, донеслось до Ралгана. - Отчего вы настолько раньше вернулись? И отчего на вас лица нет?

- Вам этого лучше не знать.

- Неужели вы перестали считать меня своим другом, раз не желаете унять моё беспокойство? Отчего вы вообще словно избегаете меня?

- О-о-о, вы по-прежнему мой дорогой друг, но причина… причина моего молчания такая существенная.

Владыка Стихий Ралган с интересом присмотрелся к сидящим на парковой лавочке мужчинам. Один из них был одет в белое, другой в чёрное. Смотрелись эти двое несуразно рядом друг с другом. Да и неприятен был Ралгану преподаватель по имени Поль Оллен. Он считал его человеком недалёким, склонным к глупым (даже непристойным) авантюрам, а потому трагичность в его голосе эльфа нисколько не тронула.

… Вот только информация, которую этот человек вот-вот донёс бы до своего близкого друга, всё же имела шансы оказаться полезной. Поэтому Владыка Стихий сделал шаг в сторону и замер так, чтобы его силуэт оказался скрыт статуей в человеческий рост. Затем он аккуратно воспользовался чарами иллюзии и, выразительно поглядев на Ниатэля, продолжил прислушиваться. Помощник немое указание своего владыки понял и скрылся от посторонних глаз не менее умело.

- Да что у вас произошло, Поль? Что?

- Сущий кошмар со мной случился, - всё же решил довериться Поль Оллен, но при этом занервничал так, что суетно встал и прошёлся вдоль парковой лавочки туда-обратно. Только после этого он остановился и продолжил говорить. - Представляете, Люций, я среди толпы прокажённых паломников обнаружил самого настоящего имперца.

- Имперского шпиона? – округлив глаза и наклоняясь вперёд, шёпотом осведомился старший преподаватель кафедры сглаза и проклятий.

- Толком не знаю. С одной стороны, этот парнишка, лет эдак двенадцати, под своим прикрытием вряд ли чего-либо полезное смог бы выяснить. Да и выглядел он ребёнок ребёнком, когда его допрашивать стали.

- Как? Неужели вы присутствовали при этом?

- О, великие стихии, да. Возникли сложности, кого-то более правильного для такого дела сразу не смогли дозваться, – начал жаловаться на свою судьбу Поль Оллен. – У меня выбора не было, как за всем около суток наблюдать. Я даже от сна отказался, так как этот паренёк оказался неплохо так натаскан на магию. Контролировать кому-то его было необходимо, а местный маг… нет, ну я прямо-таки не знаю как он сумел академию закончить. Сущий болван! В результате я всё слышал, что этот мальчик говорил. А он такие страшные речи вёл. И при этом всё требовал, даже через слёзы требовал.

- Чего? – спросил Люций Орион с таким выражением на лице, как если бы сам боялся своего вопроса. Собственно, другой человек на его месте (более предусмотрительный) уже заявил бы, что ничего слышать не желает. Но преподавателю было любопытно, и он думать не думал, что разговор кто-то подслушивает. Поэтому он всего-то тревожно огляделся по сторонам, а затем встал с лавочки и подошёл вплотную к своему другу. - Ну же, Поль. Чего он хотел?

- Он настолько плохо по-лавратийски говорил, что я до конца не уверен. Но, знаешь, Люций, мне думается, он хотел увидеть кого-либо из Ковена. Я потому и настоял, чтобы туда известие