Дорога жизни - Елена Тихомирова

по напряжённости черт его лица, думы его были не из приятных. Однако, вскоре он остановился и произнёс:

- Хорошо, я прислушаюсь к вам. Готовьтесь к скорому отбытию, друг мой. Официальный вызов в Лиадолл, чтобы лишить вас необходимости объяснять своё вынужденное отсутствие в академии, вот-вот поступит.

- А что мне делать с юношей?

- Проблему вызволения дара для империи я возьму на себя.

Глава 11. Пусть смельчакам не свойственно бояться озвучивать своё мнение, но умные-то не зря молчат

Обычно голосу Люция язвительность никак не сопутствовала, но в настоящем он не зря отозвал девушку в сторону от её учебной группы. Пусть бы прочие стояли у пока ещё закрытого кабинета и с любопытством поглядывали на них, толково подслушать у студентов всё равно бы не вышло. А ему было необходимо переговорить с Милой Свон. И разговор на подобную тему в принципе не мог строиться легко и непринуждённо.

Однако, да, мог бы выбрать Люций другой тон. Мог. Но он был всё-таки человеком, а не големом, и потому не сдержался. Право, если описывать происходящее честно, то странно, что ему хватило выдержки повести себя хотя бы так. Для тех эмоций, что били в нём ключом, его недовольство выразилось весьма скупо. Бедного куратора группы прямо‑таки потряхивало от понимания, в какую именно историю ввязалась эта девушка, и как итог мог аукнуться каждому участнику событий (и ему в том числе!). Но силы духа хватило Люцию повести себя относительно спокойно, пусть и всё равно не очень-то достойно. Язвительная интонация сделала его вопросы крайне неприятными.

- Ну-с, аир Свон, рассказывайте. Как прошла ваша совместная с профессором Аллиэром поездка? Остался ли он доволен вашим сопровождением?

- Вполне, - тихо ответила вмиг порозовевшая от стыда девушка.

- Да, наверное, вы многое из этого путешествия почерпнули, - сочился из него сарказм. - Ваш жизненный опыт стал существенно богаче.

- Мэтр Орион, ну не надо, - ещё тише произнесла девушка жалобным голосом.

- А что не надо? – деланно поразился он.

- Ну, вот этого не надо. Не надо меня стыдить. Мне и так крайне неприятно, что перед самым возвращением в Вирград я в трактире Саймона встретила. Он понял всё про меня и профессора Аллиэра, и такие слова сказал, что я до сих пор от этой встречи отойти не могу.

Глаза студентки сверкнули влагой. Люций прекрасно видел, как поджалась её нижняя задрожавшая губа, и прекрасно понимал, как мог бы отреагировать на новость такой человек как Саймон Сильвер. Знал он и о сильной эмоциональной связи между этими двумя. Но это лишь спровоцировало его стать жёстче. Люцию виделось, что с кое-кем судьба очень даже справедливо поступила, такую неприятную встречу устроив.

- А, знаете, он ведь о вас господину фон Дали не доложит, - глядя в зелёные и полные боли глаза, уверенно сообщил Люций. – И, надеюсь, вы осознаёте, отчего он поступит столь благородно.

- Мэтр Орион, давайте не будем на эту тему.

- Сперва ответьте, вы понимаете, отчего вам даже рассказывать мне о том больно?

- Само собой, - в голосе зазвучала злоба, хотя носом Мила Свон хлюпнула, как если бы вот-вот расплакалась. – Кому же приятно, когда его на чём свет ругают?

- О, так что же мне, радоваться за вас, что ли? – вкрадчиво и недобро осведомился вмиг ещё больше рассвирепевший Люций, прежде чем взял да согласился. - Хорошо, рад за вас. Настолько рад, что даже поздравить вас хочу.

- Это с чем же? – уставилась Мила Свон на него с откровенным подозрением, но ничего дурного Люций своей студентке не желал. Скорее, избавить от существенных проблем он её намеревался.

- А с тем, что не только ваши отношения с мистером Сильвером окончательно завершились. Ремонт кафедры некромантии тоже подошёл к концу, - прозвучал злорадный ответ, и взгляд Люция сделался предельно требовательным и недовольным. – Вы как, заметили, что строительные леса убрали?

- Заметила. Но, пожалуйста, давайте не будем больше про Саймона, - едва слышно попросила студентка и вновь жалобно хлюпнула носом.

Однако, Люция так просто было уже не остановить. Жалости в нём было нисколько, когда он строго говорил:

- Вы мне тут плакать даже не вздумайте. Сами себя в такую ситуацию загнали. Да‑да, сами. И, тем более, не надо при мне по мистеру Сильверу страдать, так как, ну-ка, скажите, аир Свон, где вы нынешней ночью ночевали?

- Ну, мэтр Орион, - смутилась и покраснела девушка ещё больше. Настолько, что невольно начала мять подол платья и опустила взгляд к полу. – Пожалуйста, мэтр Орион, хватит.

- Нет, не хватит. Ответьте своему куратору – где вы провели нынешнюю ночь?

- На кафедре некромантии.

- На каком её этаже? – спросил Люций так, словно проводил допрос с пристрастием, и по щекам Милы Свон всё же прочертили дорожки две слезы. Девушка, правда, быстро смахнула их и, чтобы успокоиться, уставилась за окно. Люцию её поведение было понятно, а потому он не торопил студентку с ответом. Всё же, ему хотелось пристыдить и приструнить её, а не публично до истерики довести. Но за время этого молчания Мила Свон вдруг поспешно провела ладонью по зардевшимся влажным щекам, а затем тревожно сосредоточила взгляд на чём-то или ком-то за спиной Люция. Из-за этого он вынужденно обернулся. Куратору группы виделось, что причина в профессоре Аллиэре, уж тот-то умел подкрадываться незаметно. Люций даже внутренне подобрался, чтобы достойно выступить перед деканом и потребовать от него отступиться от студентки. Но позади него, причём на существенном отдалении, всего‑то оказался другой преподаватель – тот, что вот-вот должен был открыть новый учебный год для нынешних четверокурсников (уже четверокурсников!) факультета Чёрной Магии.

- Мэтр Орион, у меня занятие вот-вот, - воодушевилась Мила Свон возможности сбежать от неприятного разговора, но эти её слова так Люция разозлили и так он в настоящий момент был внутренне готов поставить профессора Аллиэра на место, что спонтанное решение пришло к нему само собой.

- О нет, аир Свон, ни на какое занятие до своего переезда вы не пойдёте. Будете упрямиться, так хоть до экзаменов всё своё учебное время у меня в кабинете просидите.

- Да как это? – вмиг возмутилась девушка.

- А так, - грозным голосом уверил он её в своей решительности, прежде чем не менее строго спросил: - Ну что, будете меня на