Дорога жизни - Елена Тихомирова

как в комнатке сделалось крайне тесно. В проход между мебелью мужчина покрупнее него уже бы не протиснулся.

- Угу, - буркнула Мила Свон недовольно, а затем помолчала-помолчала и, выразительно на него посмотрев, с тревогой сказала. – Мэтр Орион, уж после такого профессор Аллиэр наверняка догадается, что вы всё знаете.

- Может, и так, - не стал спорить Люций. – Но вы уж лучше помалкивайте, да и вообще… воспользуйтесь переездом. Даже если профессор Аллиэр будет настаивать держать вас ближе к себе, сохраняйте дистанцию. Я знаю, как умело чувства мешают совершать правильные поступки. Честное слово, прекрасно знаю. Однако, вы далеко не дурочка, чтобы не понимать – даже небольшое расстояние между охотником и добычей повышает шансы на выживание. Держа кролика в руках, знаете ли, в любой момент можно свернуть ему шею.

Девушке его слова не понравились. Очень. Это было видно по её выражению лица так же, как и то, что сказанное проникло внутрь Милы Свон. Предостережение достигло цели, и удовлетворённый этим Люций вернулся к своим рабочим обязанностям. Он бы даже успокоился на сделанном. Переезда было достаточно для первого шага в разлучении этих двоих, но вечер в компании Поля Оллена и испытываемое им воодушевление из-за маленькой победы надоумили Люция на кое-что ещё.

- Подумать только, и это вы хотели уволиться, - рассмеялся он, когда восторженный рассказ прервался. – Нет, если не знать окончание истории, то вы с таким воодушевлением об этой практике отзывались, что… да как бы вы без академии жили вообще?

- Право слово, не знаю, - развёл руками Поль Оллен. – Но я очень рад, что в этот год профессор Нейр безо всякого ворчания дозволение на мою практику при лазарете подписал. У меня есть все шансы сделать эту каникулярную практику традицией, хотя долг студентов она не покрывает. Люций, слушатели настолько рады новым знаниям, новому опыту, что не так уж думают о деньгах.

- Кажется, жизнь столкнула вас с такими же энтузиастами, как вы сами, - сделал вывод он. Увы, из-за сказанного про деньги ему вмиг вспомнилось про Милу Свон, и на выражении его лица это сказалось.

- Эм-м, Люций, вы расстроились, что ли? Из-за чего?

- О нет, - постарался вернуть себе прежнюю жизнерадостность куратор группы. – Скорее, я задумался. Для ваших нынешних практикантов, уж на таком они курсе, прошлый учебный год был последним, когда они могли выбрать практику по зову души, а не требованиям специальности. Поэтому как бы в будущем вас не ждало разочарование, друг мой. Быть может, вам стоит в своих студентах тягу к подобному воспитывать? Скажем…

Люций намеренно произнёс последнее слово так восторженно. Он знал, что Поль Оллен на подобное купится, и, разумеется, глаза молодого преподавателя зажглись огоньком. Мужчина был рад любой новой идее.

«Собственно, не так уж эта идея плоха, - размыслил про себя Люций. – Не должна кусать меня совесть, что, высказывая её, я думаю про одну единственную студентку».

- Да говорите уже, – потребовал сгорающий от нетерпения Поль Оллен.

- Вам стоит организовать подобное для более юных слушателей, причём в течении года. Постепенно, по чуть-чуть приучайте студентов к тому, что однажды станет для них очень желанным.

- Простите, я не особо понимаю вас, - искренне нахмурился друг Люция. – Подобное, элементарно, не организовать. Чуть поодаль от Вирграда, конечно, есть больница для бедняков, но от городских ворот до неё целых три часа пешим ходом. Одна дорога туда‑обратно дольше по времени нежели любое моё занятие. Более того, даже если рассчитывать на целый день (например, выходной), то тяготы пути вскоре убьют в студентах всё желание стать целителями. Не заниматься же мне регулярным наймом экипажа, да ещё явно не за счёт академии. Это даже для меня было бы слишком странно.

- Ну, зря вы так. Во-первых, пары визитов в месяц будет достаточно. А, во-вторых, да отчего бы вам не сосредоточиться на нынешних четверокурсниках? – с замиранием сердца озвучил Люций самое главное. – Ваш предмет они изучают в самом конце учебного дня, да ещё по средам и субботам. А суббота, как вы знаете, последний учебный день для любого факультета. Выходите из академии именно в субботу, останавливайтесь на постой возле больницы, либо же в другом месте, где будет удобно провести ночной ритуал восстановления. Как вы понимаете, он для студентов такого курса уже будет как блюдце сметаны для кота. А там плодотворная работа, полное горячих обсуждений возвращение домой, да ещё вечер воскресенья на отдых. По мне, Поль, так это самое настоящее развлечение.

- Хм. Так-то да, даже близко с занудными практиками в академии не стоит, - по раздумьи согласился Поль Оллен и предвкушающе улыбнулся. Он ведь нисколько не знал, что друг хочет его использовать для собственной цели. Люций желал всячески не дать Миле Свон и Найтэ Аллиэру проводить время вместе и всё тут.

***

- Что значит «он куда-то пропал»? – вскакивая с кресла, так грозно рыкнул Его величество Ричард Пятый, что Герман Грумберг втайне порадовался – отчитываться за произошедшее пришлось бы не ему.

- Кто-то озаботился тем, чтобы выкрасть из хранилища кровь и волосы. Отследить, где этот имперец сейчас, не предоставляется возможным, - прозвучали тревожные подробности, и они едва не довели короля до бешенства. Ричард Пятый с гневом уставился на стоящего перед ним министра по безопасности, а затем поправил сбившуюся с его плеча королевскую мантию и, снова садясь, принялся грозно отбивать по подлокотнику кресла некий ритм. Только спустя пару минут молчания он осведомился:

- Ну-у? И какие ещё дурные вести нам здесь услышать доведётся?

- Да больше никаких дурных вестей нет, - с вялой улыбкой сообщил другой министр, и его слова заставили Ричарда Пятого демонстративно хохотнуть.

- Ха, так отсутствие хороших новостей – это тоже дурные известия. Или что, наконец-то пришёл к некоему решению Лиадолл? – король обвёл всех присутствующих недовольным взглядом, но остановил свой взор именно на Германе Грумберге. – Верлония утрачивает свои позиции. Ещё пара лет и даже содействие светлых эльфов не поможет объединению стран. Смерти, что станут результатом распрей, будут на совести тех, кто сейчас ведёт себя бездеятельно.

- Ваши советники отнюдь не бездействуют, -