Дорога жизни - Елена Тихомирова

не возникает, я спрашиваю вас – да какого демоны вас побери?! Кому именно и как вы перешли дорогу?!

Под конец речи Олаф фон Дали так рявкнул, и так грозно кулаком по столу ударил, что у Найтэ даже в ушах зазвенело.

***

Быть может, кого-то всерьёз удивляет отчего столь разочаровавшаяся после совместного путешествия с дроу Мила вела себя с любовником так, что он по-прежнему считал её своей женщиной. Что же, автор вынужден объяснить – дело в привороте. Эта коварная магия имела все шансы оставить упрямую Милу Свон в покое, если (да уж, куда без этого «если»!), если бы не физическая близость. Увы, физическое сближение всегда выводит приворот на новый уровень. Оно для магии как согласие жертвы на любое дальнейшее влияние. Магия уже беззастенчиво проникает в энергетику, получает более сильное (даже агрессивное) воздействие. А потому зря Мила списывала своё поведение исключительно на внезапно проснувшееся в ней благоразумие. Нет, пусть резко ставить Найтэ Аллиэра перед фактом расставания действительно было бы делом не самым безопасным или же рассудительным, мешало привычно рубануть ей с плеча совсем иное. Однако, после напора мэтра Ориона желание завершить отношения сделалось всеобъемлющим. Мила осознала - пришёл момент подвести черту.

«Стоп. Отчего она вообще смогла прийти к такому выводу, как же чары?» - может, хмурясь, спросить кто-то из читателей. Да всё оттого, что приворот – это далеко не та магия, что приносит гармонию и счастье. Недаром же это именно магия чёрная и в Первой Королевской Академии (и не только в ней) изучается подобное в рамках специализации сглаз и проклятия. Дабы не превратить объект влияния в совершенно безвольное подобие человека, затрагивая одно, другое приворот не трогает. И о, как же это влияет на результат!

Собственно, плачевно влияет.

Раз понадобился приворот, то (самый распространённый вариант) между двумя объектами ранее имелись достаточно близкие отношения и для стороннего взгляда внезапно вернуться к ним, чтобы дать друг другу второй шанс – так чего в этом странного? Другое дело, что не просто так расставание случается. В результате, в жертве практически всегда возникает конфликт. С одной стороны, сидит непреодолимая тяга к близости с инициатором приворота. С другой, всё больше накапливается раздражение из-за никуда не девшегося недовольства. Усугубляет ситуацию также то, что сам инициатор непременно охладевает к жертве. Это происходит и как вследствие магических причин, так и психологических (уходит азарт, характер жертвы меняется и т.д.).

В целом, паршивая эта штука приворот. И всё же не зря Найтэ Аллиэр им воспользовался. Автор напомнит, тёмному эльфу хотелось эмоции в себе унять, а сближение с Милой Свон ускорить. Его бы более чем устроило, бегай девушка за ним, как собачка за хозяином. И да, для этих целей магия была подобрана верно, если (опять это «если»!) учитывать уверенность дроу в своих способностях манипулировать сознанием людей и даже без каких-либо чар внушить Миле Свон любовь к себе. Пусть он видел её страх и неприязнь по отношению к нему, он не сомневался, что, стоит боязни исчезнуть, как он с лёгкостью увлечёт девицу, что, пф-ф, и полувека не прожила на этом свете. Его не настораживала мысль, что внутренний конфликт в Миле в принципе возникнет. Ему виделось, что он всего-то удобно для себя подстегнёт неизбежное.

О да, из-за своего эго Найтэ Аллиэр в упор не видел из чего проистекало нынешнее молчание и смирение Милы. Пока она анализировала, он расслаблялся. И результатом этого стало, что Мила подошла к черте. Она была в шаге от того, чтобы сказать прощай, а он этого нисколько не увидел. Вот и ошибся.

Отъезд Владыки Стихий Ралгана спровоцировал тёмного эльфа углубить силу приворота. В этом не было необходимости, только желание безнаказанно действовать на виду у людей. Вследствие выволочки у господина фон Дали, Найтэ Аллиэру захотелось высокомерно задрать нос.

«Быть может, что-то в документах они и увидят, зато эти слепцы нисколько не заметят моих чар!» - поддаваясь эмоциям, гневно рассуждал он.

И да, Найтэ Аллиэр так самоутверждался и забавлялся. Забавлялся, потому что нисколько не догадывался, что отнюдь не только из-за потери дружбы Саймона Сильвера проистекала нынешняя угрюмость Милы. Иначе бы он ни за что не усилил приворот. Как опытному магу ему было прекрасно известно - подобное стоит делать только на пике отношений, никак не на спаде.

Ошибка Найтэ заключалась в том, что Мила вследствие разрывающих её на части желаний заподозрила - происходящее с ней происходит не просто так. Однако, она не была уверена в своём выводе. Ей даже посоветоваться по этому вопросу не с кем было. К мэтру Ориону девушке как-то расхотелось подходить, уж так он по ней протоптался. А потому, тихо проплакав в подушку две ночи кряду, Мила поддалась искушению остаться с Найтэ. Благо, момент для такого был самый подходящий. Приворот усилил своё воздействие, да и Найтэ, желая заставить любовницу окончательно выкинуть из головы Саймона Сильвера, вдруг сделался предельно заботливым и нежным.

Право слово, две с половиной недели Мила ощущала себя абсолютно счастливой с ним. А там всё как будто намеренно на неё навалилось скопом. И началось оно с того, что господин фон Дали снял её с должности помощницы декана. Лишаться заработка Миле до слёз не хотелось, но мэтр Орион обстоятельству, напротив, обрадовался. Он по новой принялся проявлять интерес, когда же это Мила с кафедры в обычное общежитие переедет, и его настойчивость оказалась полезна только в одном. Когда ей «прилетел» строгий выговор (причём полученный на ровном месте!), лишь вмешательство присутствующего при происшествии куратора группы позволило этот выговор из личного дела Милы изъять. Вот только вместо благодарности Мила испытывала раздражение, а всё потому, что выговор взял и написал Найтэ. Ночью она млела от нежности в его объятиях, а днём он «всего-то отреагировал на жалобу» и написал десятый строгий выговор, впоследствии объяснив свой поступок необходимостью унять