Ратибор. Возмездие - Александр Фомичев

дюжий ратник, несомненно слышавший последние слова княгини, от досады, что так и не погрузил свой сапог промеж булок заморской ведьмы, разозлился ещё пуще, перекинув весь гнев на Лютегу, явно обомлевшую от такого поворота событий. — Ежели только под твоей гузкой, визгопряха! А покамест накась, гостинец лови! — и Ратибор швырнул голову Брадигоста через весь зал.

Разбрызгивая кровь, башка телохранителя Лютеги смачно шлёпнулась на пол в нескольких метрах от княгини и, оставляя за собой характерный багровый след, прикатилась прямо под ноги государыне, потрясённо уставившейся на лицо любимого, застывшее в гримасе жуткой боли.

— Не-е-е-т! — протяжно простонала властительница Мирграда, только сейчас прекратившая жечь огненным лучом Благану.

— Да-а-а! — тут же передразнил Лютегу Ратибор, после чего широко размахнулся и метнул копьё.

— А ента тебе от меня ещё один подарочек! Будь здорова, крыса, не кашляй! — громыхнул на ползамка рыжебородый богатырь.

Массивная пика, брошенная верной рукой, молнией пролетела через весь зал и вонзилась аккурат в грудь княгини. Сила броска была такова, что Лютегу, будто ураганом, откинуло назад и в буквальном смысле пришпилило к настенному гобелену. Сопровождался сей полёт протяжным звоном княжеской короны, сорвавшейся с тыковки государыни и шмякнувшейся на пол. Тут же следом раздался ещё один, знакомый каждому воину шелест, и спустя миг в голову государыни вонзился одноручный топорик, изуродовавший и так уже давно не симпатичную мордашку молодой колдуньи. В довесок чекан расколол её череп, словно перезрелый, гнилой орех. Так и повисла ученица Урсулы на древке копья да с топором в башке; её ноги с руками ещё несколько раз судорожно дёрнулись в предсмертной агонии и затем безвольно опустились плетями. Для всех в зале стало очевидно: жизненный путь уже бывшей правительницы Мирградского княжества окончен.

— Как ты и завещала, почтенная: в сердце и маковку! С ведьмами да тёмными чародеями только так!.. — рыкнул Ратибор, а после обеспокоенно скользнул взглядом по Благане, которая была знатно обожжена; сарафанчик её местами добро обгорел, как и кожа на руках. — Вот дерьмо Карачуна! Ты как, уважаемая? Выглядишь скверно…

— Форточку… — еле слышно прошептала донельзя утомлённая тяжёлой схваткой старая ведунья. — Закройте её! Быстро! И вообще все ставни в зале! Хотя поздно…

Благана через силу вскочила, проскрипела себе под нос тайные словеса, завертелась волчком по престольному помещению и, спустя несколько секунд, на глазах изумлённой публики превратившись в серую ворону, шустро метнулась к ближайшему окну и вылетела наружу.

Тем часом мало кто из обескураженных зрителей, внимание коих было приковано к происходящему в центре княжеского зала, обратил внимание на непонятное шебуршение за троном; это Тихомир, почуявший, что дело пахнет жареным, уже не особо таясь, торопливо прошмыгнул к гобелену с пригвождённой к нему Лютегой, не без труда приподнял здоровенное полотно и затем спешно отворил потайную калитку, явно вознамерившись сбежать из города. Но только глава Ночного Братства, напоследок обернувшись со злобным оскалом и враждебно, многообещающе зыркнув на Ратибора мутными ненавидящими очами, распахнул скрытую дверку, дабы благополучно ухилять прочь и тем самым ускользнуть от справедливого возмездия, как ему в грудь вонзился тонкий иглообразный стилет, от души всаженный практически по рукоять.

— Собрался куда, мелкий пакостник⁈ Так обожди, ибо погутарить нам треба! — глаза Емельяна, вышедшего Тихомиру навстречу из тайного лаза, холодно сверкнули. — Надеюсь, не забыл меня? По моргаликам вижу, что нет, маракуша, но на всякий случай освежу твою память: при нашей последней встрече похожая булатная игла торчала из-под моего сердца! Припоминаешь, помётец ты голубиный⁈ Да? Вот и чудненько! Полагаю, что в таком случае мы квиты!

Тихомир, страшно хрипя и харкая кровушкой, схватился обеими руками за острое как бритва лезвие, развернулся и в прострации пошёл назад. Но прошлёпал он недалеко, через несколько шагов споткнувшись о возвышение у трона и грузно завалившись вперёд. От падения ничком стилет в груди погрузился уже до упора по гарду в телеса бывшего главного советника. Пару-другую раз нелепо дёрнувшись и предсмертно крякнув, вожак Ночного Братства затих навсегда.

— Кажись, Ратиборушка, я таки завалил своего первого ворога, — из-за спинки трона показался слегка бледный Емельян. Через силу улыбнувшись, племянник Святослава продолжил: — А ведь я тебе лялякал, Ратик, что эти тетери не будут заморачиваться и просто-напросто отроют старый потайной лаз, расчистив случившийся обвал! Ента же куда проще, быстрее и дешевле, чем долбить с нуля в известняке и землице новую, столь же разветвлённую, как и прежняя, систему ходов! Только Тихомир с Лютегой и в страшных снах представить не могли, что тот, кто знает, куда выходит потайной коридорчик, возьмёт да и внаглую зайдёт с противоположного входа, ха-ха! Правда, на всякий случай они выставили там круглосуточную охрану в виде пары ватажников, но Мирослав с ними споро разобрался!.. — Емельян доброжелательно посмотрел на показавшегося следом за ним из-за неприметной двери светловолосого мечника с двумя одноручными клинками в обеих дланях.

— Молодца, Емеля! — одобрительно пророкотал Ратибор. — Прав я был, выйдет из тебя толк! Со временем, конечно. Ежели не начнёшь опять прикладываться к баклаге с хмелем.

— Ну воть и как енто понимать⁈ То ль похвалил, то ль обгадил, — закатил было глаза Емельян, но его прервал хлопот крыльев: это вернулась серая ворона.

За пару секунд обернувшись в человека, Благана досадливо прошелестела себе под нос: — Медленно, ох как медленно! Надо тренироваться усерднее… — а после, уже так, чтоб её слышали окружающие, взглянула на Ратибора и виновато-расстроенно произнесла:

— Улизнула Урсула!.. Не сумела я её поймать. Куда делась, непонятно… Поди, в щель какую забилась; теперь уж не сыскать ушлую навозницу! Я бы могла её попробовать магическим щупом уловить, но силы мои совсем иссякли…

— Не кори себя, старая, — хмуро буркнул огневолосый исполин. — Проще иголку в стогу сена найти,