Неприятности по алгоритму - Надежда Мамаева

А вот эти двое – могут и до года продержаться, если не перегрызутся раньше времени. Больно уж недружелюбно зыркают друг на друга. Один – молодой высокий блондин с упрямым волевым подбородком, подтянутый и с выправкой, которая сразу выдает выпускника Академии. Второй – уже изрядно потрепанный жизнью, видно, полтинник уже разменял, громадного роста, бритый налысо, со шрамом поперек щеки и застарелым следом от ожога. Единственное, что объединяло обоих – взгляд. Так смотрят те, кто напрочь разуверился в жизни, но из чистого упрямства не сдастся костлявой до последнего. Такие взгляды сержант любил, потому, как их обладатели были самыми живучими. Эти двое не будут паниковать понапрасну и трястись, как большинство заключенной шушеры, что исправно доставляют в отряды смертников корабли отдела исполнения наказания. И не будут грызть глотки друг другу за цацку из танума, как большинство наемников.

- Кто такие?

- Рядовой Браен Дранго. Осужден по статье RETY-1357 Кодекса Союза.

- Рядовой Бени Рей Риддл. Наемник.

- Жетоны достаньте – и пока парни вытаскивали из-за пазух инфопластинки, сержант споро навел на них считыватель. Прибор дважды противно пиликнул и на проекторе высветились досье на обоих мужчин.

- Как следует из характеристики, у тебя, Браен, есть порт и даже универсальный? И как же тебя такого положительно-правильного, только что без нимба, к нам-то занесло? – В голосе сквозила легкая заинтересованность.

- Дураком был.

- А говорят, дураков в Академии не держат. – Подначил сержант, уже откровенно скалясь, и перевел взгляд на громилу.

- Внушительный послужной список, – присвистнул он спустя минуту и, как будто что-то решая про себя, произнес – с сегодняшнего дня вы – напарники. Летать будете на штурмовике класса этурии.

- На этом мозгошлепе?! – Первым не выдержал Громила, парой слов, вырвавшихся в невольном вопле, дав всеобъемлющую характеристику этого класса штурмовиков.

Браен остался внешне невозмутим, хотя внутри него все кипело. И было от чего. Блондин быстро перебрал в уме все, что помнил об этуриях. Они были быстры, маневренны, просты в ремонте и жутко ненадежны из-за хрен…, ёкар…, охы… (эпитеты Браен мог подбирать еще долго), в общем, очень некачественных плат, которые сбоили по статистике одна из двадцати и зачастую выжигали всю нервную систему пилота через JT-порт под корень. А стыковаться, как нетрудно было предположить, с этурией придется именно ему, Браену, поскольку у здоровяка-наемника навряд ли есть имплант порта.

Сержант еще раз смерил парочку взглядом и повторил:

- Вместе. На этурии. Рядовой Дранго – ведущий. Рядовой Рей Ридл – атакующий.

Произнося свою речь рублеными, короткими фразами, он в упор смотрел на Громилу и лишь закончив, повернулся к Браену и, вздохнув, уже более спокойным голосом добавил:

- Для портов есть только этурии, все остальное – чистая механика, на которой даже приличного виража заложить не сможешь. Если так не терпится поскорее сдохнуть, могу пересадить на бомбер.

Громила все еще недовольно пыхтел, набычившись, но Дранго уже начал остывать, понимая, что здесь не учения и не маневры. А он уже не кадет Академии Бореа, где пилотирование осуществлялось в основном на кармирах и узерах – более поздних и безопасных моделях штурмовиков. Этурии были экспериментальным образцом, разработка которого началась в разгар одной из военных кампаний Союза, и поскольку в штурмовиках тогда была острая потребность, их поставили на линейку, как только они прошли первую серию испытаний. Огрехи расчетов выявили позже, когда платы начали лететь, но к тому моменту рентабельность изготовления штурмовиков покрыла человеческие потери. Так и затесались в космофлоте этурии, уже полвека прозванные среди пилотов мозгошлепами.

Сирена завыла на противно-дребезжащей ноте, оповещая о внеплановом сборе, заставив напрячься всех троих. Сержант нахмурился и вывел на экран пришедшее сообщение.

- Приказ о передислокации всех штрафных батальонов в сектор FHTR 349 созвездия Щита, – ошарашено озвучил он увиденное и непроизвольно добавил, – в этом же секторе Альтера, будь она неладна! Опять, похоже, с мирийцами сцепимся.

Но потом как будто сам себя одернул и, уставившись выцветшим, вмиг посерьёзневшим взглядом на уже напарников, приказал:

- Все слышали? В казарму бегом марш!

Глава 12

Кровь снова просит боя,А сердце – переменИ лишь душа – покояРодных, надежных стен.Но впереди дорогаУныла и сераЛишь моросящий дождикДа полная луна.Когда-нибудь мы будемСидеть у очага,Рассказывая сказкиО дальних берегах.Своим веселым внукам,Что окружат толпойПока лишь –Ночь – докукаИ волчий где-то вой.

Затекшая спина пульсировала болью, напоминая, что пора бы уже оторваться от экрана и сделать хотя бы разминку, а еще лучше сходить и перекусить чего-нибудь или прогуляться. Но я упорно продолжала листать страницы на мониторе, старательно штудируя все известные сведения о мирийцах. Наконец, сдавшись натиску организма, отложила нудное чтиво и, выпрямляясь, потянулась, предвкушая наслаждение в затекших мышцах. Но не тут-то было. Ровно на полпути в поясницу что-то резко вступило, заставив замереть в позе профессионального вуайериста (она же – асана рака-отшельника). Чувствуя себя радикулитной старушкой, осторожно доковыляла до стола, а потом, опершись на его край руками, начала осторожно распрямляться. Проделав сию процедуру, посмотрела чуть в сторону, туда, где на стене висело зеркало. Разглядывая отражение, поймала себя на мысли, что меня все меньше стало заботить, как я выгляжу…

- Мда, чем меньше хочется смотреть на себя в зеркало, тем сильнее ощущаешь себя развалиной, а я ведь еще молодость свою не угробила, – прокомментировала ситуацию и невесело усмехнулась зазеркальной подруге.

Отражение молчало, радуя глаз синевой под глазами и впалыми щеками. Я и так не обладала столь милыми для глаз пышными формами, а тут вообще стала похожа на эндоскелет. Уже прошла неделя с приснопамятного побега из новообразованного семейного лона, и сегодня представитель Танэкта на межгалактическом саммите должен был сделать заявление о причастности Союза к появлению расы мирийцев.

После того, как я рассказала о предположениях отца, танийская разведка и служба безопасности начали усиленно копать в этом направлении. Упорство и точные указания что и где искать – и через неделю шустрые танийские агенты нарыли целый линкор доказательств злополучного эксперимента с мутантами. Как оказалось, сто сорок лет – не такой уж и большой срок. И хотя место, где была лаборатория и предприятие, выпустившее партию «бракованных» киборгов, сравняли с землей, все же кое-что осталось.

В свою очередь я старалась узнать как можно больше о мирийцах. И чем больше узнавала, тем интереснее вырисовывалась картина происходящего.

После удавшихся бунта и побега недокиборги с мутантной ДНК сумели захватить один из транспортников на космодроме, примыкавшем к лабораториям. Пилота, что был в тот момент за штурвалом, заставили направить судно чуть ли не на задворки вселенной. Возможно, мутантам помог кто-то из персонала, может, программа, загруженная в них ранее, оказалась настолько хорошей, что наложила не только матрицу самосознания, но и выдала алгоритм действий по столь оригинальному сценарию спасения – это уже навряд ли кто-то узнает.

Так или иначе, но недокиборгам удалось сбежать и высадиться на Альтере – планете земного типа в восьми миллионах световых лет от галактики Боде. Правда, к этому времени там уже обосновалась людская религиозная община, достаточно многочисленная, но мирная. Большинство поселенцев занималось аграрным трудом на единственном небольшом материке – Эолии. Мягкий теплый климат, обилие пресной воды (девяносто восемь процентов поверхности планеты занимал пресный океан) способствовал этому занятию. Самой большой проблемой для поселенцев была добыча минеральных ресурсов. Большинство элементов находились в сверх рассеянном состоянии, так что некоторые растения выращивали специально в качестве «соленакопителей».

Мутанты, появившиеся, словно кара небесная, быстро захватили этот терра-формант, но, надо отдать им должное, не перебили жителей подчистую, а сначала подчинили. Спустя пару десятков лет это привело к тому, что «залетные» ассимилировались с местным населением, сформировав новую расу – мирийцы.

Гены, столь старательно вписанные в ДНК «живых оболочек» не только не затерялись под генетическим грузом землян-поселенцев, но и закрепились как доминантные у потомков. Поэтому внешне мирийцы практически не отличались от коренных жителей Земли. Разве что чуть выше и крупнее – средний рост мужчин около двух метров, у женщин под метр восемьдесят – метр девяносто. В основном смуглокожие и темноволосые с миндалевидным разрезом глаз. Остальные различия были уже социокультурного плана.