Неприятности по алгоритму - Надежда Мамаева

- Вот это я понимаю, стимул к выздоровлению – прохрипел Браен, слегка осоловевший от убойной дозы лекарства. Он не ожидал, что его сосед по палате хоть как-то прореагирует на комментарий.

- Ну да, здесь лечат по принципу «что не убивает, то делает нас сильнее» – и, помолчав, Громила таки добавил – ну или калекой.

Мужчины, временно забыв о неприязни, сочувственно переглянулись.

Как иногда оказывается мало нужно для начала если не перемирия, то хотя бы нейтралитета. Всего лишь один укол, сделанный с любовью. С любовью к себе, конечно же, зачем лишний раз нагибаться и стараться зазря, никто же не оценит. А больные – им-то какая разница, умереть на койке или через неделю в бою, так что перебьются.

Есть предложения, от которых невозможно отказаться. Настолько они выгодны. Мне поступило как раз такое. Или я иду на ужин к Ингиру или провожу этот ужин, но в компании пары симпатичных мышин-акселераток, что обитали в камере, куда меня привели на ознакомительную экскурсию. Дескать – можете посмотреть на апартаменты, которые будут вам предоставлены в случае отказа от сотрудничества. А я что – я за конструктивный диалог конечно же. Тем более танийцы умеют подбирать весомые аргументы.

Не думаю, что Дариш всерьез бы отправил в эту милую каморку – и так получил всю информацию от меня на блюдечке, но так сказать в целях профилактики. Профилактика не прошла зазря. Я впечатлилась.

Убедившись, что здесь, как и везде, для получения наиболее полных и ценных сведений в кратчайшие сроки и в целях активного сотрудничества используют принцип психологических качелей, даже чуток подыграла конвоирам. Вообще принцип классических качелей очень прост: сначала тебя запугивают, потом хвалят, потом запугивают, но чуть меньше (чтобы последние мозги от страха не потерялись) и еще немного похвалы и это до того момента, пока человек не будет полностью психологически дезориентирован между двумя своими первобытными инстинктами. Один из них вопит благим матом «бежать!», второй «хватать и сражаться!». Единственное, что такой метод допроса применим к homo sapiens, а вот результат применения «качелей» для тех же иллийцев может быть прямо противоположенным: уйдут в глухую несознанку. Потому как то, что для человека полный раздор душевный и психологический, то для жителя Вилерны – начальная стадия раздражения. А от раздражителя лучше всего удалиться, чтобы не мешал.

Так что в службе безопасности учли мои расовые особенности, вот только господа безопасники не знали, что в училище преподают отставные вояки, сами не раз использовавшие эти психологические приемы как на «языках», так и на своей шкуре. Посему сотрудники alma mater не гнушались продемонстрировать на наглядных примерах (то бишь нас, курсантах) все прелести «качельного допроса» и давали советы, не входившие в курс обучения и далекие от цензурной обработки, как действовать в такой ситуации. Поэтому, помянув добрым словом преподавателя по тактике, я хлопнулась в качественный обморок. Зря что ли репетировала его на пару с Прит еще в училище? Правда тогда была задача обмануть директора… Конвоиры оказались менее прозорливыми, нежели глава училища, и обман не раскусили. Так что на обратном пути с обзорной экскурсии меня несли на руках. Это еще раз доказывало то, что Дариш всего лишь пытался меня попугать, иначе тащили бы за ноги, знакомя мой затылок с рельефом пола, а не как благородную барышню.

И вот вечер. Я сижу перед Его высочеством принцем Ингиром на летней террасе. Мысли, бродящие в непутевой голове отнюдь не о мировой политике, долге перед памятью отца и даже не о Браене. Увы, голова была занята более насущной проблемой. А именно «как ЭТО едят?». Передо мной стоит тарелка с субстанцией настолько ненавязчиво-зеленого цвета, что возникает стойкая ассоциация с трясиной, топями и прочими радостями болотного пейзажа. Запах соответствующий – серу и метан в амбре от тарелки можно уловить даже в противогазе.

Принц хитро смотрит на меня, ожидая, когда дама начнет трапезу. Дама в моем лице думает, что мышины были бы более приятной компанией на вечер, нежели его высочество. Сидим. Пауза затягивается. Лично я подумываю, что голодание – тоже неплохой способ оздоровить организм, что думает Ингир – его проблемы. Может и нашла бы мужество попробовать кулинарный шедевр Танэкта, но кроме брезгливости была еще одна проблема. Я не знала, как пользоваться столовым прибором, напоминавшим больше всего коктейльную трубочку-переросток. Первым сдался наследник танэктского престола.

Ингир взял мундштукообразный столовый прибор и опустил один конец в тарелку до самого дна, а потом ловко зажал второй конец, оставшийся на верху большим пальцем. После сего нехитрого действа он вытащил трубочку из «блюда». Поднеся этот аналог ложки, ко рту быстро всосал содержимое и довольно улыбнулся.

- Попробуйте. Мой повар готовит просто изумительно! – Прокомментировал его высочество.

Меня так и тянуло добавить к высказыванию принца «особенно хорошо ему удаются яды», но сдержалась. Поняв, что отступать уже некуда, мылено вознесла молитву Аллаху, Будде и на всякий случай Вицли-Пуцли (а вдруг ацтекский бог, не избалованный излишним вниманием последователей откликнется быстрее своих разрекламированных коллег по цеху?) и попробовала кулинарный шедевр. Мда… опасная работа – дегустатор, иногда от вкусового шока и умереть можно! Но я стоически проглотила порцию бурды и попыталась улыбнуться. Кажется, в состав блюда входил и анестетик, иначе чем объяснить то, что попытавшись улыбнуться, мои мышцы на минуту заклинило, и у Ингира появилась возможность полюбоваться моим оскалом. Венценосный собеседник оценил результат дегустации, после чего все-таки попытался сгладить впечатление от хлебосольного приема, пояснив:

- Похоже, гастрономические вкусы наших рас все же расходятся, хотя повар уверял, что приготовил блюдо межрасовой кухни, пригодное для пищеварения большинства гуманоидов. На Земле, если не ошибаюсь, это называется овсянка.

С сомнением поглядела в тарелку. Сходство, конечно, было – по консистенции. У нас в училище эта каша тоже всегда напоминала качественную грязюку после проливного дождя, а вот в остальном... Хотя, если предположить, что злополучный маэстро кухни готовил блюдо впервые, сверяясь с голопроектором, да еще добавил национальных приправ, чтобы угодить своему хозяину, то на выходе вполне мог получить такое вот коронное блюдо. Чтобы как-то поддержать разговор, ляпнула, не подумав:

- Ну, переварить то его я, думаю смогу, а вот съесть – это задачка потяжелее…

И только после того, как выдала столь лесную характеристику меню, вспомнила про этикет. Преподаватель на занятии нам тогда все подробно объяснил одной фразой «На приеме нужно держать приборы как король, а есть как нищий» (про последнее он потом отдельно пояснил – жрать мало и все подряд, не кривляясь). Вот только полученные знания еще бы на практике научиться применять.

Впрочем, Ингир хитро подмигнул и, отодвинув тарелки, озорно подытожил:

- Если честно, мне и самому эта отрава не по вкусу.

- Но зато таким кулинарным изыском можно проверить так ли хорошо с самообладанием у собеседника. – Подсказала я и мы синхронно улыбнулись.

- А теперь, если позволите, перейдем к делу – Его высочество вмиг стал собранным и деловым. И куда только подевался проказливый блеск глаз и мальчишеская ухмылка? – В свете изложенных Вами данных я предлагаю Вам участвовать в обнародовании информации по мирийцам, а так же место в дипломатической миссии на Альтеру – именно на этой планете находится основное поселение мирийцев.

Благополучно пропустив первую часть про «обнародование» задала вопрос по поводу мирийцев:

-А на Альтеру нас вообще пустят? Вроде бы даже у Танэкта с мирийцами напряженные отношения. Да и человек в составе дипмиссии… они же людей ненавидят!

- Людей в целом – да, но Вы полетите туда в особом статусе, так что думаю, конфликта удастся избежать. А насчет враждебности – открою маленькую тайну.

Принц замолчал, только подогревая моё любопытство.

- И какую же? – Попыталась напустить на себя скучающий вид. Дескать, не больно то и хочется слушать, но куда же денешься с корабля в вакууме?

Ингиру скрыл досаду. Похоже, ожидал большего проявления эмоций.

- Тинийцы вполне успешно сотрудничают с мирийцами, только негласно. Мы не афишируем эту информацию. Пусть перед Союзом у нас до поры до времени будет  козырь в виде небольшого, но весьма агрессивного союзника.

- А зачем…

Не успела договорить.

- Я рассказываю все это? Вы слили информацию по научным разработкам Союза, которую, кстати, уже полностью проверили и она подтвердилась. Обратной дороги у вас нет – и принц вновь улыбнулся.

В первый момент захотелось стереть эту самодовольную усмешку с его лица. Но здравая мысль о том, что Ингир прав, быстро отрезвила. Поэтому я задала еще один интересующий меня вопрос: