Мой невыносимый сводный дракон - Александра Каспари

дама грозится упасть в обморок и требует виски со льдом, а я на радостях обнимаю Эла и кричу:

– Получилось! Получилось!

Каким-то чудом братья вызволяют Виви из коварной ловушки. Врата лабиринта пылают огнём. И наши младшенькие – все четверо, – образовав в воздухе правильный ромб, под крики и аплодисменты зрителей летят к финишу.

– Я так ими горжусь! – говорю я и смахиваю влагу из уголка глаза.

– А я горжусь тобой, Тори, ведь Эйб полетел только благодаря тебе, – отвечает Эл и я понимаю, что мы до сих пор стоим в обнимку.

– Он отлично потрудился, – возражаю я, но отпускать его не собираюсь, – и ты тоже, Эл. Спасибо тебе. Но тот факт, что на моём банковском счёте снова красуется весьма приличная сумма, не играет абсолютно никакой роли. Я не собираюсь тебе поддаваться.

– Вот как, – прищуривается «братец» и крепче меня обнимает, – тогда держись, Тори. Будет весело.

Глава 20. То есть она тоже станет Уэстмит?

Вечером вся семья, собравшись в гостиной, обсуждала ход и результаты гонок. В целом, мама и отчим остались довольны поступком Эйдана и Эймара, хотя фраза о том, что в этом году впервые за много лет младшие Уэстмиты не получили кубок победителя, всё-таки прозвучала. Было видно, что братьям неловко, хотя они старательно держали лицо, и время от времени переводили тему и припоминали то особенности какого-то отдельного препятствия, то несправедливое, по их мнению, решение арбитра. Виви, непривычно молчаливая и раскрасневшаяся, сидела в кресле, потупив взгляд, и немного оживилась только тогда, когда старшие заговорили о полёте Эйба.

– Здорово! – воскликнула она. – Теперь мы сможем летать вместе везде, где захотим.

– Наконец-то мелкий покинет пределы острова, – ляпнул Эймар.

– Завтра из-за Больших гонок воздушное пространство будет закрыто, – заметил Эйдан, – но ближе к вечеру можно будет показать мелкому город с высоты драконьего полёта.

– Главное, не переусердствовать в самом начале и соблюдать правила безопасности, – наставительно заметил сэр Рональд.

– Это в первую очередь, – поддержала мама.

– Совершеннолетних с собой берёте? – поинтересовался Эл.

– С удовольствием! – расплылся в счастливой улыбке Эйб. – И я хотел бы позвать с нами и Тори.

– Буду рада полетать с тобой, Эйб, – ответила я.

– Я очень благодарен тебе за помощь. Если бы не ты… – Голос его подвёл, и я подхватила:

– Ну что ты! Я всего лишь немного тебе помогла. Всю основную работу ты проделал самостоятельно.

Сэр Рональд, переглянувшись с мамой и торжественно прокашлявшись, обвёл взглядом всех присутствующих и важным голосом произнёс:

– Дорогие дети! В последнее время ваше поведение и стремление к сплочению и взаимовыручке не может не радовать меня и леди Элен. Посовещавшись, мы приняли решение, которое должно вам понравиться и сплотить ещё крепче. Однако оно касается одной лишь Вивьен, поскольку Виктория совершеннолетняя и вольна принимать подобные решения самостоятельно. И мы будем несказанно рады, если дело решится положительно и в её случае.

– Так что же вы придумали? – не утерпел Эйб.

– Мы решили объединить семью под одной фамилией и гербом Уэстмитов. Я официально удочерю Вивьен и впишу в завещание как полноправную наследницу своего титула и состояния. Адвокаты уже готовят документы.

– То есть она тоже станет Уэстмит? – ошарашенно переспросил Эймар.

– Это же прекрасно, не правда ли? – умилилась мама. – Ты рада, доченька?

Судя по выражению лица, Виви вовсе не обрадовалась такому сценарию.

– Почему вы не спросили, чего хочу я сама?! – выкрикнула она.

Похоже, Ви настроилась на продолжительную речь о своих правах и личных границах, о памяти об отце и ещё много о чём, но тут вмешался Эйдан. Поднялся резко, по своему обыкновению опрокинув стул и грохнув кулаком по столу так, что в стаканах задрожала вода. Ахнув, мама прикрыла рукой рот.

– Я против! Я на это не подписывался! Не нужна мне сестра, когда у меня своих братьев полно!

– Эйдан, не сейчас! – Эллиот предостерегающе покачал головой.

– Сын! – повысил голос сэр Рональд. – Я понимаю, сейчас в тебе говорит ревность, но я клятвенно обещаю любить всех своих сыновей так же крепко, как любил вас всегда, и что моей отцовской любви хватит и на двух дочерей, а если дело в наследстве, то денег с лихвой хватит на всех…

– Да не в наследстве, чёрт бы его побрал! – воскликнул Эйд. – Можете вычеркнуть меня из завещания. А если вы уже всё решили и вам наплевать на моё мнение, тогда я вам больше не сын. Возьму мамину девичью фамилию и сам заработаю себе на жизнь.

– Это же смешно, Эйдан, – сэр Рональд сделал попытку рассмеяться, но вышло неуклюже, и никто его не поддержал. – Ты не можешь изменить фамилию по собственному желанию, пока тебе не исполнится восемнадцать, да и не положено мужчине изменять своему роду. Забери свои слова обратно и извинись перед леди Элен и сёстрами. Немедленно.

– Мне не за что извиняться, – прорычал Эйдан. – Я сказал всё, что должен был, и слово своё сдержу.

И, старательно избегая взгляда Виви, вылетел из комнаты со скоростью выпущенной из арбалета стрелы.

За ним без единого слова вышла и Виви.

– Во дела, – выдохнул Эймар.

– Не понимаю, – протянул Эйб, – это же лучшая новость за сегодняшний день, не считая моей, а они так странно реагируют!

Да уж. Ладно Эйб. Но неужели взрослые не видят, не понимают, не чувствуют? Конечно, дело не в наследстве и далеко не в сыновьей ревности. И даже не во вражде. Нет её по большому счёту, а есть любовь – первая, пылкая, сложная. Если сэр Рональд удочерит Виви и даст ей свою фамилию, они с Эйданом не смогут пожениться, а это разобьёт сердце обоим.

– Виктория, дорогая, – обратилась ко мне мама, – прошу, поговори с сестрой. Вы же всегда находили общий язык. Убеди её принять подарок сэра Рональда с благодарностью, как он того заслуживает.

– Я поговорю, мам, – поднялась я. – Но при всём уважении к сэру Рональду я не собираюсь её переубеждать. Вам стоило сперва спросить её мнения. Подарок принимают с благодарностью, когда он действительно желанный, а не навязанный. Доброй ночи.

– А я поговорю с Эйданом, – сказал Эл, поднимаясь вслед за мной, – с вашего разрешения, леди Элен.

«Братец» догнал меня в коридоре.

– Честно, – буркнула я, – когда Виви огорошила меня новостью о маминой помолвке, я думала, что хуже уже не будет.

– Ну, было не так уж и плохо, – ответил Эл и, поймав мой полный негодования взгляд, добавил: – До недавнего времени.

– Ты знаешь своего брата лучше меня. Какой самый страшный поступок, по твоему мнению, он может совершить?

– Разве