Они ненавидят друг друга - Аманда Вуди

видно... Я имею в виду, что это ты».

Его нерешительность должна меня успокоить, но сейчас я просто раздражен.

«Тогда закрой глаза и представь кого-нибудь горячего», - говорю я ему. «Кого-нибудь из школы. Или свою знаменитость».

Джона плотно зажмуривает глаза. Кожа вокруг них все еще опухла от слез. Его

руки слегка подрагивают. Полагаю, от холода, поэтому я наклоняюсь к нему, чтобы

взять электрическое одеяло, и сдерживаю смех, когда он поджимает губы. Должно

быть, он подумал, что я наклоняюсь для поцелуя.

Я разворачиваю одеяло, подтягиваю его к коленям и накидываю на его голову. Он

смотрит одним глазом и хмурится, когда я натягиваю одеяло вокруг его плеч и рук, укрывая его. По крайней мере, так я не буду целовать сосульку.

«Куда мне деть руки?» - спрашивает он, избегая моего взгляда.

«Смотря куда. Я не против груди, шеи, волос. Но ты не должен спрашивать, где им

удобно прикасаться. Не надо всегда предполагать».

«Хорошо». Джона кивает. «Хорошая мысль. Итак...»

Он нерешительно обнимает меня за шею. Его нос почти касается моего. Теперь ему

некуда смотреть, кроме как на мое лицо, поэтому он снова закрывает глаза.

Я смотрю на него, медленно моргая. Впитывая это. Джона Коллинз у меня на

коленях, маняще близко, одеяло облегает его, как вуаль, его щеки излучают тепло, несмотря на все остальное тело.

«Что дальше?» - спрашивает он, и слова сами льются к моим губам.

Мне требуется мгновение, чтобы понять, что я должен ответить. «Есть ли места...

...к которым ты не хочешь прикасаться?»

«Нет». Голос Джоны едва слышен. «Они могут трогать меня, где захотят».

Я делаю медленный, глубокий вдох через нос. Сосредоточься на задаче. Я ни в коем

случае не собираюсь возбуждаться на этого засранца только потому, что он рядом.

Я зажмуриваю глаза, перебирая в памяти всех знакомых мне горячих людей, пытаясь найти того, кто мог бы сравниться с Джоной по росту и весу.

«Мы можем начать?» - спрашивает он.

«Да», - говорю я, несмотря на то, что не нашел идеального человека для

воображения, несмотря на то, что я совсем не готов.

Он преодолевает оставшиеся несколько сантиметров, прижимаясь губами к моим.

Моя рука инстинктивно поднимается, чтобы коснуться его щеки, и мягкий материал

одеяла касается тыльной стороны моей ладони.

Хм... Этого недостаточно. Это будет выглядеть слишком скучно и поверхностно -

недостаточно интимно. Рот Джона почти закрыт, и я большим пальцем оттягиваю

его нижнюю губу. «Раздели их», - шепчу я.

По его телу пробегает заметная дрожь. Он выполняет просьбу, и теперь мы

перешли к поцелуям. Моя вторая рука перемещается к поясу его брюк, и я

завязываю пальцы в одной из петель ремня. Его униформа... она пахнет сочетанием

разных вещей. Дезинфицирующее средство, кожа с кабинок, полировка со столов, дым от гриля. Это подавляющий аромат. Он соответствует подавляющему

характеру.

Мне требуется сила, чтобы оторваться от него, и даже тогда я чувствую, как он

прижимается ко мне, пытаясь закрыть брешь. «Дыши», - говорю я ему.

Возможно, он понимает, что задыхается, потому что делает паузу, его грудь

поднимается и опускается на мою. Я держу глаза закрытыми. Не знаю, что может

случиться с моими блуждающими мыслями, если я посмотрю на него прямо сейчас, пока он теплый, раскрасневшийся и переводит дыхание.

Я берусь за края одеяла вокруг него и тяну, направляя его обратно к своим губам.

Все, что угодно, лишь бы поскорее покончить с этим, лишь бы Джона Коллинз

убрался с моих коленей. Он все больше рискует, привыкает пользоваться зубами и

языком, как и я сам. Я покусываю его нижнюю губу, показывая ему, как правильно

кусаться (из-за его вчерашней неожиданной атаки мой рот чуть не раздулся, а я не

хочу выглядеть так, будто меня только что ударили по лицу). Я прижимаюсь к нему

языком, расширяя поцелуй, открывая его рот.

Одеяло сползает по шее, по позвоночнику, но я не уверен, что ему это нужно. Его

кожа горячая на ощупь. Я знаю это, потому что мои пальцы проводят по его шее, спускаясь к воротнику рубашки. Я стараюсь не думать о том, что однажды кто-то

другой будет делать это с ним. Не знаю, почему это так отвлекает. Может быть, потому что мне не нравится мысль о том, что меня используют как чью-то куклу

для поцелуев.

«Ты должен почувствовать, каково это», - говорю я, мой рот безвольно двигается.

«Чтобы ты мог использовать это на своем партнере. В будущем».

«На что это похоже?» - спрашивает он, его голос хриплый. Приглашающий.

«Засосы». Не знаю, почему я так говорю. Мне должно быть все равно. Меня не

волнует, с кем он будет целоваться в будущем. Единственная причина, по которой я

вообще это делаю, - чтобы нам было легче поддерживать наш имидж.

Мое дыхание учащено. Ладони дрожат. Наверное, мне стоит это сделать. Я должен

податься вперед, прижаться губами к его шее, показать ему, как это делается. Но...

Но что-то... не...

«Дилан?»

Что-то... не так.

«Дилан», - снова говорит Джона, и его голос звучит резче, четче. «Открой глаза, хорошо?»

Его большие пальцы внезапно касаются моих скул, и я вздрагиваю, ударяясь

затылком об изголовье кровати. Ох. Черт.

«Эй». Его голос успокаивающий, спокойный, нежный. «Посмотри на меня».

«Por favor, déjame.» (с исп. Пожалуйста, позволь мне) Я не знаю, почему я это

шепчу. Ни одно из моих слов не имеет смысла, ни одна из моих мыслей не кажется

правильной. «Dije que me dejaras ... ... por favor, parale... . .» (с исп. Я сказал, оставь

меня ... пожалуйста, останови его...)

Что происходит? У меня сердечный приступ? Инсульт? Я не знаю, что говорю, не

знаю, почему меня трясет, не знаю, где я, не...

«Вот», - говорит его голос, и он берет мою руку, проводит ею по своей шее, вдавливая пальцы в кожу. Мои глаза распахиваются, и я встречаюсь взглядом с

Джоной. На его лбу выступили бисеринки пота, щеки слегка покраснели, но

выражение лица спокойное.

«Джона», - вздыхаю я.

«Да. Это я». Он толкает мою ладонь глубже в свою шею. «Ты ведь чувствуешь это, да?»

Что? Что я чувствую?

Быстрый, устойчивый ритм бьется о мои пальцы.

Ох. Сердце Джона бьется.

Я обращаю на него все свое внимание. Вес его сердца в моей ладони. Тепло его

кожи на моей. То, как его тело двигается вместе с дыханием. В один