Храм - Вальдэ Хан

— Давай укладываться, Дрозд. Нам завтра, считай, целый день за рабами присматривать.

29

Весь следующий день прошел на удивление мирно и буднично. Дикари словно заведенные, трудились на грядках, таскали воду и достраивали ограждение. Все шло тихо и гладко, Свист успел позабыть свои тревоги и спокойно прогуливался вдоль огорода, баюкая винтовку на предплечье.

«Работа – не бей лежачего», — неспешно думалось ему после обеда, — «Правы были старшие: куда лучше, чем за мерцалами по руинам таскаться, да от зверья бегать».

Мысли о мерцалах оживили в нем память о том раннем утре, когда он породнился с таинственным предметом. Особых изменений он до сих пор не чувствовал. Разве только видеть стал лучше, слышать острее, да и спалось ему теперь куда лучше – когда ночью к нему приходил неизменный кошмар, Свист просто отгонял видение усилием окрепшей воли. Раньше так никогда получалось, и весь ужас головокружительного падения приходилось переживать в полной мере. И так каждую ночь.

К обеду следующего дня охотники сдали вахту, и Орех, самолично назначающий надсмотрщиков на огород, отпустил их восвояси, отдыхать.

Шли не торопясь, беспечно (насколько это может относиться к охотникам, идущим по лесу), разговаривая и наслаждаясь лесной свежестью. Поэтому и к Дому вышли позже обычного.

Дождались, пока сторожа сбросят им лестницу и поднялись в Дом.

В сторожке находилось трое мужчин во главе с новоиспеченным паладином, правой рукой Ведуна.

— Хвала Светоносцу, — Светолюб грохнул прикладом об пол, приветствуя вернувшихся.

— Здорова, — как мог радушно, ответил на приветствие Свист.

— Вознесите хвалу Светоносцу, дабы не принести в храм Его черную скверну из леса, — он развел руки в приглашающем жесте.

— Чего–чего не принести? – подняв брови, переспросил десятник.

Паладин подбоченился и важно заговорил, было видно, что он цитирует по памяти:

— За стенами Дома полно ужасных созданий, что поджидают невинную душу на темных тропах. Эти демоны источают Черную скверну, что развращает разум и разлагает тела. Сам воздух за благословенными стенами напоен духом этой заразы. Кто дышит ею, может быть запятнан темными силами. Вознося хвалу Светоносцу, мы очищаемся от возможной скверны. Хвала Светоносцу!

Свист искоса посмотрел на Дрозда, тот же только зубами скрипнул, но промолчал.

— Хвала ему, — легко согласился Свист.

— Вознеси и ты хвалу нашему Создателю, как велит его пророк и наш Пастырь, — на сей раз паладин обращался непосредственно к русоволосому охотнику.

Но Дрозд лишь скривился и сложил руки на груди, желая показать свое пренебрежение к словам привратника.

Свист почувствовал, как вокруг Светолюба начинает густеть воздух, потрескивая от нарастающего гнева. Охотник так увлекся этим наблюдением, что чуть было не проморгал начало нешуточной потасовки.

— Да катись ты со своим… — зарычал было Дрозд, но Свист сгреб светловолосого в охапку и потащил в глубь Дома.

— Хвалит он, хвалит. Устал просто очень, — бросил десятник через плечо остолбеневшему паладину.

«Хвала Отцу и Свету, что Светолюб такой тугодум», — мысленно вздохнул Свист.

Только лишь убравшись подальше от сторожки, Свист перевел дух и тут же прижал напарника к стене, напустившись на того с гневной тирадой.

— Парень, ты совсем ум по тропинкам растерял? – и снова его устами говорил не иначе как сам Орех–воевода.

— Да что они, еретики ко мне… — снова начал распалятся Дрозд.

— Это твое право верить во что‑то свое, а их право верить во что‑то другое.

— Тогда чего он к нам пристал? – Дрозд успокоился и жестом попросил его отпустить.

Свист отступил на шаг.

— Их больше, — Свист устало развел руками.

— Это мы еще посмотрим, — буркнул себе под нос Дрозд и направился дальше по коридору, но через пару шагов остановился и бросил через плечо. – Спасибо, Свист, что увел меня оттуда, а то ведь точно наговорил бы ему лишнего.

Свист только отмахнулся – пустое.

Оставшись в одиночестве, десятник свернул за угол, на лестницу и направился к своей комнате – отдыхать. Благо, идти было совсем близко, всего‑то подняться на следующий ярус.

На ступеньках лестницы сидел Сонный, ловко перебирая в пухлых пальцах два остроконечных патрона.

— Привет, — новый знакомец весело улыбнулся, протягивая охотнику руку.

Машинально Свист ответил на рукопожатие, хотя в Доме так почти никто не здоровался.

— Заходи, что ли, — Свисту очень не хотелось стоять вот тут, на продуваемой лестнице, куда больше его прельщала мысль о том, как он наконец, стянет сапоги и развалится на удобной кровати.

Сонный покорно ждал, пока охотник разуется, блаженно охая и растирая ноги, повесит оружие на крюк и, наконец усевшись на лежанку, выкажет готовность слушать.

— Ты еще не забыл наш с тобой разговор? Там, на празднике, — как бы между делом начал он.

— Я помню.

— Ты не изменил своего решения?

— Воин не отказывается от своих слов, — неожиданно для себя самого выпалил Свист.

— То есть, ты отведешь меня к Ложному Дому? – уточнил Сонный.

Свист медлил.

До этой минуты он до конца не верил в серьезность намерений Сонного. В глубине души Свист был уверен, что новичок никогда больше не подымет эту тему.

— Неужели ты и вправду можешь оживить Ложный Дом?

— Я же говорил тебе об этом, на празднике, или ты забыл?

— Помню, поэтому и спрашиваю.

Сонный прошелся по комнате туда–сюда, и снова присел на сундук.

— Скажи, Свист, я не ошибся, когда сделал это предложение именно тебе? Возможно, Ведун обрадуется такой возможности намного больше. Как думаешь?

Свист прикинул, что сделает с ним Орех, если затея Сонного окажется успешной и еще один Дом попадет в руки Ведуна – от этих мыслей волосы на затылке зашевелились.

— Ты полностью уверен в своих силах? – спросил Свист, желая отстрочить миг принятия решения.

— Я ни в чем не был так уверен, как сейчас.

— Хорошо, я отведу тебя к Ложному Дому.

— Когда? – быстро спросил Сонный.

— Да хоть завтра, — беспечно ответил десятник.

Идти обратно в лес никакого желания не было, скорее даже наоборот. Но инцидент в сторожке здорово подпортил ему настроение, так что оставаться дома как‑то уже и не хотелось.

— Значит, завтра?

— Перестань все переспрашивать, словно с новичком, только из норы вылезшим, разговариваешь, — беззлобно напустился на собеседника Свист.

— Прости, пожалуйста, — тот поднял руки в примирительном жесте.

— Тогда с рассветом жди меня у лестницы, где и сегодня, — Свист дал понять, что разговор окончен.

Сонный поднялся с крышки сундука и слегка качнул головой.

— Спасибо, до завтра.

«Хвала Свету, наконец‑то можно и отдохнуть», — подумал Свист, растягиваясь на кровати, а потом сам же и удивился тому, как исподволь восхваление Света проникло в обиходную речь людей.

«Наверняка, большинство возносит хвалу Светоносцу скорее для связки слов, нежели прославляя молодого бога», — успел подумать Свист.

30

Поутру Свист втайне надеялся, что его спутник проспит, и выход хоть ненамного отложится. Вчерашняя обида на паладина–сторожа померкла, и отправляться в дорогу, едва вернувшись, совсем не хотелось. Вся жизнь охотника проходит вот так – ушел, вернулся и снова ушел. Раз за разом, день за днем. До последнего времени Свиста такое положение вещей вполне устраивало, но теперь мысль о том, что в таком цикле придется прожить многие годы (если повезет, и смерть не встретит его где‑нибудь на узкой тропинке), неожиданно стала его угнетать.

«Эдак дальше пойдет», — думал он, — «война с дикарями праздником покажется».

Отринув уныние, охотник рывком сел на кровати, и трижды громко хлопнув в ладоши (так ему просыпаться легче было), соскочил на теплый каменный пол.

Сонный сидел на том самом месте, где и вчера. Только в этот раз у его ног лежал пузатый рюкзак, а в руках нашлась фляга с горячим терпким чаем, которую он любезно протянул Свисту.

Десятник не отказался.

— Позавтракаем в лесу, — охотник вытер губы рукавом, — выйти нужно пока все не попросыпались, меньше вопросов задавать будут, куда и зачем мы идем.

— Как скажешь, — легко согласился Сонный.

По раннему часу никто не встретился им на пути. Только уже в сторожке, под слоновьей головой:

— Привет, Свист, — Сукоруб, бывший за главного в сегодняшнем карауле, приветствовал охотника.

— Доброе утро, — улыбнулся в ответ десятник.

— Далече?

Почти безразличный вопрос.

— Не очень.

Такой же ответ.

— Ладно, не мое дело. Ты только знай, Ведун… хм… приказал, всех найденных новичков теперь ему приводили, а он уже сам их нянькам отдавать будет.