Лекарство от старости - Елена Горбачевская

Впрочем, официального запрета, какой-то там статьи, предусматривающей суровые санкции, за эту работу не было. Просто прикрыли финансирование, и все. А уж что поделывает господин Максимов в свободное от работы время, никого не касается!

Приободрившись этими мыслями, Егор кивнул перепуганной Людочке, своей секретарше, и распахнул дверь в кабинет, в котором он бывал значительно реже, чем в лаборатории.

На диванчике уютно расположился никакой мужчина без возраста. Интересно, подумал Егор, откуда эти структуры берут такое количество «серых» людей? Питомник у них специальный, что ли? Или от его, Егора, внимания ускользнул какой-нибудь ген серости, который у этой популяции представлен в доминантном состоянии? Тем не менее Егор вежливо поздоровался. Среднестатистический тип приоткрыл правый уголок рта, из которого с трудом вырвалось что-то вроде «Здрсть», после чего он перекинул ногу на ногу и уставился на Егора испепеляющим взглядом. Максимов мысленно пожал плечами и удобно устроился за своим громадным, невероятно захламленным столом. Молчание продолжало тянуться, и Егор позволил себе вежливо осведомиться:

— Я могу быть Вам чем-то полезен?

Среднестатистический вскинул брови и с величайшим трудом разлепил уста, Егор даже подумал, что тот, не исключено, клею объелся.

— Ну, рассказывайте, Егор Андреевич! — снисходительно процедил гость и принялся старательно изображать василиска.

Егор догадался, что по сценарию ему полагалось затрепетать. Хотя бы из вежливости. Но уж больно лениво было, да освободиться хотелось побыстрее. Поэтому он совершенно спокойным тоном уточнил:

— Что Вас интересует?

— Как Вы дошли до такой жизни, молодой человек, — хмыкнул «серый».

Это уже начинало надоедать.

— Во-первых для того, чтобы я с Вами разговаривал «за жизнь», Вам было бы неплохо для начала представиться, — с металлом в голосе отчеканил Егор, в очередной раз отметив про себя определенные неудобства вечной молодости, когда тебя все время принимают за мальчишку. — А во-вторых, если уж этого общения избежать невозможно, я предпочел бы как можно быстрее ответить на конкретно сформулированные вопросы и поскорее перейти к собственным делам.

— Ну, если это Вам так важно, то зовут меня Николай Петрович Сагарцев, — криво усмехнулся посетитель. — А конкретных вопросов Вам не избежать никак, уж поверьте! Итак, чем Вы занимаетесь в настоящее время?

— Вас интересует направление моей работы? — удивился Егор.

— Совершенно верно.

— Ну, что ж с удовольствием. Знаете ли, я, как и большинство исследователей, могу говорить на эту тему круглосуточно.

«Серый» только кивнул.

— Итак, я пытаюсь разрешить основную проблему современного здравоохранения — найти возможность не только излечения раковых заболеваний, но и их предотвращения. На генетическом уровне. Как Вы, наверное, знаете, как такового рака, как его представляли себе в двадцатом веке, не бывает. На самом деле существует более сотни различных заболеваний, схожих по своим механизмам, однако вызванных различными онкогенами.

Сагарцев заерзал на мягком и уютном диване. Видимо, почувствовал себя не в своей тарелке, а терять контроль над ситуацией было не в его привычках. «Так тебе и надо, — подумал Егор, — может быть, хоть немного спеси поубавится».

— Во всех живых клетках, в том числе и в Вашем организме, — Егор пристально посмотрел на фээсбэшника, а тот как будто даже немного съежился. — существуют особые полипептидные субстанции, так называемые протоонкогены, которые при некоторых условиях способны перейти в онкогенную форму. Как правило, такие клетки генерируются в здоровом организме, и в нормальных условиях иммунная система их подавляет. Но, увы, так происходит не всегда. Я вас не утомил?

— Н-нет, что Вы! Мне наоборот… интересно!

Забавно, подумал Егор, как это может быть интересно наоборот? Впрочем, это-то как раз и понятно. Но слово, как говорится, не воробей, нагадить может гораздо больше.

— Таким образом, можно с уверенностью говорить о том, что уже сейчас в Вашем организме преспокойно существуют порядка нескольких миллионов протоонкогенных клеток и несколько сотен или тысяч онкогенных.

— Дык… И чего теперь делать? — вжался в диван Николай Петрович, став из просто серого серо-буро-малиновым.

— В любом случае следовало бы провериться, — Егор сделал многозначительную паузу, сочувственно покачав головой. — Но сейчас, поверьте, все не так страшно. Это в девятнадцатом веке Вы бы просто тихо скончались в цвете лет от так называемой чахотки под скорбь родных, в двадцатом Вас бы резали вдоль и поперек и жарили гамма-пушкой, в начале двадцать первого — кормили бы доксорубицином до полного облысения, зато Вы здорово могли бы экономить на парикмахерских и шампунях от перхоти…

Лицо Сагарцева стало стремительно приобретать приятный для глаза нефритовый оттенок.

— … но сейчас нами найдены совершенно новые методы. Мы можем воздействовать на клетки на генном уровне. Уже разработан комплекс лечения сорока трех разновидностей онкологических заболеваний. Пять таких методик уже внедрены, еще восемнадцать проходят клинические испытания. Так что если что — обращайтесь!

Визитер только растерянно кивнул. Мол, спасибо, лучше уж Вы к нам.

— Но, самое главное, совершенно незначительное воздействие на организм жесткого транскорального излучения в сочетании гистерогидными соединениями бензола позволяет полностью подавлять у клеток возможность мутации и образования протоонкогенов, а затем и онкогенов.

— Так может это… Всем сразу сделать сразу чик-чик, — Сагарцев крест-накрест рубанул ладонью воздух. — В смысле, прививку?

— Знаете, я не вижу в этом целесообразности. Во-первых, как Вы выразились, «прививки» придется делать опять-таки от каждой разновидности, что столь же малоэффективно, как и практиковавшиеся когда-то прививки от гриппа. Помните, людей прививали от одного штамма, а они с чувством выполненного долга сваливались в постель от совершенно другого. Во-вторых, при профилактике даже тех видов опухолей, для которых уже разработана методика, суммарное воздействие транскорала может вызвать довольно неприятные последствия. Так что Вам вовсе не нужно подвергать себя профилактике. Если уж что случится, тогда и будем смотреть, как Вам помочь. Надеюсь, я ответил на все Ваши вопросы?

— Ну… Как бы да, — Сагарцев внимательно уставился на свои ботинки и принялся теребить кончик носа. — Только вот… Это… Вы же вроде раньше совсем другим занимались? Как бы вечной молодостью?