Лекарство от старости - Елена Горбачевская

— Извините, Егор Андреевич, можно?

— Да, Людочка, конечно!

— Вам тут факс пришел. Вот!

— Спасибо. И принесите, пожалуйста, кофе.

Егор уткнулся в бумажку. Да, именно этого и следовало ожидать. Вызов на разбирательство Международного Трибунала. Да уж, дожил, господин Максимов! Кошмар какой!

Людочка буквально на цыпочках внесла кофейник. По кабинету тот час же поплыл восхитительный аромат. Прихлебывая чудесный напиток, Егор призадумался.

А, собственно говоря, чего ему бояться? Этот Трибунал — прекрасный шанс расставить точки над «i» раз и навсегда и одним махом прекратить все эти гнусные измышления!

Зал был более чем внушительным. Тысяч эдак на десять. И все было просто забито народом. Журналисты только что на люстрах не висели, зацепившись ремешком камеры.

— Уважаемые господа! — обратился к присутствующим секретарь. — Позвольте напомнить вам, что наш Трибунал не носит уголовно-процессуальный характер, являясь мерой не карательной, а этической. При определенных обстоятельствах мы можем только рекомендовать правоохранительным структурам обратить внимание на те или иные обстоятельства и наши выводы. Итак, заседание Трибунала объявляется открытым!

— Максимов Егор Андреевич! — грозно насупил брови председатель Трибунала. — Вам предъявляется ряд обвинений: в убийстве, мошенничестве, пособничестве мошенничеству, незаконном обогащении и вымогательстве. Признаете ли Вы себя виновным в этих преступлениях?

— Бог мой! Нет, конечно!

Председатель легонько кивнул, мол, дескать, иного и не ожидал.

— В таком случае начнем наше разбирательство. Итак, по пункту обвинения №1 «Убийство». Адвокаты потерпевших настаивают на Вашей виновности. Получили ли Вы материалы обвинения и достаточно ли было у Вас времени на их изучение?

— Да, благодарю Вас, — кивнул Егор. — Материалы я получил вовремя и успел изучить.

— В таком случае расскажите, что Вы можете пояснить по существу вопроса.

— Насколько я понял, — начал Егор. — Всего погибло девять человек. Семеро из них погибли от передозировки наркотиков, один умер от лейкемии и еще дама погибла в автокатастрофе.

— Это суду известно!

— Так вот, никого из погибших я не знал, ни разу даже с ними не виделся, не был в курсе их профессиональной деятельности и так далее. Я думаю, вряд ли господа адвокаты потерпевших найдут свидетелей, которые смогут опровергнуть мои слова!

Председатель сурово посмотрел в сторону адвокатов, уткнувшихся в свои бумажки. Только один из них соизволил прореагировать на обращение, растерянно пожав плечами. Председатель важно кивнул Егору:

— Продолжайте, господин Максимов!

— Насколько мне известно, автомобильная катастрофа была со всей тщательность расследована полицией и признана несчастным случаем. Что касается человека, умершего от лейкемии, то мне разрешили ознакомиться с историей болезни. На мой взгляд, лечение было назначено правильно, однако успеха не принесло. Несколько консилиумов врачей также это подтвердили. В таком случае, причем здесь я? И, наконец, передозировка наркотиков. Семеро молодежных кумиров вели отнюдь не здоровый образ жизни, закончившейся вполне закономерно. Какое это имеет отношение ко мне?

— Разрешите, господин председатель? — оторвался от бумажек один из адвокатов.

— Да, конечно!

— Господин Максимов! Вы получили от моих клиентов достаточно крупную сумму денег за предоставление так называемого бессмертия. И они вправе были рассчитывать на… Как бы это сказать? На определенную устойчивость к вредному воздействию. Таким образом, введя их в заблуждение, Вы способствовали их гибели! — адвокат грозно выставил в Егора перст с ухоженным, лакированным ногтем.

— Да, деньги каким-то чудом действительно попали на мой личный счет, и я не могу дать никаких вразумительных объяснений этого. Однако я повторяю, что потерпевших я никогда не видел, не разговаривал с ними, не проводил терапию по своей методике и тем более не говорил им этих глупостей о бессмертии. Молодые люди, по всей видимости, на свое горе не смогли расстаться со сказками о бессмертном горце.

— Вызовите господина Ханненхайма, продюсера группы «Квейк», — приказал председатель.

Заморенный дяденька в очечках был приведен к присяге.

— Господин Ханненхайм, видели ли Вы когда-то раньше присутствующего здесь господина Максимова?

— Нет, никогда, — ответил тот, предварительно сощурившись.

— Скажите, кто проводил курс так называемой терапии членам группы?

— Девушка такая… Молодая, очень красивая брюнетка, но она только осуществляла технический процесс. С ней еще был молодой человек, вот он как раз и предложил ребятам эту так называемую терапию. Но это — не этот молодой человек, — кивнул в сторону Егора продюсер, — совсем другой. Это он как раз и говорил о вечной молодости. Тогда Боб Бетли спросил, как, мол, это понимать? А он ответил, что организм практически не стареет, по сути дела становясь бессмертным. А ребята уже хороши были, только последнее слово на радостях и услышали… Так вот получилось.

— Большое спасибо, господин Ханненхайм! — кивнул председатель. — Господин секретарь, огласите, пожалуйста, присланные свидетельства!

Секретарь поднялся со своего места.

— Свидетельство госпожи Джейн Майер, супруги актера, умершего от лейкемии, гласит, что ни она, ни ее муж не встречались с господином Максимовым, фотография которого им была предъявлена. Пройти курс терапии им предложил неизвестный молодой человек, назвавшийся Гастоном Смитом. С ним была молодая брюнетка, которая осуществляла технический процесс. Абсолютно аналогичные показания дала Нора Бартон, сестра погибшей в автокатастрофе. Для опознания им также была предъявлена фотография исчезнувшей Анастасии Максимовой, супруги обвиняемого. По поводу госпожи Максимовой никто из опрошенных не смог сказать ничего определенного.

— Спасибо, господин секретарь, — председатель кивнул и повернулся в Егору. — Господин Максимов, что Вы можете пояснить Трибуналу по вопросу местонахождения Вашей супруги?

— Ничего, — сник Егор. — Я и сам бы хотел знать, где она.

Председатель коротко кивнул, выдержал эффектную паузу и продолжил:

— Итак, господин Максимов, что еще Вы можете пояснить Трибуналу, исходя из выдвинутых обвинений?

— Как смог убедиться почтеннейший Трибунал, я не виновен в убийствах, которых по сути дела и не было. Тем более я не занимался мошенничеством и вымогательством. И не я осуществлял курс терапии, как показывают свидетели. Я не исключаю того, что сделать это могла моя жена. Косвенным подтверждением этому является возникновение довольно крупной суммы денег у меня на счету, из-за которой меня обвинили в незаконном обогащении, — Егор глубоко вздохнул и обвел глазами весь громадный зал. — Чтобы доказать несостоятельность последнего пункта обвинения, я хочу сделать следующее заявление. Я, Максимов Егор Андреевич, намерен потратить всю сумму, находящуюся на моем счету, на изготовление аппаратуры, позволяющей внедрить мою методику, соответствующее обучение персонала и абсолютно бесплатное применение метода остановки старения для всех желающих!