Тибетская книга живых - Марк Вадимович Розин

рукавом. У Фло засияли глаза. Она распечатала коробку, вытащила какой-то очень квадратный и довольно крупный по сравнению с прочими камерами агрегат, осмотрела его со всех сторон. Льву бросился в глаза большой сверкающий логотип – иероглиф, напоминавший окошко в окошке. «Какой интересный символ – абсолютная гармония…»

Фло извлекла инструкцию, пролистала вперед почти до конца, потом отлистала назад, вчиталась, сосредоточенно нахмурилась, принялась нажимать кнопки, снимать, воспроизводить. Потом снова пристала к продавцу. Лев, собиравшийся уже расплатиться и идти, слегка забеспокоился и стал прислушиваться. Фло требовала выдать ей объектив с асферическими линзами. Почему асферическими? Чтобы не искажалось изображение. А еще ей нужны линзы без хроматических аберраций, чтобы цвета выглядели естественными. Продавец что-то мычал, блеял в ответ, уходил в подсобку, приносил новые объективы, постепенно заставил ими весь прилавок, Фло немедленно его разоблачила – отругала, что он не знает свой товар, велела выучить его немедленно, за ночь, сказала, что завтра придет и проверит, смотрела на мальчишку очень серьезно и не улыбалась. Надо знать свое дело – вот она, Фло, не имеет никакого диплома, но про камеры, фотоаппараты и объективы знает все. Мальчишка вспыхнул, покраснел, волосы встопорщились, но сдержался, только перестал отвечать, а начал вместе с Фло читать инструкции и тыкать в них пальцем.

Про Льва Фло напрочь забыла – так увлеклась воспитанием продавца. Он понял, что это надолго, нашел себе стул в углу и сел в сторонке.

И ведь придет она экзаменовать его завтра – не поленится. Забудет, что сама не выносит экзаменов. И станут они друг для друга «человеками». По виду они подходят друг другу. Как будто аниме-персонажи из одного мультика, нарисованные одним художником. У Фло ярко-черные длинные волосы, у него белые, крашеные; оба худые, нескладные, в мешковатой, не по размеру одежде. Есть волосы, глаза, рот, руки – а все остальное как будто не прорисовано. «Полюбят друг друга – а я останусь в стороне, прилипну к стулу, стану смотреть мульт». Лев уже не чувствовал себя уверенным и сильным – он превратился в глину, плохо слепленный, разваливающийся кусок тела. Он ел глазами их молодость и думал, что, конечно, у них нет никаких половых стереотипов, а один только половой инстинкт, что бы они там ни говорили…

Его взгляд коснулся руки Фло. Худенькие детские ручки… И вдруг он заметил ее короткие неровные ногти. Неужели грызет? Какой контраст с ровным надежным иероглифом, к которому она прикасается своими пальцами. Он перевел взгляд на свои руки и увидел, что они такие же, как у нее, – как там сейчас говорят?.. «Покоцанные»… «Она грызет ногти, и я грызу».

Лев внезапно вспомнил себя в больнице: ему 10 лет, над ним издеваются дети в палате, а он не способен постоять за себя. В больницу он попал надолго – на целых сорок два дня. Ничего определенного – это было долгое в те годы обследование. Лев учился в хорошей математической школе, дети там были интеллигентные. А в больнице он впервые встретил совершенно других детей – злых и жестоких. Он заходил в палату – и на него сверху летело ведро; садился на койку, а она падала, потому что у нее была вынута из паза ножка. После больницы оказалось, что Лев грызет ногти – подстригать ножницами было нечего. Поначалу папа возмущался, заводил беседы о том, как пресечь дурную привычку. А затем решил проявить творческий подход и начал мазать пальцы Льва горькой жидкостью: берешь случайно пальцы в рот – и тут же отдергиваешь. Папа обрабатывал ногти Льва рано утром, еще до школы, Лев пробовал их грызть уже по дороге в школу, мучился, плевался, терпел, слизывал, сгрызал лак, и уже в школе мог кусать их в свое удовольствие. И вот теперь Лев узнал ту же трогательную неровность на пальцах Фло. Ее ногти были в худшем состоянии, чем у него: много сколов, заусенцев, а главное – они уходили в мясо, над ногтями образовались выпуклые подушечки. Лев знал это состояние: когда нервничаешь, то не можешь остановиться, и вскоре уже пытаешься отделить ноготь от пальца. Тонкие ломкие руки с бледными пальцами, увенчанные поломанными, вдавленными в мясо ногтями… И этими пальцами Фло перебирает камеру, нажимает на кнопки, разворачивает инструкции, обводит незнакомый иероглиф …

Лев представил, что он подходит к Фло, берет ее ладонь, отправляет в свой рот и зубами очень аккуратно подравнивает края ногтей, свою же руку отдает Фло – и она нервно грызет его пальцы, выгрызая ногти из подушечек.

«Да, – подумал Лев, – в этом смысле она действительно не девочка: ни тебе длинных ногтей, ни маникюра». И сказав это, он вдруг заметил на нескольких пальцах остатки облупившегося лака – причем разных цветов. На одном, видимо, был желтый лак, на другом – голубой. «Девочка, девочка! – возрадовался он. – В одно прекрасное утро или вечер она покрасила себе ногти, а потом сгрызла и ногти, и лак – так же, как я когда-то сгрызал папино горькое снадобье в школе».

Фло наконец доругалась с парнем, еще раз погладила иероглиф «окошко в окошке» и позвала Льва платить. Лев застыл на стуле и не мог встать, не мог ничего сказать, кривая улыбка расползлась на его лице, а глаза продолжали бродить по ее рукам. Фло подошла ко Льву и неожиданно ласково тронула его за плечо.

– Что с тобой?

– Со мной?.. Я в порядке…

Оцепенение спало, Лев заплатил за камеру, и они вышли из магазина.

* * *

Лев сидел в своем кабинете и смотрел в окно. Не читалось. Он опять был зрителем – наблюдал, как за толстым стеклом беззвучно проезжают машины. Узнать, как дела у Фло? Сделала ли она пробную съемку? Он взял телефон, открыл ее номер в вотсапе и стал рассматривать аватарку. Вместо фотографии он увидел желтую лягушку. Вроде она говорила, что вывесила осьминога… «Я не хочу, чтобы меня учили потому, что я красивая девушка» – вспомнил он.

«Будет ли она рада моему звонку? А действительно ли у меня есть к ней дело?»

«Нет у меня дела. Мы увидимся в клубе в пятницу, а сегодня понедельник. В пятницу все и обсудим».

«Но мне очень хочется позвонить. Что я скажу? Спрошу, как дела… А затем?»

«Затем позову попить кофе – просто встретиться и попить кофе. Юдит может позвать меня выпить кофе, почему мне нельзя? Я хочу попить кофе с Фло. Просто так».

Он обежал мысленным взглядом ее ясные глаза, нос – носик, смешной, вздернутый, тонкие