Далекие журавли - Доминик Иосифович Гольман

исследовательский корабль на заданный курс. Примерно через неделю «Циолковский» достигнет вблизи планеты Плутоний границы нашей солнечной системы и совершит посадку на новом космодроме «Луна-3».

— Можешь себе представить, Гиз, — возбужденно рассказывал Кирилл, — что творилось у нас в центре связи, когда «Цио» после долгого молчания объявился вновь. Некоторые просто прыгали от радости. И знаешь, кто первым услышал сигналы? Наш самый молодой оператор — Нинель Самарина!

— Самарина? Дочь командира «Циолковского»?

— Она. Днями и ночами сидела у приборов, забывая про сон и отдых. Несколько раз мне просто силой приходилось отправлять ее домой.

— Сколько же лет теперь Нинель?

— Восемнадцать.

— Значит, ей было всего три года, когда ее отец покинул Землю.

— Минутку. Да, верно. «Цио» стартовал 12 апреля 2085 года с космодрома «Памир-2».

— Пятнадцать лет ожиданий, страха и надежд, — задумчиво произнесла Гизела. — Ровно половина моей жизни. Трудно представить себе такое.

— Это первый полет, который продолжается так долго, — сказал Кирилл. — «Гагарин» — первый межзвездный корабль с фотонным двигателем — был в пути около семи лет.

— Семь лет, сто сорок три дня, семнадцать часов и девять минут, — уточнил Трони, накрывавший стол на террасе, где теперь влюбленные имели обыкновение проводить все вечера.

— Мне бы твою память, — улыбнулся Кирилл и, обращаясь к Гизеле, сказал: — Иногда становится не по себе от такой эрудиции. В присутствии твоего всезнающего Трони я кажусь себе просто школьником.

Гизела рассмеялась мелодичным смехом, который так нравился Кириллу и который всегда вызывал счастливую улыбку и у Трони. Поправив приборы и еще раз окинув критическим взглядом столик, на котором был сервирован ужин, робот удалился.

Кирилл пристально посмотрел ему вслед, затем нежно притронулся к руке Гизелы, наливавшей ему чай, и сказал:

— Знаешь, Гиз, если бы это звучало не так абсурдно, можно было бы утверждать, что этот чудный Трони в тебя влюблен.

Кириллу показалось, что при его словах Гизела слегка, едва заметно вздрогнула. Но он, должно быть, ошибся, потому что в следующее мгновение она непринужденно взглянула ему в глаза и возразила:

— В своем ли ты уме, Кир? Робот и любовь? Смешно.

Но, сказав это, Гизела не рассмеялась, даже не улыбнулась и тут же заговорила о каких-то пустяках. После ужина они пересели в укромный уголок комнаты и Гизела стала читать ему свои стихи. Одно из них Кириллу так понравилось, что он попросил прочесть его еще раз. Гизела подошла к раскрытому окну, взглянула на звездное небо и, обращаясь больше к нему, чем к Кириллу, стала декламировать:

Мелодии космоса

Звучат издалека.

Кто говорит со мной?

Других существ ли

Это голоса?

А может, бьется так

Пульс их любви?

И мое влюбленное сердце

Шлет в другие миры

Закодированные сигналы,

Блуждающие там в поиске…

Терпеливо, с надеждой

Жду отголоска, эха…

…В ту ночь электромобиль Кирилла простоял у красивого бунгало на холме до самого восхода солнца.

Гизела проснулась, когда мягкий, серебристо-серый рассвет еще робко пробивался через высокие окна, занавешенные полупрозрачными гардинами. С минуту она лежала неподвижно, с закрытыми глазами. Кто это разбудил ее таким нежным поцелуем? Ну конечно же Кир. Безмятежная и счастливая после событий этой ночи, она с умилением ждала следующего поцелуя. Но поцелуя больше не последовало. Гизела открыла глаза и посмотрела на Кирилла. Он спал, подложив руки под голову. Дышал ровно, глубоко. Гизела приподнялась и растерянно огляделась. Ее не покидало ощущение, что она все еще чувствует на своих губах прикосновение горячих упругих губ любимого.

Странно. Неужели ей это приснилось? Со вздохом разочарования она опустилась на подушку. В доме по-прежнему было тихо, только из сада доносилось редкое пение птиц.

И вдруг Гизелу пронзила мысль, заставившая ее оцепенеть. Трони! Неужели он осмелился?.. Сна как не бывало. Ей вдруг послышалось, как скрипнула дверь, ведущая в сад. Стараясь не разбудить Кирилла, Гизела осторожно соскользнула с кровати, набросила пеньюар, быстро, почти бегом прошла через коридор и отворила дверь в сад.

Свежий, настоянный на аромате цветов утренний воздух пахнул ей навстречу. Она окинула взглядом небольшой садик, тесно прижавшийся к крутому склону, поросшему, лесом.

Никого.

— Трони, — позвала Гизела с некоторым раздражением.

Ответа не последовало. Только птицы, скрытые в ветвях деревьев и кустов, продолжали беззаботно чирикать.

Возвратившись в дом, Гизела поднялась на верхний этаж, где находилась комната Трони. Дверь была приоткрыта и легко поддалась нажиму ее руки. Кресло, в котором любил сидеть неутомимый, практически не нуждающийся в отдыхе и сне робот, стояло как обычно напротив двери и было пусто. Рядом, на низком столике, лежало несколько книг из ее библиотеки. Чтение было единственным хобби, скорее страстью этого электронного интеллектуала. Самого же Трони нигде не было видно.

Гизела снова спустилась вниз, заглянула на кухню, в другие помещения и убедилась, что и здесь Трони нет Что заставило его так рано выйти из дому? Что за неотложное дело у него в еще спящем городе? Гизела вышла на террасу. Но и серпантин дороги был пуст. Стоящий перед домом электромобиль Кирилла навел ее на новую мысль. Однако, повернувшись в сторону гаража, двери которого не были закрыты, она увидела, что и ее электромобиль стоял на месте.

Пытаясь унять все возрастающую тревогу, Гизела прислонилась к балюстраде. Шорох приближающихся шагов заставил ее вздрогнуть. В одних плавках, с распростертыми руками, улыбаясь, навстречу ей шел Кирилл.

— Ах вот ты где, маленькая беглянка! — засмеялся он весело.

Гизела бросилась ему на грудь и в его крепких объятиях почувствовала себя надежно защищенной. Кирилл, видимо, заметил беспокойство в глазах Гизелы. Он озабоченно спросил:

— Что с тобой, Гиз? Что-нибудь случилось?

— Нет, ничего. Только… Трони исчез.

— Трони? — удивился Кирилл. — Что это ты так беспокоишься о своем роботе? — спросил он с легкой иронией.

Гизела закрыла глаза и опустила голову ему на грудь.

— Не знаю почему, но я боюсь за него.

— Ах ты маленькая глупая девчонка, — успокаивающе улыбнулся Кирилл. — Боишься за свою красивую, большую пластиковую куклу. Идем, тебе надо выспаться. Найдется твой Трони.

Он поднял ее осторожно, как ребенка, на руки и медленно понес назад, в дом…

Если бы Гизела сразу же, как только проснулась, обошла сад, то наверняка наткнулась бы там на Трони. Когда она открыла дверь, он едва успел спрятаться за кустами жасмина, отделявшего сад от леса.

Трони видел ее стоящей в дверях, слышал, как она звала его, но не шевельнулся и не подал голоса, только пристально смотрел на ее стройную фигуру в незастегнутом пеньюаре, который