Далекие журавли - Доминик Иосифович Гольман

заставил обоих повернуться к окну, выходившему во двор. Из двухместной машины такого же типа, как и у Гизелы, вышел высокий молодой человек в светлом, спортивного вида костюме, в длинных брюках и коротком, похожем на пуловер, жакете. В левой руке он держал большой букет цветов.

— Поразительно, — удивилась Гизела. — Кирилл и цветы? Может, сегодня праздник, Трони?

— Мне о нем не известно, — ответил робот и принялся хлопотать у стола.

Молодой человек одним прыжком преодолел ступени, ведущие на террасу, поднял букет как флаг над головой и весело произнес:

— Вот и я. Добрый вечер, Гиз. Принес тебе… — Вдруг он остановился на полуслове и несколько секунд стоял молча, зачарованно разглядывая хозяйку дома. — Святой Юпитер, — прошептал он с восхищением. — Как прекрасно ты выглядишь в этом платье!

Гизела улыбнулась.

— То же самое мне только что сказал Трони. Даже почти теми же словами.

— Здорово! Это говорит о том, что у твоего несравненного помощника хороший вкус. — Кирилл шутливо поклонился роботу. — Ваше электронное высочество, милостивейше прошу прощения, что я забыл с вами поздороваться. Ваша очаровательная госпожа привела меня в полное замешательство.

Трони так же низко поклонился, приложив при этом правую ладонь ко лбу, и ответил в том же тоне:

— Добро пожаловать, о покоритель Марса и повелитель межпланетной радиосвязи! Сын гениального духа изобретательства и высокого искусства конструирования шлет вам свой скромный привет!

Гизела восторженно захлопала в ладоши:

— Браво, Трони. Это мне нравится. Смотри, Кирилл, тебе будет трудно состязаться в остроумии с Трони.

— Не удивительно, — засмеялся Кирилл. — Мой бедный человеческий мозг, конечно, не может конкурировать с этим компьютером. А это для тебя, Гиз, — он протянул ей цветы.

— Спасибо, очень мило с твоей стороны. О, — воскликнула Гизела тут же с восторгом, — это же розы с Венеры! Где ты их раздобыл?

— Ты, наверное, забыла, что моя сестра работает в оранжерее института космической флоры. Мне, между прочим, пришлось употребить все свое умение убеждать, чтобы смягчить ее сердце. Она уступила эти чудесные экземпляры только потому, что мне они нужны по особому случаю, — Кирилл сделал упор на последних словах, его зеленоватые глаза, обращенные к Гизеле, излучали тепло.

— И этот особый случай — я?

— Угадала.

Приблизившись к Гизеле, Кирилл обеими руками нежно сжал ей левую руку.

— Знаешь, Гиз, мне решили доверить новую работу — руководство строительством технических сооружений нового межзвездного радиоцентра, который сейчас возводится на Памире. Оно продлится как минимум год… И мне не хотелось бы на сей раз проводить его так же одиноко, как на Марсе. Ты поедешь со мной?

Гизела окунула лицо в ярко-красные розы, которые, казалось, все еще источали зной своей родной планеты.

Так вот чем объяснялось то странное предчувствие, переходящее порою в беспокойство, которое все сильнее давало о себе знать за последние недели. Только теперь она поняла, что это было желанием любить, иметь нежного, доброго друга. И что старая, со школьных времен дружба, связывавшая ее с Кириллом Сангиным, незаметно переросла в глубокое, дарящее радость чувство…

Подняв глаза, Гизела увидела близко перед собой лицо Кирилла, эффектное, четко очерченное, увидела и маленький шрам от ожога у левого виска, еще со времен Марса, когда мельчайший метеоритный осколок скользнул по его лбу. Его губы, которым обычно было свойственно ироническое выражение, производили сейчас не такое строгое и скрытное впечатление, и внезапно ей захотелось нежным поцелуем еще более смягчить его черты. Кирилл обнял Гизелу так крепко, что у нее перехватило дыхание.

— Гиз, любимая!

Цветы, которые она все еще держала в руке, скользнули вниз, и, подчиняясь силе Кирилла, Гизела забылась в жарком поцелуе… Вдруг внезапная мысль, что в комнате должен находиться еще кто-то, отрезвила ее. Быстро освободившись из объятий Кирилла, Гизела чуть слышно проговорила:

— Кир, мы же здесь не одни.

Кирилл понял, кого она имела в виду, и спросил удивленно:

— Неужели ты стесняешься своего Трони, этого электронного манекена?

Гизела умоляюще приложила кончики пальцев к его губам:

— Не надо, ты не должен его обижать.

Опасения Гизелы оказались напрасными. Быстрый взгляд через плечо Кирилла убедил ее в том, что Трони здесь не было.

Кирилл хотел снова обнять Гизелу, но вспыхнувшее в ее глазах озорство остановило его. Упершись обеими руками в его грудь, она озабоченно сморщила лоб и спросила:

— А мои лекции в институте?

Кирилл весело рассмеялся:

— Для чего же существует вот уже два столетия телевидение и радио? Слушатели в аудитории должны будут некоторое время довольствоваться твоим цветным изображением на экране.

Гизела собралась было еще что-то возразить, но не смогла, горячие, упругие губы Кирилла не дали ей этого сделать.

На следующее утро, как обычно, ровно в семь появился Трони, чтобы сделать массаж, но Гизела отказалась, сославшись на плохое самочувствие.

Робот молча вышел.

Гизела долго смотрела на закрывшуюся за ним дверь и стала внушать себе, что действительно чувствует легкое недомогание. Кирилл ушел очень поздно, и несколько часов сна недостаточно освежили ее. Когда же она после утренней ванны стояла перед зеркалом и причесывалась, то поняла, что причиной отказа от массажа было нечто другое. Никогда ранее ей не приходило в голову стесняться своей наготы перед Трони, хотя бы уже потому, что за последнее столетие нравы во многом изменились и были почти идентичны идеалам древних греков, преклонявшихся перед естественной открытой красотой человеческого тела.

Да, эта неожиданная робость перед Трони, который каждое утро энергично и вместе с тем осторожно массажировал ее, была вызвана его вчерашним признанием. Конечно, Трони был всего-навсего роботом, и она могла бы приказать ему полностью выключить блок эмоций, но делать этого ей не хотелось, ведь это означало бы ограничение данной ему свободы, а она ни за что не согласилась бы иметь робота с ограниченными возможностями.

…Неделя пролетела быстро. Кирилл приезжал к ней каждый вечер, и они с увлечением строили планы своей будущей совместной жизни, которая должна была начаться через месяц в живописных местах высокогорного Памира. Сегодня, в субботний вечер, он был особенно радостным и оживленным. Гизела знала причину его радости: по мировому радио уже несколько раз передавали сообщение о том, что Кириллу Сангину и его сотрудникам удалось уловить чрезвычайно слабые радиосигналы с космического корабля «Циолковский», считавшегося уже несколько месяцев пропавшим без вести. Удалось даже установить его координаты во Вселенной. По сообщениям астронавтов, звездолет «Циолковский», один из первых фотонных кораблей, успешно завершил исследования в весьма отдаленных пространствах Галактики, но на пути домой столкнулся с огромным метеоритом и сбился с курса. С большим трудом команде удалось ликвидировать неисправности и вернуть