Сан. На чужой земле - Полина Люро

― Стоять! Всем замереть и не двигаться, пока не разрешу… ― и, рыдая, выругался. Не знаменитыми «демонскими» прибаутками, которыми охотно делился Крэг, и не изощрёнными словами древнего наречия Избранных, подслушанными у Раса. Маг Сан кричал то, что слышал всего лишь раз от своего отца, когда у мамы случился сердечный приступ, а «скорая» не могла приехать, завязнув в осенней грязи наших дорог. Отец нёс маму на руках к машине и ругался так, что я вспомнил его сакральные слова через годы и миры…

Не знаю, помогло ли заклинание родного мира с просьбой защитить дорогих мне людей, или что другое, но время остановилось. Я дрожал, вытирая смешанный со слезами пот, и через мутную пелену видел, как сначала у ног упал меч Крэга, а потом с глухими шлепками погрузились в пыль Селим, Лис и Хлоя. На одеревеневших ногах приблизился к ним, стонущим после удара о землю, едва шепнув, хотя казалось, что всё ещё кричу:

― Не сметь… их… трогать… Это ― друзья, мои напарники пришли на помощь…

Крэг подхватил меня, без слов подтолкнув к Расу. Его огромные чёрные глаза смотрели с мольбой и ужасом:

― Спаси его, Сан… Что хочешь делай, можешь забрать мою жизнь, только пусть он живёт…

Было ощущение, что это не Стражи только что разбились о землю и камни Мёртвого города. Это меня снова бросило с высоты, выбив дыхание и саму жизнь из тела, настолько было больно. Но видеть умирающего Раса и безумный взгляд Крэга ― оказалось ещё тяжелее. Поэтому, очистив разум, как учил Рой, сосредоточился только на одном вопросе:

― Что я могу для них сделать?

Не помню откуда, но точно знал, что заклинание исцеления в этом случае не сработает, как и «пожелание Повелителя».

Перед глазами возник Фонтан.

― Точно, я ведь шёл сюда за исцеляющей водой, но её тут давно уже нет. Так ли это?

Бегом бросился к резной чаше, чувствуя, как за спиной тяжело дышит Крэг, и, замерев, внезапно вспомнил то, о чём читал в детстве: в книге волшебник бил посохом о землю, и источник с живой и мёртвой водой оживал. Я хмыкнул:

― Ну, ты окончательно свихнулся, Сан, в сказки веришь?

И сам себе ответил, копируя интонацию друга:

― А то. Другого-то способа всё равно не знаю, да и палка у меня есть ― чем не посох, а?

Взглянул на Крэга, смотревшего с почти детской верой в чудо:

― Сейчас попробую один старинный способ…

Друг кивнул:

― Действуй, времени почти не осталось.

Облизав горячие губы, выпалил:

― Тогда живо тащи две кружки, твоя и Раса подойдут…

За спиной послышался тяжёлый топот ног убегающего напарника, и, крепко сжав палку, я ударил по Фонтану:

― Хватит дрыхнуть, пора приниматься за работу, бездельник!

Это, наверное, было самое своеобразное заклинание, пришедшее в тот момент в голову, и хорошо, что его никто не слышал. Засмеяли бы… Но оно сработало. Старые краны заскрипели как ржавые петли, и из них… посыпался песок. Этот был не тот результат, которого я ждал. И в сердцах не очень уравновешенный маг Сан снова ударил по Фонтану. Да так, что его чаша вздрогнула, покрываясь сетью мелких трещин. Но мне было плевать на это, тем более что рядом уже стоял Крэг с кружками в руках и одобрительно хмыкал.

Второй удар оказался не только эффектнее, но и гораздо эффективнее первого. Из кранов потекли тонкие грязные струйки воды, мало походившие на целебные. Крэг озадаченно крякнул, и в отчаянии я замахнулся на «неповоротливый» Фонтан. Это сработало ― струи воды стали гораздо толще, хотя цвет поменялся мало.

Первым желанием было выхватить кружки из рук напарника и наполнить их этой водицей, но, вспомнив книгу, понял, что надо ещё провести эксперимент. Кранов было не меньше десятка, и, по идее, не все из них были целебными. Я по очереди подсовывал конец палки под каждую струю. Сначала ничего не менялось, но моя настойчивость победила. Как только край палки почернел, тут же кивнул Крэгу, и он понятливо наполнил чистую кружку мутной жидкостью.

Таким же методом нашёлся кран с не менее подозрительной водой, однако просунутый в неё почерневший конец палки не только вернул свой цвет, но и пустил побег. Мы с Крэгом очарованно смотрели на распустившиеся маленькие листочки ― первую зелень, увиденную мною в Мёртвом городе.

Через несколько мгновений я на коленях стоял перед Расом, кивая на нож, торчавший из шеи Избранного:

― Крэг, осторожно вынимай, ― что он и сделал. С тяжёлым сердцем по очереди капнул мутную воду из обеих кружек на кровавый след, с восторгом наблюдая, как затягивается рана. Рас открыл свои удивительные жёлтые глаза… чтобы в следующее мгновение зашипеть, глядя на наши счастливые физиономии:

― Болваны, почему так долго копались? Забыли простое заклинание исцеления, что ли? Я из последних сил держался, чтобы не потерять сознание, чувствуя, как мой глупый младший напарник льёт грязную воду на рану…

И, улыбаясь, крепко сжимал наши ладони своими дрожащими пальцами, пока мы делали вид, что не замечаем мокрых дорожек на белоснежных щеках.

Я плакал, не стесняясь и бормоча:

― Ты жив, Рас, жив! Как же я испугался за тебя и драгоценную…

Он тут же взволнованно присел, проверив запылившуюся косу:

― А что с ней не так? Вроде в порядке… Ну и шуточки у тебя, бесстыжий… Что за ужасный балахон ты напялил, почему прячешь лицо? Неужели бегаешь от девчонок?

Мы с Крэгом расхохотались, но когда Рас протянул руку к капюшону плаща, я невольно отпрянул:

― Подождите, мне надо проверить друзей ― им здорово досталось, ― и быстро побежал к Стражам.

Селим не двигался, тихо постанывая, Лис хромал, повизгивая, и бегал вокруг него и лежащей в крови Хлои. Ахнув, закричал Крэгу:

― Тут плохи дела, живо тащи кружки с целебной водой. Господи, что же я натворил… Селим, как ты, что с Хлоей?

В голове словно ветер шелестел голос старого друга:

― Кажется, по твоей милости я сломал спину. Проверь Хлою и помоги ей, Лис сказал, что она ещё дышит. Если её не станет ― никогда тебя не прощу. Вот как ты отвечаешь на нашу любовь, Повелитель ― калечишь и убиваешь старых друзей, чтобы спасти новых… Знаешь, как это называется? Предательство…

Это было хуже пощёчины или удара под дых, это было… невыносимо. В первое мгновение я так растерялся