Флирт - Бут Таркингтон

сказала его мать. — Если ты плохо себя чувствуешь, Эдрик, пойди приляг.

— Да нет, на свежем воздухе мне как будто легче.

— Береги колено, дорогой.

Она закрыла окно, и сын спокойно продолжил свои изыскания.

Лора выбросила дневник из окна. Это абсолютно точно. Очевидно, она спустилась вниз до рассвета и забрала его. Или нет? Если предположить, что она не забирала книгу?

Мальчик поднял глаза и внимательно оглядел стену. Мог ли дневник, выброшенный из окна, так и не долететь до земли? Ветви старого клена, уже почти облетевшего, переплетались над головой Эдрика. Одна из толстых веток росла прямо напротив окна Лоры.

Проницательное лицо сыщика вновь просияло триумфом. Должно быть, Лора протягивала дневник по веревке в дупло! Однако никаких веревок не было видно, и проницательное лицо сыщика вновь поникло. Может, она использовала шелковые нити, невидимые снизу?

Он вскарабкался на дерево. Осторожно, страдая от боли в колене, он остановился в непосредственной близости от окна, которое Лора открывала накануне. Всестороннее обследование дерева привело к очевидному выводу: ветки клена были слишком тонкими, и никаких шелковых нитей видно не было.

Он упорно вглядывался в окно. Затем его взгляд немного опустился и остановился менее чем в трех футах от подоконника. И поиск был завершен.

Кухонное окно, которое открыла его мать, находилось прямо под окном Лоры. Оно было высоким и узким, в стиле дома. А над ним виднелся кирпичный козырек. На нем и лежала книга, завернутая в промасленный чехол и приваленная камнем. Обнаружить ее можно было только с верхних этажей дома напротив или с дерева, да и то в том случае, если листья опали.

Лора чувствовала себя в полной безопасности. Никто никогда не видел ее дневника, если не считать того августовского дня, когда Эдрик в открытую дверь заметил ее пишущей. Он больше не упоминал об этом случае, и Лора успокоилась. Она позабыла, что мальчишки надежно помнят именно те вещи, о которых им не следует помнить. Чтобы достать дневник, достаточно было высунуться из окна.

* * *

За обедом Эдрику стало хуже, так что мать решила вызвать доктора Слоана, если к вечеру мальчик не поправится. Эдрик кротко вздохнул и сказал, что, возможно, будет даже лучше, если он не поправится. После вялой попытки поесть, он учтиво встал из-за стола — в этот момент даже Кора заподозрила, что случай серьезный, — и отправился полежать на диване в библиотеке. Мать накрыла его пледом. Эдрик трогательно поблагодарил и закрыл глаза. Миссис Мэдисон ушла, оставив его отдыхать.

Через некоторое время в комнату вошла Лора. Заметив, что глаза брата открыты, она извинилась, что разбудила его.

— Неважно, — слабым голосом шепнул он. — Я все равно не мог уснуть. Мне снятся такие ужасные сны. Наверное, мне лучше бодрствовать. Страшно спать, понимаешь? Побудь со мной недолго…

— Конечно, — сказала Лора.

Заметив, какие красные у него щеки и блестящие глаза, она прикоснулась ко лбу брата.

— У тебя нет жара, это хорошо. Завтра ты поправишься. Хочешь, я почитаю вслух?

— Нет, мне кажется, чтение может как-нибудь расстроить мой разум. Я чувствую себя тревожно и странно. Давай лучше сыграем в какую-нибудь игру.

— В карты?

— Нет, не совсем, я не смогу играть лежа. О, придумал! Помнишь, мы играли как-то раз: один рисует картинку, а остальные должны угадать, что это такое? Садись за стол и бери бумагу. Я тебе расскажу правила.

Лора повиновалась.

— Я буду описывать тебе людей и дома, где они живут. А ты должна угадать их имена и адреса.

— И адреса тоже?

— Да, потому что я буду описывать их дома. Пиши каждое имя на отдельном листке, а под именем — номер дома, если ты его знаешь, а если не знаешь — тогда улицу. Если это женщина, перед именем пиши «мисс» или «миссис», а если мужчина, пиши «эсквайр».

— Странная игра.

— Я ее придумал, но ты могла бы…

— Ладно, ладно, — добродушно согласилась Лора. — Как скажешь, так и будет.

— Потом ты отдашь мне листы бумаги с написанными на них именами и адресами и мы… мы… — Он поколебался.

— И что мы будем делать дальше?

— Я тебе скажу, когда мы закончим.

Но когда на столе перед Лорой выросла стопка с именами и адресами, интерес к игре у Эдрика внезапно угас. И чувствовать себя он стал немного лучше.

— Давай закончим на этом, — сказал он, садясь на диване. — Я думал, игра получится интереснее. Но я не слишком хорошо придумываю игры. Пожалуй, пойду в конюшню. Думаю, на свежем воздухе….

— А тебе точно будет лучше на улице? — засомневалась она. — Впрочем, кажется, ты уже не такой пунцовый.

— Да, мне точно будет лучше. — Он захромал к двери. — Свежий воздух — лучшее лекарство.

Лора не обратила внимания на то, как брат собрал со стола надписанные листки и понес их к себе в каморку.

Эдрик был подростком и запойным читателем — Борджиа[38] могли бы позавидовать его коварству.

Ему не пришло в голову, насколько чудовищен его замысел. Чтобы защитить Кору и обезоружить брата перед лицом его привычного и естественного врага, Лора раскрыла ужасный секрет Эдрика, что вылилось в публичный скандал. Мальчик превратился во всеобщее посмешище, и, возможно, пройдут годы, прежде чем все будет забыто.

Теперь в его руках оказалось оружие, способное сравнять счет с сестрой одним махом. И он не колебался.

* * *

В тот вечер Ричард Линдли ужинал вместе с матерью.

Раздался стук в дверь; Джо Вардену пришлось пойти и открыть ее.

Вернувшись, он заметил:

— Мальчик посыльный, должно быть, очень спешил. Он не стал дожидаться, пока я дойду до двери.

— А что он принес? — спросил Ричард.

— Пакет. Оставил его прямо на крыльце.

— Что за пакет?

Ричард с удивлением взглянул на надпись. К обертке из плотной коричневой бумаги был приклеен белый листок с адресом:

«Ричард Линдли, эсквайр.

Корлис-Стрит, 1218».

— Почерк Лоры Мэдисон. — сказал он — Что она могла мне прислать?

— Открой и посмотри, — предложила его мать. — Мужчины ломают голову над обертками так же часто как и женщины. Лора Мэдисон — милая девушка.

Миссис Линдли никогда не хвалила Кору подобным образом. Мать Ричарда приняла намерение сына жениться на Коре, но не смирилась с ним.

— Это какая-то книга, — сказал Ричард, еще более озадаченный. — Обложка порвана по краям. Кажется, здесь были застежки.

— Может, это семейный фотоальбом Мэдисонов? — предположила миссис Линдли. — Детские портреты Коры? Полагаю, фотографий у нее немало.

— Нет. — Он открыл книгу и взглянул на страницы, исписанные ясным, четким