Провинциальная история нравов, замаскированная под детектив. Или наоборот. - Ольга Смирнова

Тогда при чем здесь Грибной? При чем здесь эта дурацкая проверка?

— Но ведь он ничего плохого не сделал, — горячо сказала Сима.

— Началось. Уже началось, — многозначительно произнес Славий. — Ты уже его защищаешь, хотя эта скотина ничего хорошего даже еще не сделала.

— Да что ты заладил — скотина, скотина… Мы сами разберемся. Ты же сюда участок проверять приехал? Вот и проверяй.

— Спасибо, разберусь. Ты мне знак обещала.

— Разумеется.

Сима шепнула слово, раскрыла ладони, и над ними заструился розоватый дым. Он сыро утекал сквозь пальцы и вновь поднимался вверх. Наконец, зрительно уплотнившись, он образовал овал с вписанным треугольником.

— А здесь что? — сразу же указал Славий на непонятную надпись по низу треугольника.

— Не рассмотрела, — ответила Сима. — На свече первая буква «Л». Что там на ауре — было не разобрать. Слишком слабый отпечаток.

— Ясно.

— Ты где остановился?

— В отеле местном.

— А… — ухмыльнулась Сима.

— Что «а»?

— Увидишь. Но советую дверь на ночь не только на ключ закрывать. Иначе Марлена взревнует.

— Даже так.

— Именно. Аборигены здешние чужаков не любят, но… как бы это сказать, хозяйка отеля, по-моему, не совсем местная. Она берет не качеством, а количеством. Кстати, ее девиз: «Удовлетворение гарантировано» оправдывает себя, судя по слухам.

— Учту. А ты откуда знаешь?

— Здесь все про всех знают. Это же маленький городок.

— Не настолько.

— Поверь мне, Славий, настолько. Тебе что-нибудь нужно?

— В плане работы? Мне сотрудники нужны будут для допроса. Часа через два. Еще… отлучиться надо. Будь добра, собери всех и объяви, что сканирование начнется ровно в три часа. Явка обязательна. Отсутствие будет приравнено к увольнению. Да, и пусть мне эта ваша… Лилия Владиславовна подготовит отчеты за прошлый год. И еще. Мне потребуется отдельный кабинет. — Он сделал задумчивую паузу. — Что-то я забыл. Ах, да. В бухгалтерии скажи, чтобы собрали в срочном порядке необходимые для проверки документы — они в курсе, какие именно. Впрочем, документы должны были уже быть готовы — не в первый раз проверка проходит.

— Что-нибудь еще?

— Да, кабинет пусть отмоют. Продезинфицируют, проветрят. Воняет как в… хмм. Не важно. Ты мою мысль поняла.

— Не рано? Ведь еще столичные эксперты улики не обработали, может, повторно что-то отправить придется. Вдруг образец потеряется в суматохе или испортится.

— Это вряд ли. Но ладно. Не мне в этом кабинете сидеть, так что поступайте на свое усмотрение.

— А ты куда?

— Надо с одним товарищем повидаться.

— С Яром, — догадалась Сима.

— С ним, Морковка.

— Не бей его сильно, ладно?

— А ты не переживай. Не стоит он этого.

— Позволь мне решать, стоит или нет. И потом, он же твой друг, — с нажимом добавила она.

— Именно поэтому я и предупреждаю — не стоит возлагать на него слишком много надежд.

— Ты… хочешь сказать, что он может передумать? — Глаза Симы против воли наполнились слезами. — Что он не серьезно?

— Нет же, нет. Я имею в виду ровно то, что говорю.

— Да ты ничего не говоришь! — вспылила Сима. — Ты только ходишь вокруг да около и темнишь! Панику наводишь, а сам — в кусты. Мол, понимайте, как хотите. А мне-то что делать?

— Думать, Серафима. Хорошенько думать, прежде чем принимать решение.

К концу дня все сотрудники были оповещены, что Серафима наглым образом попыталась «навести мосты» личного характера к столичному гостю и что из этого ничего вышло — проверка должна была состояться в штатном режиме. Сама Сима к слухам и косым взглядам относилась равнодушно. Ее давно уже не трогали насмешки, и было совершенно плевать на шуточки, которые Егор отпускал не только за ее спиной, но и глядя в глаза. Между прочим, она отказалась от предложения брата не проходить проверку. Все-таки прошедший год закалил ее.

Сам столичный гость во время допросов был каким-то вялым. Орал без воодушевления, вопросы задавал неохотно и больше пил кофе, чем выискивал недочеты в работе участка. Он словно ждал чего-то. Его не сильно интересовали с трепетом представленные бумаги, он просматривал их по диагонали, не затрудняя себя вниканием в текст. На шутки сотрудников — натянутые, надо отметить — реагировал хмурыми взглядами. Одно радовало — придираться по мелочам, да и по принципиальным вопросам, он почему-то не спешил. То ли не замечал несоответствий, то ли не хотел тратить на это время.

Опрос людей закончился, бумаги были просмотрены. Вроде бы все обошлось мирно, но почему-то успокоения большинству сотрудников это не приносило. Они ждали подвоха, и от этого безумного, напряженного ожидания становилось только хуже. Им бы радоваться — а они даже улыбаться разучились за то время, что Славий находился в участке.

Если в первый день — день своего прибытия — он словно витал в облаках, озадачивался одному ему ведомыми мыслями, и ко всему относился ровно, то на второй день его поведение резко изменило полярность. Он и не делал ничего особенного, просто ходил по кабинетам, здоровался со всеми, влезал весьма беспардонно в чужие разговоры, сверкал улыбкой и этим сводил окружающих с ума.

Одни посчитали его недалеким идиотом, которого отправили в провинцию просто потому, что некуда было приткнуть. Другие — хитрым интриганом, который только и ждет, что сотрудники расслабятся, потеряют бдительность и тогда… что именно случится тогда, никто не знал, но сходились во мнении, что что-то страшное.

Кто-то радовался, кто-то расслабился, кто-то, наоборот, сжался в напряжении, боялся — каждый нашел себе занятие по душе. Работали в участке от силы два человека. И одна небезызвестная магиня.

Пока она варила Славию кофе — сто пятую чашку — обмозговывала очередную гениальную идею. Доварив и соответственно додумав, она побежала в кабинет Круглова, чтобы поделиться с ним. Он, однако, в восторг не пришел. Сказал:

— Ты, Груздева, не следователь даже и близко. Нечего тебе на кладбище делать.

— Я и не собираюсь расследовать, Сергей Витальевич. Я хочу своими прямыми обязанностями заняться.

— Вот и принеси мне еще кофе чашечку, если не сложно.

Сима стояла до последнего:

— Кстати, криминалисты из столицы до сих пор не пожаловали? Время обеденное, а обещали утром прибыть.

Круглов раздраженно ответил:

— Груздева, ты чего от меня хочешь? Когда приедут, тогда приедут. Я не имею физической возможности посылать запросы в столицу по три раза в день. А Лидия Владиславна и подавно. Буду рад, если завтра появятся хотя бы. Уяснила? Про кофе не забудь.