Провинциальная история нравов, замаскированная под детектив. Или наоборот. - Ольга Смирнова

— Кстати, — спросил Яр уже на улице, — ты где Славия встретила? В гости приехал? Семейное воссоединение состоялось?

— А он тебе не доложился? — голос Симы сочился злой иронией. — Вы же такие друзья.

— Мы… разошлись во мнениях, скажем так.

— Неужели? Можно узнать, по какому поводу?

Не успела Сима задать вопрос, как почувствовала, что буквально взмывает вверх и оказывается прижатой к Яру. Ответом ей стал короткий, раздраженный поцелуй и не менее раздраженный взгляд:

— Вот по этому.

— Славий не захотел с тобой целоваться? — сказала, чуть задыхаясь, Сима и вдруг закрутила головой, задергалась, пытаясь вырваться из объятий Яра, и завопила: — А чемоданчик где? Ты ничего не разбил?

— Дорогая моя, если бы разбил, ты бы услышала.

— Не факт, — пробурчала она, потому что при приближении мужчины мечты против собственной воли потеряла не только разум, но и ориентацию в пространстве и слух, видимо. — Совсем не факт.

Оглянувшись, она увидела с облегчением, что чемоданчик стоит чуть в отдалении и усмехнулась про себя — это надо было все успеть! И ношу поставить аккуратно, и ее схватить, и поцеловать… и все это за пять секунд!

— Так что со Славием? Он не разрешил нам встречаться? Мне он сказал, что хотел, чтобы ты выждал какое-то время, прежде чем… ну…

Сложно было Серафиме выговорить следующие слова, потому как его предложение все еще казалось ей если не сном, то плохой шуткой. Вот, вот он сейчас улыбнется и скажет: «Да ладно, неужели поверила? Я же не всерьез!»

— Знаешь, что… — сказал Яр, поднимая чемоданчик и беря Симу под локоток — она смутно подозревала, что последнее действие было скорее продиктовано нежеланием отпускать ее далеко — чтобы не сбежала, нежели правилами приличия. — Нет, подожди. Нам куда?

— Мне на… хммм… кладбище.

— Не рановато? — Похоже, он счел ее слова розыгрышем. Или издевательством.

— Я серьезно. Мне на кладбище. Там был обнаружен труп. Надо место исследовать.

— Когда был обнаружен? Что за труп? Сима, откуда здесь вообще трупы? Это самое тихое место во всей стране. Здесь уже сто лет никаких происшествий не было. Самое страшное, что может случиться — кто-нибудь сопрёт четыре банки кукурузы из магазина. Или напьется и побуянит.

— Ты откуда знаешь? — Сима повернула голову и пораженно уставилась на Яра, который шагал рядом. Его лицо было сосредоточено и напряжено. — У нас как раз месяц назад такой случай был.

— Славия спроси, — буркнул Яр. — Это была его идея. Но не буду врать — не предложил бы он, предложил бы я.

— Что предложил? — взвыла Сима, в корне подавив недостойный уравновешенной особы, каковой она себя мнила, порыв вцепиться обеими руками себе в волосы. — Что вы, двое великих комбинаторов, ухитрились выдумать?

— Родная, неужели ты думаешь, что я… то есть он, брат твой, этот перестраховщик, отпустил бы тебя к черту на кулички без страховки? Одну-одинешеньку?

Он сказал — родная? Он сказал — не отпустил бы одну? Магиня потрясла головой — на случай, если это разум вдруг отказал, и ему для начала работы необходима встряска. На какой планете она очутилась, в чьей жизни? Не может быть, просто не может быть, что год назад Яр беспокоился о ней настолько, чтобы вместе со Славием (который и впрямь всегда готовился к худшему) влезть в очередную авантюру. Чего ему спокойно не жилось?

— Славий сказал, что заклинание на меня кинул… — растерянно сказала она наконец. — Я не уточняла, какое именно. Но что-то вроде легкой слежки.

— Кинул. Одно другому не мешает.

— Другому, — повторила Серафима по слогам. — Как у вас все… масштабно. Вы за мной следили? Оба? Как? Зачем?

— Зачем — дело десятое, кроме того, я, по-моему, уже тебе все объяснил. Как — очень просто. Вначале мы прошерстили несколько городов, их истории, сегодняшние события. Нам подошел Грибной — тихое и мирное болотообразное существование. Дальше дело техники — поговорили с ректором, он дал добро, и тебя по распределению направили экспертом именно сюда.

— Да будет тебе известно, — возразила Сима, — что сюда изначально дворник требовался. Или уборщик, уже не помню. Никакой должности магического эксперта предусмотрено не было. Здесь либо в столицу вещдоки отправляют, либо из соседнего центра специалиста вызывают, но это дольше. Тетка-бухгалтерша и по совместительству кадровичка напутала с должностью — у нее голова болела в тот день.

— Ты говоришь страшно наивные вещи, дорогая. Тетка напутала, должности не предусмотрено. Сима, ты магиня или кто?

— В смысле? — Сима медленно переваривала сказанное. — То есть вы… ты и этот… даже не знаю, как его назвать… мой брат который… все это специально сделали? Подстроили? Елы-палы, но зачем?

— Опять зачем. Затем. Волновались. Хотели тебя подальше от…

— От жизни спрятать, так? — завопила она. — А вы не подумали, что мне семь лет тут куковать? Вы не подумали, что я работать хочу, пользу приносить, а не столы протирать?

Яр приобнял Симу за плечи, она сердито дернулась, но высвободиться не сумела. Да и не особенно старалась.

— Серафима, — сказал маг почти нежно, — пойми одну вещь. Ты — недостаточно хороша. Прости, но это факт. Ты — слабая магиня. Пока. Нет в тебе искры и настойчивости. Ты, с одной стороны, ставишь заоблачные цели и пытаешься — именно пытаешься — карабкаться к ним, с другой — не хочешь этого в такой степени, в какой следовало бы.

— Ты-то откуда знаешь? — запальчиво спросила Сима.

— В противном случае ты бы сейчас работала в Мирном. И допуск имела не первой степени, явно.

— Так, ничего больше не хочу слышать. Я обиделась. Ты — противный. И Славий — не лучше. Отдай чемоданчик и вали на все четыре стороны. Обойдусь своими неидеальными силами.

Яр, разумеется, на ее слова никакого внимания не обратил. Продолжил, как ни в чем не бывало:

— Тебе необходимо расти. А для этого нужно пространство для маневра. Самостоятельность в принятии решений. Ответственность за свои поступки. Дома взрастить это проблематично, там Славий, там я. Помогаем, поддерживаем, а тебе надо самой. Вот мы и решили — предоставить тебе больше пространства, но так, чтобы… безопасно было.

— То есть вы хотели и рыбку съесть, и… А, ладно. Безопасно. Просто великолепно. Отправили меня в эту глушь варить кофе и отваживать от шефа любопытных посетителей. Действительно, где, как не тут воспитывать все эти великолепные качества, о которых ты только что говорил? Защитнички. — Она покачала головой. — Почему бы меня сразу не запереть в клетке, чтобы уж наверняка ничего не случилось?

— Серафима, мы хотим тебе только добра. Может, мы перегнули палку, может, слишком навязали свою волю, но так или иначе, дело сделано.