Слово для «леса» и «мира» одно - Урсула Ле Гуин

Это была та девушка, с которой она заговорила и которую послала к Дуроссе, лет девятнадцати или около того, с темно-синими, как у Дурхала, глазами. Она стояла рядом с Дуроссой и, не отводя этих, таких знакомых, глаз, пристально смотрела на женщину, которая была ее матерью и ровесницей — на Семли. Все было одинаковым — возраст, золото волос, красота. Только Семли была немного выше, и на ее груди сиял синий камень.

— Возьми его, возьми. Для Дурхала и Хальдре принесла я его с самого края долгой ночи! — громко выкрикнула Семли и, дернув головой, сорвала с шеи тяжелую цепь; с холодным всплеском, точно в воду, ожерелье упало на каменные плиты.

— Возьми его, Хальдре! — снова крикнула она и, громко рыдая, повернулась и побежала прочь из Халлана — через мост и вниз, по длинным широким ступеням; а потом, словно затравленный дикий зверь, бросилась на восток, в лесную чащу на склоне горы, и пропала.

Часть I. Повелитель Звезд

Так заканчивается первая часть легенды, и все здесь — правда. А теперь — немного сведений из «Справочника по восьмой галактической зоне» Лиги, которые тоже правда.

Тип АЕ — жизнь на углеродной основе. Планета с железным ядром, диаметр — 6600 миль, плотная атмосфера с высоким содержанием кислорода. Период обращения по орбите — 800 земных суток 8 ч. 11 мин. 42 с. Период осевого вращения — 29 ч. 51 мин. 02 с. Среднее расстояние от светила — 3,2 а.е., эксцентриситет орбиты незначителен. Наклон к плоскости эклиптики — 27°20’20″, что вызывает отчетливые сезонные изменения погоды. Гравитация — 0,86 стандартной.

Четыре основных массива суши, Северо-Западный, Юго-Западный, Восточный и Антарктический континенты, занимают 38 % поверхности планеты.

Четыре спутника (типа Пернер, Локлик, Р-2 и Фобос). Удаленный второй компонент Фомальгаута виден как сверхъяркая звезда.

Ближайшая планета Лиги: Новая Южная Джорджия, столица — Кергелен (7,88 св. лет).

История: планета картографирована экспедицией Элиесона в 202 г., обследована автоматическим зондом в 218 г.

Первое географическое обследование — в 235–236 гг., руководитель — Дж. Киолаф. Были проведены аэрофотосъемки основных массивов суши (см. карты 3114-а, Ь, с; 3115-а, Ь). Высадка на поверхность планеты, геологические и биологические исследования и контакты с врасу проводились только на Восточном и Северо-Западном континентах (описание разумных видов — см. ниже).

Миссия для повышения уровня технологии Вида I-А — 252–254 гг., руководитель — Дж. Киолаф (только Северо-Западный континент).

Миссии по контролю и сбору налогов с Видов I-А и II проводились в 254, 258, 262, 266, 270 гг. Фондом восьмой зоны из Кергелена, Н. Ю. Дж.; в 275 г. решением Управления по делам ВРС Лиги Всех Миров планета закрыта до более тщательного исследования ее разумных видов.

Первая этнографическая экспедиция — 321 г., руководитель — Г. Роканнон.

Из-за Южного Хребта беззвучно взметнулось в небо ослепительно-белое дерево. Закричали стражи на башнях Замка Халлана, загремела бронза о бронзу. Но слабые голоса и тревожный звон заглушило страшным ревом, молотом ударил налетевший ветер, заскрипели, раскачиваясь, деревья.

Когда Могиен из Халлана разыскал гостившего у него Повелителя Звезд, тот уже направлялся к Двору Полетов замка.

— Твой корабль был за Южным Хребтом, Повелитель Звезд?

Сильно побледнев, но спокойным, как всегда, голосом тот ответил:

— Там.

— Летим вместе.

Могиен посадил своего гостя на заднее седло крылатого коня, который ждал его уже оседланный во Дворе Полетов. Конь сразу же прянул вниз — над тысячью ступеней, через Мост-над-бездной — и полетел дальше, над лесистыми склонами владений Халлана, как серый лист по ветру.

Пересекая Южный Хребет, всадники увидели сквозь золотой частокол первых солнечных лучей столб синего дыма. Лесной пожар дошел до сырых зарослей на берегу потока, сбегающего со склона, и теперь там угасал.

Внезапно под ними среди холмов раскрылась черная воронка, глубокая яма, заполненная клубящейся черной пылью. По периметру огромного круга аннигиляции, словно длинные мазки, лежали обугленные деревья — верхушками наружу от этой черноты в центре.

Молодой Повелитель Халлана заставил своего серого крылатого парить в восходящем потоке, поднимающемся над исковерканной долиной, и теперь молча смотрел вниз. Со времен его деда и прадеда дошли рассказы о первом появлении Повелителей Звезд, о том, как от их ужасного оружия горели холмы и закипало море, и как под угрозой этого оружия все Повелители Ангьена признали себя их вассалами и согласились платить дань. Сейчас впервые Могиен поверил в эти истории. На мгновение у него перехватило дыхание.

— Твой корабль был…

— Корабль был здесь. Сегодня я должен был встретиться здесь с остальными. Повелитель Могиен, скажи своим людям, чтобы они не подходили к этому месту до тех пор, пока… До окончания сезона дождей в следующие Холодные Времена.

— Колдовство?

— Отрава. Дожди очистят от нее землю.

Голос Повелителя Звезд оставался по-прежнему спокойным, хотя глаз он так и не поднял; внезапно он снова заговорил, но теперь не с Могиеном — его слова летели сквозь полосы лучей утреннего солнца туда, вниз, к этой черной яме. Могиен ничего не понимал, потому что говорил тот на своем языке — языке Повелителей Звезд; здесь его не знал никто — ни в Ангьене, ни в целом мире.

Молодой ангья придержал своего норовистого коня. Позади него Повелитель Звезд глубоко вздохнул и сказал:

— Летим назад, в Халлан. Здесь больше ничего нет…

Их конь лег на крыло и поплыл над дымящимися склонами.

— Повелитель Роханан, если твой народ воюет сейчас среди звезд, то все мечи Халлана придут тебе на помощь!

— Благодарю тебя, Повелитель Могиен, — сказал Повелитель Звезд; он наклонился к луке седла, и встречный ветер трепал его седеющие волосы.

Долгий день подошел к концу. Порывы ночного ветра врывались через окна в его комнату в башне Замка Халлана, раздувая огонь в большом очаге. Холодные Времена были на исходе, и в ветре чувствовалось беспокойство весны. Подняв голову, он вдохнул слабый аромат высохших травяных гобеленов, висевших на стенах, и свежий запах ночных лесов. Он снова передал: «Здесь Роканнон. Это Роканнон. Можете ответить?», потом долго вслушивался в молчание приемника и опять начал передавать на частоте корабля: «Здесь Роканнон…» Осознав, как тихо, почти шепотом, он говорит, он замолчал и выключил питание. Они мертвы, все четырнадцать, все его коллеги и друзья. Они провели на Фомальгауте-II почти половину долгого года этой планеты, пора было обсудить и сравнить их наблюдения. Поэтому Смейт со своими людьми прилетел с Восточного континента, подобрав по дороге группу, работавшую в Антарктике; они вернулись, чтобы встретиться с Роканноном, руководителем Первой этнографической экспедиции, который привел их всех сюда. А теперь они мертвы.

И вся их работа — все заметки, рисунки, записи, все, что могло бы оправдать их смерть — все пропало, развеяно по ветру и исчезло вместе с ними самими.

Роканнон снова включил свою рацию на аварийной частоте, но никого не поймал. Продолжать сейчас передачу значило самому сообщить врагу, что кто-то уцелел… Тишину нарушил стук в дверь; на чужом языке, на котором ему теперь только и придется говорить, он ответил:

— Войдите!

Вошел молодой Повелитель Халлана Могиен; о культуре и нравах вида II Роканнон узнал в основном от него; от него зависела теперь и его судьба. Могиен был очень высок, как, впрочем, и весь его народ, светловолос и темнокож; его красивое лицо дышало суровым спокойствием, сквозь которое иногда, словно молнии, вырывались наружу вспышки гнева, упрямство, восторг. За ним следом появился Рахо, его слуга-ольгьо; он поставил на сундук желтую флягу и два кубка, наполнил их и ушел.

— Я хотел бы выпить с тобой, Повелитель Звезд, — произнес наследный властитель Халлана.

— А мой род с твоим, наши сыновья — друг с другом, Повелитель, — ответил этнолог, который всегда придавал большое значение хорошим манерам; без них ему вряд ли удалось бы уцелеть на девяти различных экзотических планетах.

Он и Могиен подняли свои оправленные в серебро деревянные кубки и выпили.

— Этот говорящий ящик, — глядя на рацию, начал Могиен, — он заговорит снова?

— Только не голосами моих друзей.

На орехово-коричневом лице Могиена не проступило никаких чувств, когда он сказал:

— Повелитель Роханан, то оружие, которое убило их, оно ведь невообразимо.

— У Лиги Всех Миров такое оружие имеется — для предстоящей Войны. Но не против своих миров.