Слово для «леса» и «мира» одно - Урсула Ле Гуин

Все обитатели замка, собравшиеся вокруг них во Дворе Полетов — и светловолосые повелители, и темноволосые слуги — наперебой рассказывали новости: сожжен Реохан, соседний замок на востоке, все его жители убиты. По описаниям Роканнон понял, что там тоже действовали два вертолета и несколько человек, вооруженных лазерными пистолетами. Воины и крестьяне Реохана были истреблены, не сумев нанести даже удара в ответ. Халланцев переполнял гнев, и они не скрывали этого, но когда они увидели фиа, прилетевшего с их молодым повелителем, и услышали его историю, к их чувствам добавился и какой-то суеверный ужас. Халлан был самой северной крепостью ангья, и поэтому мало кто из его обитателей встречался раньше с фииа, но знал о них каждый: о них рассказывали многие сказания, их защищал древний Запрет. С точки зрения воинов даже самое безжалостное нападение на один из их собственных замков не было чем-то вопиющим, но нападение на фииа не вмещалось ни в какие рамки. Сейчас в них боролись ужас и ярость.

Поздно вечером Роканнон в своей комнате вслушивался в крики, доносившиеся до него из Зала Пиршеств внизу: собравшиеся там ангья Халлана громогласно клялись предать врага истреблению и разрушению, сопровождая клятвы потоками метафор и гипербол. Они были хвастливым народом, эти ангья: хвастливым, мстительным, высокомерным, упрямым. Они не знали письма, а их язык не позволял сказать «я не могу» или «мы не можем» — отсутствовали нужные глагольные формы. В их сказаниях не было богов — только герои.

Неожиданно прорвавшись сквозь эти отдаленные крики, рядом зазвучал чей-то голос, и рука Роканнона отдернулась от регулятора настройки приемника. Наконец-то он нашел частоту радиосвязи врага! Голос тараторил что-то на незнакомом Роканнону языке. Было бы слишком большой удачей, если бы враг говорил на галакте: среди миров Лиги звучат сотни тысяч языков, а ведь есть еще и недавно открытые планеты, вроде этой, и пока не обнаруженные… Голос начал зачитывать ряд чисел, которые Роканнон понял, потому что они произносились на таукитянском; математические достижения этой цивилизации привели к тому, что вместе с их математикой вся Лига переняла и их числительные. Он напряженно вслушивался, но уловил только ряд чисел, больше ничего.

Так же внезапно голос пропал, оставив после себя только потрескивание атмосферных разрядов.

Роканнон посмотрел на маленького фиа, который попросил разрешения остаться у него и молча сидел теперь, скрестив ноги, на полу у окна, в другом конце комнаты.

— Это был враг, Кьо.

Лицо фиа было по-прежнему спокойным.

— Кьо, — спросил Роканнон (к фиа обычно обращались по названию его селения, потому что никто толком не знал, имеют ли отдельные представители этого вида собственные имена), — Кьо, если бы ты попытался, смог бы ты услышать врагов в своих мыслях?

Кратко описывая свое единственное посещение деревни фииа, Роканнон отметил тогда, что представители вида I-В редко дают однозначный ответ на прямо поставленный вопрос; он хорошо запомнил их уклончивость, которая пряталась за улыбками. Но Кьо, заброшенный в чуждый для него мир — мир звуковой речи, на вопрос Роканнона ответил.

— Нет, Повелитель, — покорно сказал он.

— А можешь ты слышать в мыслях других твоих соплеменников — из других деревень?

— Немного. Если бы я пожил среди них, тогда, может быть, смог бы… Фииа иногда переходят жить из своих деревень в другие. Говорят даже, что было время, когда фииа и гдемиа говорили в мыслях друг с другом как один народ, но было это очень давно. А еще говорят…

Он остановился.

— Вы и Земляные несомненно один народ, хотя теперь ваши пути разошлись очень сильно. А что еще, Кьо?

— Говорят, что очень давно на юге, там, где высоко и где все серое, жили те, кто мог говорить в мыслях со всеми племенами. Все мысли были слышны им, Старым, Самым Древним… Но мы ушли с гор, ушли туда, где легче, стали жить в долинах и в пещерах и забыли про старые пути.

Роканнон удивился. К югу от Халлана никаких гор на континенте вроде бы не было. Он потянулся за своим «Справочником по восьмой галактической зоне», в котором имелись карты, но его остановил приемник, трещавший до этого на той же самой частоте. Снова раздался голос; более слабый и отдаленный, этот голос то и дело пропадал в шуме помех, но говорил он на галакте.

— Номер Шесть, отвечай. Номер Шесть, отвечай. Говорит Фойер. Отвечай, Номер Шесть.

После бесконечных повторов и пауз он продолжил:

— …Говорит Пятница. Нет, говорит Пятница… Говорит Фойер; вы слышите меня, Номер Шесть? Тэ-Эсы ожидаются завтра, и мне нужны все сведения о покрытии «семь-шесть» и о сетях. Оставьте операцию по устрашению Восточной группировке. Как слышите меня, Номер Шесть? Завтра мы собираемся связаться с Базой по анзиблю. Сразу же сообщите мне информацию о покрытии. Покрытие «семь-шесть». Не нужно…

Голос утонул в нахлынувшей волне свиста и треска, а когда он проступил снова, то различимы были только обрывки слов. Помехи, молчание, куски фраз — все это длилось минут десять, а потом шум прорезал другой голос, более близкий; он быстро говорил на неизвестном языке, уже звучавшем раньше. Он говорил и говорил; Роканнон слушал, не шевелясь, так и не убрав руку с корешка «Справочника». В тени, в другом конце комнаты, застыл и фиа. Голос произнес две пары чисел, потом повторил их; во второй раз Роканнон различил таукитянское слово, означающее «градусы». Он раскрыл свою тетрадь и записал числа, потом, продолжая слушать, взял, наконец, «Справочник» и открыл его на картах Фомальгаута-II.

Числа, которые он записал, были 28, 28 — 121, 40. Если это координаты, широта и долгота… Он стал искать нужную точку на картах, пробуя разные варианты; пару раз кончик карандаша попадал на открытое море. Сочетание 121°40’ западной долготы и 28°28’ северной широты дало ему место немного южнее горной цепи, почти посередине пересекавшей Юго-Западный континент. Он сидел и вглядывался в карту. Голос в приемнике замолк.

— Повелитель Звезд…

— Похоже, они сказали мне, где их искать. Очень похоже. И у них там есть анзибль, — он поднял на Кьо невидящий взгляд, потом снова вернулся к карте. — Если они там… если бы я мог попасть туда и нарушить их планы, если бы я мог передать всего одно сообщение Лиге через их анзибль, если бы я мог…

На Юго-Западном континенте производилась только аэрофотосъемка, поэтому на карте были нанесены лишь контуры берегов, горы и крупнейшие реки. Сотни километров пустоты, неизвестности. И остается только гадать, где они…

— Но я не могу просто так сидеть и ждать…

Сказав это, Роканнон снова поднял глаза и встретил ясный непонимающий взгляд маленького человечка. Какое-то время он молча расхаживал по комнате, меряя шагами каменный пол. Приемник трещал и шипел.

Преимущество у него есть: враг его не ждет. Они думают, что вся планета принадлежит им. Но это единственное его преимущество.

— Мне хотелось бы использовать их оружие против них самих, — сказал он. — Пожалуй, я попытаюсь отыскать их. В землях юга… Эти чужестранцы убили не только твоих соплеменников, Кьо, но и моих. Ты и я — мы оба теперь одиноки, оба говорим на чужом языке. Я был бы рад, если бы ты отправился со мной.

Он и сам не понял, что заставило его сделать это предложение.

Тень улыбки мелькнула по лицу фиа. Он поднял над головой руки ладонями внутрь. Пламя свечей в канделябрах на стенах заколыхалось, задрожало, стало менять форму.

— Было предсказано, что Странник станет выбирать себе спутников, — сказал он. — На время.

— Странник? — удивился Роканнон, но на этот раз фиа ничего не ответил.

Шурша юбками по каменному полу, Повелительница Замка медленно шла через высокий зал. С годами ее сверкающие волосы побелели, а темная кожа стала еще темнее, и ее облик напоминал сейчас чем-то почерневшую икону. Но на красоте, унаследованной ею от предков, это не отразилось. Роканнон поклонился и приветствовал ее согласно обычаю ее народа:

— Привет тебе, Повелительница Халлана, дочь Дурхала, Хальдре Прекрасная!

— Привет тебе, Роханан, мой гость, — ответила она, спокойно глядя на него сверху вниз. Она была значительно выше его — как большинство женщин и все мужчины ангья. — Расскажи мне, зачем ты собираешься на юг?

Она медленно двинулась через зал, и Роканнон присоединился к ней. Вокруг них был разлит полумрак, в котором тонули темный каменный пол и темные гобелены, висящие на высоких стенах; сквозь верхний ряд окон в зал косо падали лучи холодного утреннего света, оставляя в тени черные балки потолка.

— Я собираюсь отыскать моих врагов, Повелительница.

— А когда ты их найдешь…

— Я надеюсь войти в их… их замок и воспользоваться их машиной… ну, дальнеговорителем, чтобы рассказать Лиге, что они здесь, в этом мире. Они прячутся здесь, и вряд ли их сумеют отыскать: ведь миров такое же множество, как песчинок на морском берегу. Но их обязательно нужно отыскать. Немало вреда причинили они здесь, но еще больше зла сделают они в других мирах.