Герцоги женятся только на леди - Валерия Аристова

вышел ей на встречу из какой-то беседки. Кейт замерла, увидев его. Он, красивый, с замазанными какой-то косметикой синяками, уверенный, смотрел на нее с высоты своего роста. Брови его нахмурились, когда он разглядывал Кейт. Кейт вдруг почувствовала себя Золушкой. Ее платье было совсем не тем, в котором могла бы ходить герцогиня. И волосы ее убраны в простую прическу. У нее нет ни шелков, ни духов, подобных тем, что может позволить себе леди Клайн. Глупые мечты. Она никогда не сможет получить такого мужчину!

— Мисс Лоренс, с вами все в порядке? — спросил он, — на вас лица нет.

Она замерла. Он не должен знать о ее страданиях. Никто не должен знать.

— Все хорошо, мистер Лесли, — ответила она, машинально называя его так, как привыкла в первые дни их знакомства.

— Я же вижу, что не хорошо.

Взгляды их встретились и оба тут же отвели глаза.

— А... а я не знала, что вы такой лицемер, — вдруг вырвалось у нее и Гарольд вздрогнул, как от удара.

Он поднял брови.

— Почему лицемер? — спросил он.

Уж лучше бы он промолчал. Кейт вдруг взметнулась и бросилась на него, взмахнув веткой, которую все еще держала в руке, и ударила его ею по лицо. Гарольд отпрянул, попытавшись отобрать у нее ивняк, но Кейт вцепилась в него, и пыталась раз за разом ударить герцога из всех своих небольших сил. Борьба их закончилась, и Кейт попала в плен его рук. Она тяжело дышала, ни в силах пошевелиться, прижатая к так же тяжело дышащему Гарольду, и слушая, как часто бьется его сердце.

— Отпустите! — приказала она, боясь разрыдаться.

Его объятья — это было все, о чем она мечтала. Если бы они всегда могли так стоять... Кейт размякла и заплакала, и руки его разжались, теперь уже легко прижимая ее к себе и гладя ее растрепанные волосы.

— Кейт, что я сделал не так? — прошептал он, подхватывая ее на руки и унося с дорожки, чтобы никто даже случайно не мог увидеть их.

Беседка была увита цветами. Он посадил ее на скамью и сел рядом, не разжимая объятий. Кейт рыдала, не зная, как остановиться. Зачем, зачем он мучает ее? Зачем он обнимает ее? Она должна вырваться и прогнать его, но плакать на его груди было так хорошо, что Кейт совсем потеряла волю к сопротивлению.

— Чем я обидел вас, Кейт? — спросил он снова.

Сейчас он мог сделать с ней все, что угодно. Сейчас она была готова на все. Она окончательно запуталась, и сердце ее спорило с разумом. Сердце просило остаться с ним, даже не на долго, оказаться в его объятьях хоть на одну ночь, а разум кричал об опасности, побуждал бежать как можно скорее и как можно дальше.

Высвободившись из его объятий и вытерев слезы, она постаралась привести мысли в какой-то порядок.

— Прошу вас, ваша светлость, уходите, — сказала она дрожащим голосом, — пожалуйста.

Он покачал головой.

— Я требую объяснений Кейт, — лорд Гарольд приложил руку к щеке, которую теперь, в дополнение к предыдущим синякам, пересекал еще и след от удара веткой, — я не успеваю замазывать следы на своем лице, как вы добавляете мне новые отметины.

— Извините, — сказала она, скосив глаза на то, что она наделала.

Шрам был небольшой, но заметный. Он пересекал щеку и попадал на подбородок, где немного кровоточил и явно саднил.

— Не принято, — усмехнулся он.

Кейт усмехнулась. Она сидела тихая и полностью разбитая, будто из нее выкачали все ее эмоции.

— Жаль, что он всего один, — сказала она, — я бы могла так же извиниться и за три шрама. И вы бы так же меня простили.

— Но я не простил, — сказал он.

Она пожала плечом.

— Простите со временем.

Они замолчали. Гарольд встал, нашел ветку на дорожке и принес ее Кейт.

— Тогда ударьте меня еще два раза, — сказал он, — раз вы так ненавидите меня.

Кейт сбросила ветку с колен, куда Гарольд положил ее.

— Не хочу пачкаться.

Казалось, ей удалось его удивить. Гарольд снова вскинул брови.

— Чем я заслужил такое обращение, мисс Кейт?

— Своим лицемерием, обманом. Надеюсь, вы хорошо провели ночь в объятьях леди Клайн? Вчера вы клялись мне в любви, а через несколько минут уже целовались с невероятной красавицей леди Стефани.

— Откуда вы это взяли? — спросил он, тут же замыкаясь.

Кейт взглянула на него. Ей было больно на него смотреть.

— Я все видела. Я сидела под столом и смотрела, как вы любезничаете с этой... женщиной. Это же ваша прежняя любовь? О которой вы мне проболтались недавно.

Он кивнул, сжав губы.

— Я слышала, как вы обещали прийти к ней. Так что не оправдывайтесь. Мне очень неприятно, что я хоть на миг, но поверила вам. Вашим словам о любви. Конечно, любая на моем месте поверила бы. Ведь вы — как принц из сказки, — по щеке ее скатилась слеза, — а вы всего лишь скучали один в постели.

Подул ветер, шевеля ее растрепанные волосы. Кейт заткнула локон за ухо, попыталась убрать его в прическу. Потом поднялась и хотела идти, но Гарольд схватил ее рукой за платье.

— Я не был ночью у леди Клайн, — сказал он тихо.

В глазах его застыл страх. Кейт была уверена, что это страх.

— Ну, она у вас. Разве это важно? Вы остались верным прежней любви. Это делает вам честь. Но не делает чести то, что вы пытались обмануть меня.

Он тоже поднялся.

— Я не спал с леди Клайн с тех пор, как сделал предложение леди Арабелле, — сказал он, и Кейт показалось, что он говорит искренне, — и вчера тоже не был у нее. Сегодня день такой, Кейт? Утром я с трудом угомонил демона по имени Стефани, которая чуть не прибила меня за то, что я не пришел к ней ночью, а вечером на меня набрасываетесь вы за то, что я к ней пришел! — он рассмеялся, и глаза его сверкнули каким-то ребяческим весельем, — а вот подслушивать не хорошо, Кейт. Приличные девушки не должны сидеть под столами.

— Я не приличная девушка, — парировала она, снова садясь на скамью, — но и вы — лицемер. Вы