Герцоги женятся только на леди - Валерия Аристова

— Я не поеду в ваш дом, лорд Гарольд! Это неприлично!

Она вырвала руку и смотрела на него с ужасом. Еще не хватало оказаться с ним в одном доме! Да как она удержится от греха, если будет каждый день видеть его?

— Со мной проживает моя тетушка, леди Менсфорд. Она хоть и редко выходит из комнаты, но формально все приличия будут соблюдены.

Коляска стояла на соседней улице, и Кейт все же села рядом с ним на сиденье. Он что-то говорил, сбивая ее с толку своей улыбкой.

— Но в качестве кого я поселюсь в вашем доме? — спросила она, все еще пытаясь сопротивляться неизбежному.

— В качестве моей гостьи или протеже. Поверьте, мисс Кейт, вашей репутации совсем ничего не грозит.

Коляска катила по мостовым, за окнами хлестал обещанный лордом Гарольдом дождь, а Кейт было так уютно сидеть рядом с ним и смотреть в окно. Все раздражение ее куда-то исчезло. Она больше не сердилась на книгоиздателя, не сердилась на Мортона, и даже на лорда Гарольда уже не сердилась. В конце концов, она никогда не выйдет замуж. Будет всю жизнь жить в своем домике, как обещал ей предатель Энтони. Попробует писать книги и дальше. Так какое кому дело, был у нее роман с красивым герцогом или не был? Кому какое дело, жила ли она в его доме? До ее глуши слухи эти и не дойдут. Кейт вздохнула, откидываясь на спинку диванчика. Жаль, что лорд Гарольд больше не сделает ей предложения. Она упустила его. Зато она была честна. И совесть ее останется спокойна.

Дом, в который ее привез лорд Гарольд, был расположен в самом элитном районе Лондона. Трехэтажный особняк в стиле ампир гостеприимно распахнул перед ней двери, и дворецкий с зонтом проводил своего господина и его спутницу в холл, где они сняли мокрые плащи и откуда проследовали в гостиную. Кейт снова почувствовала себя дурнушкой в бедной одежде, но лорд Гарольд смотрел на нее без всякого презрения, поэтому она приободрилась. Он и правда приказал подать чаю с ромашкой, и они теперь сидели у камина и пили чай, и даже молчать было с ним чрезвычайно приятно.

Поднявшись в комнату, отведенную ей герцогом во втором этаже, как настоящей гостье, Кейт с удивлением обнаружила, что все ее вещи из гостиницы развешаны в шкафу, а книги стоят на полке небольшого книжного шкафа. Кроме ее вещей в шкафу обнаружились новые платья по ее меркам, и Кейт со вздохом закрыла створку. Она сама согласилась на это. И Гарольд относится к ней так, как она заслужила. Как к своей содержанке.

Стоит ли ей смириться с этим? Она села на шикарную кровать, застланную меховым покрывалом. Куда ей идти, если она прямо сейчас устроит скандал и отправится восвояси? Что важнее, честь или любовь?

Она закрыла лицо руками. Гарольд выбрал честь между честью и жизнью. А она? Измена Энтони Мортона, которому она доверяла, как самой себе, выбила ее из колеи. Лорд Гарольд никогда больше не пожелает жениться на ней, потому и указывает ей ее место. Место содержанки при герцоге Ретленте. Он поиграет ею и, когда надоест, выставит вон, выделив какую-то сумму денег, чтобы она не умерла с голоду.

Кейт вся сжалась. А откуда она еще возьмет деньги? Мортон сохранил за ней дом. Отец умрет, и все ее книги станут никому не нужны. Женщина не может быть уважаемым ученым. Можно начать писать романчики, но это не означает, что их примут к печати. А Гарольд... Гарольд может обеспечить ее на всю жизнь, положив на ее счет хорошую сумму денег. Может быть, честно обговорить это с ним? Он же предлагал ей приданое? Тогда, через несколько месяцев вернувшись к отцу, она будет хорошо обеспечена всю оставшуюся жизнь. Она не сможет выйти замуж? Ну и пусть. Она и так не сможет выйти замуж, потому что бедна, как церковная крыса.

Только Гарольд никогда не будет уважать ее. И она сама тоже не сможет уважать себя. Но насколько важно самоуважение, когда нечего есть?

Глава 12

Среди платьев, что висели в ее шкафу, было голубое шелковое, простое, и вместе с тем, изящное. Кейт надела его, решив, что нет смысла изображать из себя недотрогу. Пусть уж она смотреться будет достойно этого красивого огромного дома. Ее собственные платья подходили для дома ее отца, но никак не были хороши в резиденции герцога Ретлента. Бедной приживалкой ей выглядеть совсем не хотелось.

Кейт смотрела на себя в зеркало. Она никогда не была красавицей, но и уродиной назвать себя не могла. Большие голубые глаза, к которым так удачно подходило это платье, ровная линия носа, красиво очертанные губы, не пухлые, но и не тонкие. Кейт всегда с удовольствием разглядывала свое отражение. Она уложила волосы по моде, сделав пышный начес, и оставив сзади их распущенными. Каштановые локоны разметались по плечам, отблескивая рыжим. Что делать с герцогом она решит позже. Но ей впервые хотелось быть для него красивой.

Пройдясь перед зеркалом и сделав книксен своему отражению, Кейт закружилась, потом проделала какие-то па. Она не была обучена танцам, потому что учителю нужно было платить, а отец не мог себе этого позволить. Он пытался научить Кейт танцам сам, но обычно уроки заканчивались безумным смехом, когда Кейт пыталась повторить то, что неуклюже показывал пожилой ученый. Но простые движения она знала и, к примеру, могла танцевать вальс. Не идеально, конечно, но однажды они с Мортоном были на празднике в честь Рождества, и он пригласил ее на танец.

Вспомнив о Мортоне, Кейт вздохнула. Энтони, конечно, достоин счастья жениться на любимой женщине. Кейт не могла принуждать его забыть возлюбленную ради нее. Она сама знала, как это больно, отказывать тому, кого любишь. Но предательство его больно задело ее саму, и выкинуло из общества порядочных женщин. Она закрыла лицо руками. С герцогом она решит позже? Да все уже решено, и это показывает ее платье, что так ей идет.

Лорд Гарольд встречал ее внизу. Кейт спустилась по лестнице, сама себе напоминая Золушку. Ее принц был неописуемо хорош в парадном фраке, сидящем на нем, как перчатка, с зачесанными назад волосами. Он улыбнулся, и Кейт поняла, что пропала. Только у ее сказки будет плохой конец. Но до этого конца еще надо дожить. И пусть