Герцоги женятся только на леди - Валерия Аристова

людей, на зонтики и шляпы прохожих, на темные плащи и накидки дам... На ней самой была такая же накидка, которая спасала ее от холода и влажности. Выйдя из дилижанса, она подхватила сумку и поспешила в гостиницу, где на ее имя был забронирован номер.

Утро выдалось хмурое, но без дождя. Кейт отправилась в редакцию, где без всяких проволочек отдала книгу в редактирование. Знакомый редактор, пожилой и хмурый, как Лондонское небо, долго листал ее, потом похвалил Кейт за хорошее оформление и подобранные картинки, за гравюру с “Золотой ланью”, за фотографию писем, и портрет самого Дрейка.

— Вы всегда приносите книги в лучшем их виде, мисс Лоренс, — проговорил он, — я рад, что ваш отец такой старательный господин.

— Он действительно очень аккуратный, — сказала Кейт, — но тут мы должны благодарить лорда Гарольда, герцога Ретлента, это он предоставил и рисунки, и фотографии.

— Надо обязательно отразить это в примечании редактора, — засуетился тот, что-то записывая в своем блокноте, — непременно...

Из редакции Кейт вышла очень довольная. Теперь она свободна несколько недель, пока редактор выполнит свою работу, пока наборщики наберут текст, пока разберутся с картинками. Ближайшие дни ей лучше оставаться в Лондоне, ведь редактор будет работать с рукописью, и, если что, свяжется с Кейт, чтобы обсудить исправления. В прошлый раз они спорили об исправлениях с пеной у рта. Кейт была уверена, что и на этот раз без споров не обойдется.

…

Раньше Лондон нравился Кейт. Она любила бродить по выставкам и разного рода музеям, у нее всегда было, чем заняться в библиотеке. Но на этот раз Кейт не знала, куда ей идти. От одной мысли, что она окажется в библиотеке, Кейт становилось не по себе. Ей было скучно смотреть книги, ей не хотелось выбирать тему для следующей истории. Ей хотелось лечь и лежать без дела, не думая и не шевелясь. Кейт пришло в голову посетить свою тетушку, что жила не так далеко от Гайд-парка, где раньше ей тоже нравилось гулять, но до дома тетушки нужно было идти, и Кейт казалось, что это очень далеко. Она откладывала визит, надеясь, что тетка не вспомнит о ней. Тем более, не вспомнит о намечающейся свадьбе.

Да, эта поездка должна была стать ее последней поездкой в Лондон. Кейт была уверена, что все свободное время посвятит походам к модисткам, выбору фасона подвенечного платья, покупкам тканей и кружев. Теперь же, когда Мортон отказался жениться на ней, она впервые чувствовала себя чужой и ненужной в большом городе. И даже добрая тетушка казалась ей кем-то вроде злой ведьмы. Даже с ней она не готова была делиться своим унижением.

Кейт столько лет дружила с Мортоном, что никак не ожидала от него удара в спину. Ей было страшно и одиноко без его дружбы, без уверенности в завтрашнем дне. Теперь, когда Кейт не нужно было выходить замуж, она вынуждена была думать о следующей книге, но в голову ничего не приходило, и, даже если она заставляла себя выйти из номера в город, то бесцельно ходила по улицам или сидела в кафе, не притрагиваясь к кофе. Обида на Мортона заслала в ее глазах даже горе от потери лорда Гарольда.

Чувствуя себя абсолютной дурочкой, Кейт провела три недели в полной праздности, и теперь ждала выхода книги, не веря, что эта эпопея наконец-то закончится.

— Ваша книга нуждается в серьезном редактировании, — выдал свой вердикт главный редактор, когда Кейт зашла осведомиться о дате публикации.

— Но книга у вас уже три недели! — воскликнула она, — почему я только сейчас узнаю об этом?

— У меня очень много книг, мисс, — редактор вздохнул, — и вашей я занялся только теперь. Ожидайте. Я пришлю вам записку.

Злая и расстроенная Кейт вылетела из дверей редакции. Не разбирая дороги, она пошла по узкой улице, стараясь сдержать праведный гнев. Да как он смеет! Как он смеет столько времени держать ее в городе, даже не приступив к редактированию! Из уважения к ее отцу редактор всегда брал книгу первой! Кейт искренне негодовала. Беда не ходит одна. Она несчастна, вот все беды на нее и сыплются! Кейт сжала кулаки. Нет, никаких бед! Она дождется книгу, она будет сдержанна и согласует все непонравившиеся редактору части. Книга выйдет в свет!

Кейт шла, опустив голову, и пытаясь понять, на сколько времени еще хватит денег. Ведь гостиница оплачена только на месяц, и бюджет ее уже на исходе!

— Мисс Кейт, — вдруг услышала она знакомый голос.

Она резко подняла голову, не уверенная, что ей это не послышалось. На грани нервного срыва и не такое бывает.

— Мисс Кейт, если вы будете так бегать, то я не смогу вас догнать до самого Энсфилда!

Кейт замерла, боясь обернуться. Но потом перед ней возникла знакомая фигура, и синие глаза смотрели на нее с задором нашкодившего мальчишки.

— Добрый день, мисс Кейт, — лорд Гарольд поклонился, — я очень рад видеть вас. В Энсфилде без вас стало совсем скучно.

…

Господи, как же он красив! Одетый по последнему писку моды в полосатый пиджак, с простым узлом галстука, лорд Гарольд казался настоящим сказочным принцем. Темный плащ, небрежно расстегнутый, блестел от моросившего дождя. Кейт снова почувствовала себя Золушкой. Не стоит ей знаться с таким принцем. Зачем бередить раны? Что было, то прошло. И предложения он ей больше уже не сделает. Наверняка скука Энсфилда, где не было других женщин, сыграла с ним эту шутку. Ему показалось, что он влюбился в дочь бедного ученого. Конечно, она для него была необычна. Но теперь, вернувшись в столицу, лорд Гарольд снова окружен десятками самых знатных и красивых женщин. И может сделать выбор среди них, раз не пожелал жениться на леди Арабелле.

— Вы не рады нашей встрече? — спросил тем временем лорд Гарольд, предлагая ей руку.

Кейт медлила, не зная, как от него отделаться. Она не хотела никуда идти с ним. Ей было слишком больно смотреть на него и понимать, как много она потеряла.

— Я... - тем не менее, она положила руку на его локоть и последовала за ним, не зная, куда он ее ведет, — я хочу вернуться в гостиницу.

Они прошли по переулку, и Кейт еле поспевала за лордом Гарольдом.

— Сейчас начнется дождь, мисс Кейт, и нам надо успеть сесть в коляску. Пять минут и мы с вами будем пить самый лучший чай от моей экономки. А миссис