Военная разведка англосаксов: история и современность - Сергей Леонидович Печуров

Маррин, якобы начала проявляться тенденция «непризнания анализа разведывательной информации в качестве военной профессии». В этом якобы виновато и само руководство военной разведки, которое недооценивает факт обязательного наличия «касты» разведчиков-аналитиков, объединенных в профессиональные сообщества, занимающиеся проведением плановых семинаров, конференций, специальных научных исследований и получением опыта через профессиональную практику и обмен мнениями [63]. Поэтому специализация среди аналитиков становится актуальной. Эксперты ЦРУ признают, что аналитики не застрахованы от ошибок. Для того чтобы нивелировать эти ошибки и просчеты, необходимо совершенствовать специализацию разведчиков, учитывая их профессиональные качества и способности.

Один из ведущих британских специалистов в области разведки указывает, что базовая методика подготовки офицеров-аналитиков должна быть в корне пересмотрена. Обучение специалистов данного профиля должно базироваться на занятиях по получению необходимых аналитических навыков, таких как логика, эвристика, психология анализа, статистические методы, а также методы прогнозирования [63]. В интересах аналитической разведки якобы целесообразно использовать специалистов с высшим гуманитарным образованием, у которых преобладают вербальные способности. При всем этом следует четко осознавать, что офицеры-аналитики, меняющие свою специализацию каждые два-три года, физически не могут ее освоить надлежащим образом.

Поиск новых технологий

В современных условиях и тем более в будущем, указывают зарубежные специалисты, непрерывный и быстрый сбор информации уже привел к такой проблеме, как избыток информации. Еще в начале 90-х годов прошлого века один из известных западных теоретиков разведки Элвин Тоффлер предложил введение в практику аналитической разведки так называемого принципа разделения труда, характерного для промышленного производства, где все производство делится на несколько этапов (8). Такой принцип через несколько лет был реализован в НАТО путем принятия на вооружение комплекса аппаратно-программных средств по координации сбора данных и регулированию потребностей в информации — ККИРМ. Этот комплекс в начале 2000-х годов был применен в Афганистане. Однако и он не обеспечил «точечного отбора» информации, из-за некачественного программного обеспечения и недостаточной координации между союзниками в силу многих ранее не предвиденных причин, таких, например, как низкий уровень взаимодействия военных и гражданских специалистов, недостаточное понимание процессов организации и ведения разведки, несовместимость некоторых технических устройств и т. п. Многие недостатки были оперативно устранены, и уже в операции в Ираке под руководством американского генерала С. Маккристала данный комплекс якобы оправдал вложенные в него средства. По словам генерала, главное заключалось в том, чтобы найти высококвалифицированных специалистов, разместить их в одном месте и обеспечить им постоянную связь с разведывательными подразделениями в поле. Во всяком случае, констатируют зарубежные специалисты, избыток информации в будущем будет представлять серьезную проблему, и над ее решением необходимо постоянно работать.

Достижение исчерпывающего уровня осведомленности об обстановке как на региональном (ТВД), так и на глобальном уровнях, почти мгновенное реагирование на ее изменение и применение военной силы с использованием фактора информационного контроля может быть достигнуто только благодаря развитию технологий, что, в свою очередь, чревато неожиданным поворотом в развитии революции в военном деле. Продолжающиеся попытки прогнозирования и вскрытия таких «поворотов-прорывов» представляют собой весьма непростую задачу. Американские аналитики полагают, что апробированные в годы холодной войны разведструктуры и их аналитические компоненты «не являются хорошо организованными для оценки такого типа нелинейных изменений». Фицсаймондс иллюстрирует данный тезис следующим рассуждением. Главное внимание аналитических органов разведки сегодня, как правило, направляется на прогнозирование того, например, какой тип современных танков государство — объект разведки получит в течение следующего десятилетия, в то время как критичным является вопрос: «Что может предпринять противник, чтобы добиться успеха на поле боя, не применяя такое дорогостоящее оружие, как танк?» [31, р. 276].

Но не только технологии…

И все же, продолжают американские эксперты, концентрирование внимания и усилий только на технологическом аспекте является слишком ограниченным. Вопрос не заключается лишь в том, какими технологиями обладает противник, но и в том, каким образом он способен их использовать для создания военного преимущества. В этой связи подчеркивается, что современная РВД, основанная на высокоточных ударах и информационном доминировании, безусловно, является только одним из возможных вариантов революционного использования разрабатываемых и внедряемых технологий. Принимая во внимание их высокую стоимость и обязательность наличия соответствующего национального научного потенциала, такие технологии будут не по карману большинству государств мира. Следовательно, тем, кто обладает «непомерными амбициями, но слабыми возможностями», не остается ничего другого, как направлять свои усилия на разработку и использование других концепций, формирующих так называемый асимметричный потенциал противоборства. В том числе и на это должны обращать внимание аналитические органы разведки.

Но в обозримом будущем нельзя исключать и возможность проявления РВД, основанной на нетехнологическом аспекте. Обычно западные аналитики приводят пример двухвековой давности и ссылаются на Наполеона Бонапарта, который впервые реализовал идею всеобщей мобилизации государства, приведшей к значительному увеличению численности армии, что якобы не в последнюю очередь способствовало многочисленным победам французского полководца на поле боя.

Новые подходы

Из всего этого американские специалисты делают вывод о том, что прогнозирование будущего, включая возможное поведение военно-политического руководства государств — объектов разведки, представляет собой весьма сложный процесс анализа и требует новых мыслительных подходов и, что самое главное, новой методологии и, вероятно, серьезных организационных изменений в системе разведки, поскольку будущее, даже в среднесрочной перспективе, почти всегда отличается от представляемых в настоящее время прогнозов.

Формирование отвечающего реальности собственного видения сущности революции в военном деле и прогнозирование РВД в государствах — объектах разведки, подчеркивают американские эксперты, не может быть обеспечено за счет ныне существующей архитектуры разведки, но лишь путем ее оптимизации в целях удовлетворения уникальных требований, которые будут предъявлять перспективные технологии, концепции и доктрины. Во-первых, в обозримой, а тем более средне- и долгосрочной перспективе разведка должна быть в курсе нюансов развития РВД и параллельно обдумывать предложения относительно новых форм и способов ведения военных действий, в чем, повторимся, и состоит задача постижения результатов этой революции. Во-вторых, разведка в состоянии сделать и должна провести комплексную сравнительную оценку развития своих систем управления вооруженными силами и оружием и противника на всех уровнях с тем, чтобы определить, какие же доктрины, концепции и соответствующие им организационные преобразования потребуются для того, чтобы отвечать требованиям перспективных форм и способов ведения военных действий. Американские эксперты полагают, что вопрос состоит не