Военная разведка англосаксов: история и современность - Сергей Леонидович Печуров

инструмент политики национальной безопасности.

По их мнению, если исходить из ныне не оспариваемых требований к успешным военным действиям в будущем, заключающихся в быстрой и решительной победе путем достижения стратегического преимущества за счет применения высокоточных обычных и основанных на новых физических принципах средств поражения при минимальных потерях и низком уровне ущерба гражданскому населению, то направлениями развития (или оптимизации, по англосаксонской терминологии) военной разведки должны быть следующие:

− обеспечение глобальной зоны контроля, всепогодность, вскрытие стационарных и подвижных целей на суше, в море, воздухе и космосе в любое время суток;

− достижение возможности распознавания максимального числа реальных целей и отсев ложных на всех уровнях ведения военных действий;

− умение в первую очередь определять стратегически важные цели на фоне остальных, вскрывать объекты критической инфраструктуры, уничтожение которых парализует действия противника, начиная от поля боя до национальной экономики;

− обеспечение возможности передачи данных целеуказания в реальном масштабе времени, в том числе их корректировка и изменение уже в ходе применения высокоточных боеприпасов;

− непрерывное и надежное подавление соответствующих средств противника, препятствующих массированному применению своего вооружения и военной техники (ВВТ);

− своевременное вскрытие технологических прорывов и обнаружение у противника «революционизирующих» противоборство новых средств поражения и управления войсками, а также оперативных планов, продвинутых концепций и доктрин;

− обеспечение непрерывного оперативного руководства войсками в реальном либо близком к реальному времени и др.

Цель преобразований — разведывательно-ударный комплекс

В случае реализации данных направлений, подчеркивают американские эксперты, можно будет говорить о полноценном разведывательно-ударном комплексе, идея создания которого была выдвинута еще в 80-е годы прошлого века, но так и осталась, образно говоря, на бумаге.

Основные технологии, необходимые для достижения прорыва в области формирования такого высокоточного комплекса в рамках вооруженных сил, в принципе уже доступны либо появятся в ближайшее время. В ходе военных конфликтов последних лет, например, в бывшей Югославии и особенно в Афганистане и Ираке, имели место не только эксперименты, но и боевое тестирование сопряжения ударных платформ с удаленной разведывательной аппаратурой в режиме реального времени. И тем не менее, констатирует упоминавшийся американский эксперт Фицсаймондс, нынешнего потенциала пока недостаточно для создания разведывательно-ударного комплекса, который обеспечивал бы непрерывную связь сенсор — средство поражения в режиме реального времени между всеми целями и всеми огневыми средствами в районе проведения операции или на театре военных действий в целом [31, р. 269].

В наиболее развитых в военном отношении государствах, прежде всего США, отмечали зарубежные эксперты, на рубеже XX–XXI веков уже имелся достаточно широкий спектр средств обнаружения, которые способны предоставить командованию весьма ценные сведения, но по отдельности поставляемая ими даже аналитически обработанная информация лишь запутывала командира обилием зачастую противоречивых данных. Многие годы перед военным руководством США, как отмечалось выше, стояла задача не столько по массированному наращиванию количества средств обнаружения и платформ (что само по себе также желательно), сколько по согласованности процесса поиска целей, их четкого опознавания и распределения для последующего поражения.

Критическим элементом в предоставлении непрерывных, точных и достоверных данных от различных средств обнаружения для потребителя является их первоначальное сведение (синтез) в единую картину в режиме реального времени [41, р. 17]. При этом требуется не только способность к оперативной совместимости средств разведки на театре военных действий в режиме реального времени, но и высокая степень автономности в процессе выбора интересующих целей из значительной массы побочных данных. На первый взгляд, отмечали американские эксперты, представляется, что в настоящее время возможности синтеза информации уже реализованы и во многом зависят от четкой работы операторов. Но именно это порой и снижает уровень качества всей проделанной работы, поскольку вносит изрядную долю субъективизма. Настоящий технологический прорыв в области сбора разведывательных данных, добываемых в том числе и техническими средствами, подчеркивают сторонники опоры всецело на технологии, может быть достигнут лишь в случае создания динамической компьютерной модели анализа, отбора и распределения множества целей, которая бы позволяла в автоматическом режиме находить уязвимые места (объекты критической инфраструктуры) противника и направлять на них средства поражения.

В этой связи на передний план выходит еще одна проблема — избирательное доведение данных до инстанций, принимающих решение. Речь идет о выверенной, ключевой разведывательной информации, а не о массиве необработанных данных, главным образом от технических средств разведки. Дж. Фицсаймондс подчеркивает, что такое «умное представление» информации в режиме времени, приближенном к реальному, непосредственно от средств обнаружения до потребителя потребует практически полной автоматизации всего процесса. При этом, продолжает американский эксперт, формируемая таким образом «системная централизация» должна предусматривать возможность распределения операций между различными узлами для того, чтобы избежать уязвимости единого центрального узла, то есть речь идет о «сетевых системах» [31, р. 271].

Изменения в оргструктуре

Внедрение оперативно несовместимых систем доведения информации до потребителя в единую так называемую архитектуру военной разведки, указывают зарубежные эксперты, с неизбежностью повлечет за собой глубокие организационные изменения, которые без всякой натяжки можно назвать настоящей революцией в разведке.

Прежде всего, естественным образом следует ожидать последствий из обозначившегося процесса совмещения функций органов, занимающихся анализом поступающих сведений в реальном масштабе времени и немедленным доведением обработанной информации до заинтересованных инстанций. Это потребует высокого уровня совместимости, а по сути, стандартизации задач сбора разведсведений, анализа, хранения, извлечения и доклада. Соответственно, инстанции, процедуры и документооборот, не укладывающиеся в формируемую новую архитектуру разведки, будут упразднены или отомрут сами собой.

Форма прямого доклада, подразумевающего прохождение разведсведений от средств их обнаружения до потребителя в реальном масштабе времени, с неизбежностью избавит от необходимости промежуточных органов и должностей. Вероятно, в будущем произойдет если и не полное слияние, то ликвидация традиционного разграничения разведывательных и командных функций. Такие же относящиеся к разведывательному блоку специальности, как связист, пеленгатор, криптограф, оператор и др., вообще объединятся в единую информационную