Опальная бывшая Тёмного наместника - Эмили Гунн

- Да. Но за ним пришли Светлые лорды. Судя по флёру, - виновата потупила я взор. – И если уж выкладывать всё начистоту, то я немного приуменьшила ценность артефакта.

- Насколько же он дорогой?

- Тебе и не снилось, Серый вельможа, - мрачно хмыкнула я.

- Ну да! – не поверил мне вервольф. – Еще скажи, что ты в моем доме Десницу Власти спрятала! – снайперски пошутил он. – И что всем нам неминуемый конец!

А у меня ноги приросли к полу. Приблизительно в том месте, куда ухнул сжавшийся желудок.

Вервольф, конечно же, считал эти мои эмоции по изменившемуся лицу. И на его мощной шее тут же подпрыгнул кадык.

- Только не говори, что… - просипел Волк и осекся, беспокойно оглянувшись.

А я в свою очередь поразилась тому, насколько громким может быть мой собственный выдох и оглушительным мой шепот, произносящий следующие слова:

- Да, - пришлось сознаваться до конца. – У меня в спальне спрятана Дес…

- Я же сказал, НЕ ГОВОРИ! – рыкнул Максхер и, как безумный, завертел вытаращенными глазами.

А через мгновение я увидела то, что вервольф учуял секунду назад.

Яркий, слепящий свет, ударивший в окно со стороны ночной улицы.

Звон разбившегося вдребезги стекла заставил меня вновь распахнуть зажмуренные от вспышки глаза. И я в панике уставилась на двух сражающихся мужчин внизу. Кто-то проник в дом через окно!

Максхер бился врукопашную с высоким, худощавым индивидуумом. Который, несмотря на свою видимую хилость, обладал почти равными навыками боя. И лишь спустя несколько минут я разгадала тайну этой несоразмерной выносливости напавшего на наш дом.

Эльф, а это был он, применял магию, тормозящую действия Максхера. И зверь Серого оборотня, прорывающийся наружу шерстью на бицепсах и яростным оскалом, мигом затихал под гнётом усыпляющей магии.

А потом я вскрикнула, заметив, что ворвавшийся к нам Эльф внезапно выхватил из-за пояса короткий кинжал. Но Максхер опередил клинок, угрожавший его жизни. Воспользовавшись предоставленным мгновением, в течение которого Эльф опустил глаза к ножнам кортика, Волк снес его с ног могучим ударом в челюсть.

Глава 22. Амтомас.

- Уходим отсюда, быстро! – скомандовал Максхер и, перепрыгивая сразу через две-три ступени, поднялся ко мне.

Однако вместо того, чтобы тянуть меня вниз, к выходу, принялся заталкивать меня наверх.

Я, вконец смешавшаяся, начала инстинктивно сопротивляться, упираясь ногами.

Он что через крышу намерен удирать?!

Но прежде, чем я успела засыпать его кучей вопросов по типу: «Куда?! Как надолго? Что взять с собой? А как же клиника, Бова побери?!» итп, кто-то или что-то ударило по запертой входной двери.

- Бах-бах-бабах!!! – повторялся тупой звук, намекая, что некто смертоносный сейчас вышибет эту самую дверь и ворвется в дом.

- Вещи! – зарычал Максхер, бросив попытки затолкать меня в спальню. – Собери…

- Хрясь! – с душещипательным треском сдалась дверь, пав рассыпавшимися щепками посреди фойе.

- А-а-а! - пришел вервольф в секундное замешательство, выбирая между мной и сразу двумя противниками, ввалившимися в вестибюль вслед за поломанной дверью.

Максхер вновь перевел глаза с меня на эльфов и, взъерошив пальцами одной руки волосы на темени, выдохнул в безысходности принятого решения. Миг, и сорвав со стены декоративный штык, Серый кинулся обратно вниз по лестнице.

Эти Светлые были вооружены. У каждого из них блестел в руках клинок меча, и я с замиранием сердца гадала, как Максхер будет с ними справляться. И сможет ли вообще?..

Первые минуты я с ужасом, смешавшимся с восхищением, наблюдала, как вервольф умело орудует штыком. Он использовал это оружие и как рапиру, и как щит, отбивая удары, наносимые эльфийскими, на секундочку, мечами!

Но бой был несправедливым изначально. Двое бессмертных на одного проворного, но всё же уязвимого оборотня.

В придачу Светлые лорды обладали магией, обессиливающей противника. Хорошо, что и Максхер не был исключительно целителем, но еще и мастерски управлял Тенями.

Я даже склонна считать, что драться и связывать зазнавшихся лордов неосязаемыми темными путами Максхеру удавалось гораздо фееричнее, чем делать простейшие операции пациентам… Кхм, с чего он вообще пошел не на Боевой, а в Лекарский факультет?..

С размышлений меня снесло фактом появления новых действующих лиц, нашего продолжающегося ночного триллера.

Еще Эльфы.

Они всё пребывали и пребывали.

В основном воины низших рангов, но лорды среди них тоже, увы, попадались.

Но Максхер Серый не сдавался!

А я с открытым ртом глядела, как лордов, известных повсеместно, как непобедимые Светлые, обезвреживают и связывают нитями из тени.

Магия Максхера и в самом деле впечатляла масштабностью. Тени, извиваясь и наползая из каждого угла, накрывали столбенеющих в недоумении Светлых. Опрокидывали, обездвиживали и позволяли своему Серому заклинателю продолжать маневрировать и сражаться. Кулаками и металлом, когтями и серой мглой, затеняющей лордам обзор.

Я не пошла за Десницей. И не убежала.

Отойдя от шока, поймала себя на том, что швыряю сверху в нападавших всё, что под руку попадется. Но им мои потуги были, что удары осенних листьев по скалам…

А в ту жуткую минуту безвыходности, когда один из Светлых добрался до меня и беспардонно схватил за волосы, когда Максхера поймали, завели ему руки за спину, а меня оглушил мой собственный душераздирающий крик... в выбитую дверь вошел еще кто-то.

Сердце пропустило удар, когда я встретилась с тьмой в глазах вошедшего.

Тени? Мрачная магия Эльфов?.. Даже сама эта ночь, сулящая нам гибель, не могла сравниться с чернотой, полыхавшей во взоре вошедшего.

Амтомас.

Мороз парализующими иглами вонзился в позвонки, и я содрогнулась, поймав на себе эту темень, прожигающую дотла.

Он с ними? Василиск объединился с эльфами, чтобы отжать у нас Десницу?

И не смогла бы я ответить наверняка, что мне причиняло больше боли – рука эльфа, вцепившаяся в мои волосы на затылке, или то, что Амтомас может быть сообщником этих душегубов.

Хотя, казалось бы, к чему было моё изумление? Я ведь и так давно уже должна была понять, КТО такой тунлисс.

Но что-то внутри меня никак не хотело протрезветь и смириться с тем, что Он не тот, кого когда-то обманчиво нарисовало мне моё влюбленное воображение.

И я уже готова была смириться с еще одной подлостью со стороны Амтомаса, как вдруг меня прошибло пониманием!

Василиск не на меня смотрит своей кромешной тьмой, затопившей радужки. Его опаловый взгляд сверлит хищным блеском того, кто держит меня в болезненном захвате.