Звездный час Нидерландов. Войны, торговля и колонизация в Атлантическом мире XVII века - Вим Клостер

Как и флот, вторгшийся в Эльмину, эскадра во главе с адмиралом Корнелисом Йолом, направленная для завоевания Луанды, отплыла из Ресифи. На 21 корабле находились 240 бразильских индейцев и 2717 европейцев (1866 солдат и 851 матрос). Голландцы рассчитывали на военную помощь от африканских народностей — при помощи даров и другими средствами их планировалось убедить в необходимости вступить в войну против португальцев[202]. В этой части Африки, где в 1612 году войска княжества Сонхо помогли голландцам отразить нападение португальских войск, представление о том, что местные жители были недругами пиренейских держав и друзьями голландцев, было не таким уж надуманным. Кроме того, еще в начале 1620-х годов король Конго и правитель Сонхо обращались к голландцам с предложением о военном союзе против португальцев{223}. Как сообщал один из представителей ВИК, обладавший обширными знаниями о юго-западной Африке, нового короля Конго Гарсию II можно было считать сильным потенциальным союзником. Этот доклад, насыщенный информацией о политической, экономической и военной ситуации в Луанде, вскоре принесет голландцам большую пользу (см.{224}).

Преимуществом атакующей стороны был элемент неожиданности. Португальцы на протяжении многих лет ожидали нападения голландцев — но не в этот раз. Кроме того, голландский план сражения, основанный на секретных данных, которые предоставил один оказавшийся в заключении рулевой испанского корабля, предусматривал высадку на сушу между двумя орудийными батареями — между тем защитники Луанды считали это невозможным. Поэтому сражение, состоявшееся 25–26 августа 1641 года, было коротким и привело к незначительным потерям с обеих сторон (см. рис. 4). Победа досталась голландцам легко, однако укрепить город оказалось очень непросто. Португальское население Луанды, полагая, что их враги в основном заинтересованы в грабеже и захвате рабов, после захвата города голландцами бежало в глубинные районы страны, не позволив неприятелю взять под контроль динамичную местную экономику и навязывая пришельцам партизанскую войну[203].

Йолу и его людям требовалось выполнить еще одно задание. Семнадцатого сентября 1641 года они отправились из Луанды для захвата Сан-Томе — острова в Гвинейском заливе, который голландцы уже ненадолго оккупировали четыре десятилетия назад. Замысел состоял в том, чтобы превратить Сан-Томе в перевалочный пункт, соединяющий новые нидерландские владения в Анголе с торговыми форпостами в Гвинее. Когда Йол добрался до острова 2 октября, под его началом находились 664 солдата, разделенных на пять рот европейцев и три роты коренных бразильцев, а также 400 матросов. Наконец после двух недель сражений, в результате которых нидерландские войска несли постоянные потери, была захвачена крепость, что позволило без единого выстрела овладеть городом Сан-Томе. Как и в Анголе, местные жители скрылись в глубине острова, оставив нидерландскую армию коротать время в его главном городе. Тем временем и европейцев, и индейцев косила желтая лихорадка, не пощадившая и самого адмирала Йола ({225}). После того как 40 солдат перешли на сторону португальцев и в результате в нидерландском лагере осталось лишь 80 человек, многие из которых были больны, удержание захватчиками столицы Сан-Томе было гиблым делом. В ноябре 1642 года португальцы снова вошли в город, покинутый голландцами. Для последних единственным проблеском надежды стало понимание того, что португальцы тоже подвержены тропическим болезням; данное обстоятельство не позволило им полностью прогнать голландцев с острова[204].

Рис. 4. Завоевание Луанды и Сан-Томе в 1641 году (гравюра, 1649–1651 годы). Публикуется с разрешения Рейксмюсеума (Амстердам)

В 1642 году нидерландская империя в Атлантике достигла своего максимального масштаба. Помимо Луанды и Сан-Томе, голландцы отняли у португальцев капитанство Мараньян на севере Бразилии (25 ноября 1641 года), порт Бенгуэлу в Анголе в 600 километрах к югу от Луанды (21 декабря 1641 года) и форт Аксим в Западной Африке (9 января 1642 года)[205]. Предлогом для всех этих захватов стало отсутствие мирного договора с Португалией либо — уже после того, как 12 апреля 1641 года таковой был подписан в Гааге, — отсутствие ратификации мирного соглашения или получения ее подтверждения. Так что в 1642 году нидерландские имперские амбиции оставались сильны. В дополнение к предложению аннексировать Мараньян Зеландская палата ВИК рассматривала нападение на Сальвадор (считалось, что этот пункт ослаблен выводом испанских и неаполитанских войск) и экспедиции для захвата Рио-де-Жанейро, Арайи, острова Святого Мартина, Пуэрто-Рико и Эспаньолы[206]. Хотя ни один из этих планов не продвинулся дальше намерений, голландцам удалось реализовать другое начинание — снарядить флот для захвата Чили. Идеи подобного предприятия впервые обсуждались еще до основания ВИК, но серьезные усилия в этом направлении были предприняты лишь во время затишья на фронтах Бразилии. Экспедиционный военно-морской корпус, отплывший из Нидерландов, после прибытия в Бразилию был усилен еще несколькими кораблями, а в январе 1642 году вся флотилия отчалила из Ресифи. Командующим экспедицией был Хендрик Брауэр (1581–1643), бывший генерал-губернатор нидерландских владений в Ост-Индии, — живым из этого предприятия он не вернется. Обогнув мыс Горн, Брауэр и его команда прибыли на остров Чилое и оттуда направились к материку. Они установили контакты с местным индейским племенем мапуче, с которым обсудили планы совместной борьбы против общего врага — испанцев. После того как голландцы обустроили свою базу в Вальдивии, дальнейшие перспективы выглядели неплохо. Однако в итоге экспедицию ждал мрачный конец. Индейцев, занимавших существенное место в стратегических расчетах голландцев, не удалось склонить к созданию союза; вскоре у голландцев кончилась провизия, а также распространялись слухи, что с севера приближается испанская армия (см.{226}).

Проблемы, не предвещавшие ничего хорошего в будущем, в 1640-х годах возникли даже в Северной Америке — защищенной от войн с португальцами и испанцами части Нидерландской Атлантики. Фоном для первой войны голландцев с индейским народом манси в Новых Нидерландах, которая также вошла в историю под названием «война Кифта» (1640–1645), стали стремительные экономические изменения[207]. Прибытие кораблей с эмигрантами из Соединенных провинций, установление свободной торговли и истощение ресурсов пушнины в прибрежных территориях привели к возникновению взрывоопасной ситуации. Исчезновение пушнины для обмена на нидерландские товары означало, что для различных племен индейцев-манси (Митее) более значимым занятием становилось выращивание кукурузы, — тем временем здесь же активно расширялись голландские фермы, что сокращало территории для земледелия манси. Вдобавок ситуацию усугубил губернатор Виллем Кифт, наложивший на манси ежегодную контрибуцию кукурузой, вампумами или пушниной, стремясь поставить этот индейский народ под контроль голландцев. Дальнейшее обострение напряженности произошло, когда нидерландские переселенцы приступили к фатальной череде насильственных действий, убив трех или четверых манси из рода раританов и подвергнув пыткам брата индейского вождя после того, как манси убили нескольких свиней. Следующий год был преимущественно