Звездный час Нидерландов. Войны, торговля и колонизация в Атлантическом мире XVII века - Вим Клостер

две недели на сахарной плантации Каса Форте, которую обороняли голландцы. Как утверждал один нидерландский солдат, после этого сражения удалось уцелеть лишь двум голландцам и семерым их союзникам из индейцев. Все остальные, включая 300–350 европейских солдат и 500 туземцев, к концу дня были либо мертвы, либо оказались в плену{255}. Тем временем в руках повстанцев также оказался расположенный в стратегическом месте форт Пунтал-ди-Назари. Это произошло в результате нападения, во время которого голландцы лишь притворялись, что обороняются: еще до начала восстания с нидерландским командиром Дидериком ван Хохстратеном удалось договориться о сдаче этого укрепления[235].

Повстанцы удерживали инициативу, захватив основную часть Нидерландской Бразилии уже к концу того же 1645 года и подорвав боевой дух в рядах ее защитников. К ноябрю количество перебежчиков среди «нидерландских» солдат, включая приличное число французов-католиков, стало столь значительным, что на стороне португальцев сражались целых восемь таких отрядов, которые в общей сложности насчитывали 238 человек{256}. Тем временем король Жуан IV принимал все возможные меры для помощи мятежникам. Он распорядился начать набор солдат в Португалии и пехотинцев на Мадейре и Азорских островах, а также постановил направлять в Бразилию всех военных, попавших в тюрьму за оставление позиций на пограничных переходах, где они были расквартированы. Португальский монарх также озаботился отправкой на заокеанский театр военных действий оружия и других необходимых вещей{257}.

События в Бразилии шокировали и разгневали отдельных лиц в Соединенных провинциях. Две амстердамские газеты, первыми сообщившие дурные вести, писали, что «кровавая свадьба» была сорвана{258}. Еще один анонимный публицист более подробно пояснял, что португальцы собирались начать восстание с «кровавой свадьбы» точно так же, как массовая бойня в Париже в Варфоломеевскую ночь 1572 года возвестила о начале репрессий против гугенотов. В качестве прикрытия якобы планировалось использовать свадьбу дочери одного португальского представителя муниципалитета Маурицстада, на которую были приглашены уважаемые голландцы: этих гостей, накачавшихся вином, поджидали нападение и убийство[236]. Впрочем, до этого явно так и не дошло. В еще одном памфлете, написанном автором из Зеландии, утверждалось, что дела зашли слишком далеко. Гарантией для Бразилии, по его мнению, могло быть лишь изгнание португальцев, поскольку их кровожадность отпугивала потенциальных нидерландских переселенцев. Кроме того, изгнание португальцев решило бы проблемы, которые создавала католическая церковь, поскольку ее устранение поспособствовало бы протестантскому миссионерству среди чернокожих и индейцев{259}. Негодование по поводу превратностей фортуны голландцев в Бразилии находило выражение не только в памфлетах, но и на улицах. Гвардейскому полку статхаудера едва удавалось удерживать толпу от проникновения в португальское посольство в Гааге.

Восстание в Бразилии имело незамедлительные экономические последствия, поскольку голландцы утратили контроль над территорией, где выращивался сахарный тростник, в связи с чем пропал спрос на африканских рабов. Луанда, где в предшествующие четыре года шла бойкая торговля, превратилась в унылый портовый город. Между тем одна из групп голландского политического класса была склонна возвести колонию в Анголе на более прочном фундаменте (см. карту 3). Если бы португальцев удалось вытеснить с внутренних территорий этой страны, были уверены сторонники этой точки зрения, то снабжение продовольствием стало бы более надежным, а торговля с глубинной частью Анголы могла бы процветать. Безуспешная попытка прорвать оборону неприятеля была предпринята в 1646 году, когда нидерландские войска тщетно осаждали крепость Мушиму, потеряв полсотни солдат, включая командира{260}. Новая благоприятная возможность представилась в следующем году после того, как десять тысяч воинов из племени ндембо и четыре тысячи солдат Нджинги, правительницы государства Матамба, при участии трех сотен голландцев 25 ноября 1647 года нанесли португальцам внушительное поражение. После этого путь к португальским укреплениям в Муксиме и Массангано внезапно был расчищен{261}. Казалось, что будущее Нидерландской Анголы в безопасности, но в действительности все оказалось наоборот — отсутствие трех сотен солдат из гарнизона Луанды повлекло за собой катастрофические последствия.

Карта 3. Нидерландские плацдармы в Африке в XVII веке

Находившиеся на внутренних территориях Анголы нидерландские военные не знали, что португальский Совет по заморским делам в Лиссабоне представил смелый план по отвоеванию Луанды. Командовать направленным туда флотом был назначен опытный государственный муж Сальвадор Коррейя ди Са-и-Бенавидиш, чья карьера началась в сражении с голландцами во флоте адмирала де Толедо, который в 1625 году отвоевал у голландцев Сальвадор. Затем ди Са служил в разных должностях, включая пост губернатора капитанства Рио-де-Жанейро. В 1647 году он вернулся туда как командующий флотом, обладая титулом капитан-генерала и губернатора Анголы, намекавшим на цель его миссии. К тому же ди Са был сахарным плантатором, имевшим множество рабов, и возвращение Луанды под власть Португалии принесло бы ему не только престиж, но и экономические выгоды[237]. То же самое касалось и жителей Рио, которые с подачи ди Са активно финансировали экспедицию{262}.

Двенадцатого мая 1648 года эскадра из 15 судов, на борту которых находились, вероятно, около двух тысяч человек, отправилась из Рио-де-Жанейро на отвоевание Луанды. Нидерландский Высший совет в Бразилии вновь заподозрил, что что-то затевается: еще 23 апреля его члены уведомили ВИК об идущей в Рио подготовке флотилии для экспедиции в Луанду. Однако из-за медленной доставки писем компании не удалось своевременно сообщить об этом своим представителям в Анголе. Эти известия должны были поступить из Ресифи, но даже несмотря на то, что после прибытия внушительного нидерландского флота там внезапно появились свободные корабли, Высший совет Бразилии не удосужился оповестить об угрозе своих коллег в Луанде. В результате, когда флот Сальвадора ди Са 12 августа появился из ниоткуда у берегов Луанды, голландцы оказались в оцепенении{263}. Правда, еще не все было потеряно. Нидерландским защитникам Луанды удалось отразить португальское нападение на располагавшийся на холме форт Морро, причем противник потерял убитыми и ранеными 140–150 человек. Тем не менее сразу после этого нидерландские власти сдались, к изумлению неприятеля вывесив белый флаг. Как выяснилось, попавшие в плен португальские солдаты рассказали голландцам, что армия ди Са была гораздо больше, чем те предполагали. Утверждалось, что ди Са даже организовал экспедицию, чтобы застать врасплох три сотни нидерландских военных в глубинных районах Анголы. Эта дезинформация имела мощный эффект: командование голландцев решило, что война проиграна, и отвергло любые надежды[238].

Вскоре за сдачей Луанды, вызвавшей уныние в портах Зеландии, последовала капитуляция в Сан-Томе{264}. Этот остров находился под контролем голландцев лишь короткое время. Когда бывший португальский губернатор Лоуренсу Пириш-ди-Тавора высадился там в ноябре 1642 года с полусотней солдат, на