Нити Дочерей Ночи - Евгения Санакоева

Когда последняя Ткачиха вернулась в полукруг, лист с именами выпускниц вклеился в Книгу Времени и стал ее частью. Новые Ткачихи навсегда вписали свои имена в историю Ордена.

Сестры Ночи же по окончании церемонии направились к своим тронам. Шипы на их коронах блестели, тени клубились. Черная тройка с грацией бестелесных призраков села на троны. Послышался голос третьей Сестры, до этого момента молчавшей. Ее голос был дождем, от которого было не скрыться.

– Церемония посвящения окончена. Добро пожаловать в Орден, Дочери Ночи. Всегда помните о той чести, которая подарена вам Великими, и будьте ее достойны.

Выпускницы опустили головы и присели в глубоком реверансе, подтверждая, что будут с гордостью нести знамя Ордена.

Свечи разгорелись, трубачей сменили скрипки, и началось празднование. Девушки наконец дали волю эмоциям, обнимались и радовались за подруг, рассматривали плечи друг друга, а те, кому предстояло пройти обряд через год, расспрашивали выпускниц про их впечатления.

Теона стояла в стороне, не чувствуя себя достойной участвовать во всеобщем веселье. Вероника отделилась от клубка восторженных девиц и подошла к ней:

– Не торопи время, девочка, у тебя все это тоже будет. А пока побудь еще со мной. Сегодня ты отлично справилась. – Она обняла Теону и спросила: – Думаю, день рождения в этом году удался на славу?

Теона уже и позабыла, благодаря чему оказалась в этом зале. Она коснулась кулона, с которым уже успела сродниться, и расплылась в улыбке.

– Это был лучший день рождения в моей жизни. Я люблю тебя, Вероника. Сложно представить кого-то лучше тебя.

Воспитанница прижалась к Видящей.

– Я знаю не меньше сотни человек, которые не согласятся с тобой. Но хорошо, что хотя бы ты видишь меня такой. А теперь тебе пора, для остального ты слишком мала. На кухне тебя ждет еще один подарок: Хромая Бет испекла для тебя особенный пирог, так что голодной ты спать не ляжешь.

Теона даже не могла представить, что когда-нибудь наступит день, который подарит ей столько же счастья, как тогда.

Глава 8

6066 год эры Двух Великих

После возвращения из Келса Теоне казалось, будто всю ее жизнь разобрали по камню и сложили из нее вместо крепкой стены шаткую башенку. То прошлое, которое она «знала», было далеко не идеальным, но оно, по крайней мере, принадлежало ей, а теперь выяснилось, что это были лишь декорации, построенные, чтобы ее «уберечь». В то время как за кулисами разыгрывалась реальная история, о которой девушка даже не догадывалась.

На обратном пути Бон пытался развлечь ее, но быстро понял, что ни истории про злобного профессора, ни попытка сделать трюк на Стоике, ни песня, от которой она обычно хохотала, не смогут вытащить Теону из омута мрачных мыслей. В какой-то момент принц сдался:

– Если ты хочешь, мы поедем в тишине.

Теона с радостью приняла его предложение. Остальной путь они проделали молча, лишь изредка обмениваясь словами. Разумом девушка понимала, что стала жертвой обмана, но в душе почему-то считала обманщицей себя. Ведь она заставила себя поверить в то, что всего лишь несчастная малышка, которую разлучила с семьей сумасшедшая, но которую обязательно однажды найдут родители. Появятся на пороге ее дома и обнимут так крепко, что косточки захрустят. А потом расскажут, как они ее искали, а она поведает им о том, как ей жилось в Замке Теней. Иногда в мечтах у Теоны появлялись сестра или брат – этого она подчас хотела даже сильнее, чем найти родителей. Обрести родную кровь, кого-то, кому можно рассказать все, что творится на душе: и радостное, и грустное, и тревожное.

Живя в Замке, Теона сочинила сотни историй воссоединения с семьей. В них менялись сезоны, обстоятельства, количество сестер и братьев, но все они заканчивались осознанием, что она больше никогда не почувствует себя одинокой и будет знать, что по земле ходят люди, которым она бесконечно дорога просто потому, что существует.

Но таких людей не было. Она никому не нужна. Ее семья мертва. И никакой брат ее не защитит, и никакая сестра не разделит с ней грусть. Ее никто не похищал. И уж тем более никто не собирался рассказывать ей правду. Она – иллюзия, созданная Орденом. Кукла, которую нарядили соответственно поводу и рассказали легенду для мира.

Больше всего ей хотелось сжечь станок вместе с катушками нитей, которые привезла Вероника. Та самая Вероника, которой она верила беспрекословно и считала второй матерью и которая теперь стояла первой в списке предателей.

Когда они подъехали к ее дому, Теона, скомканно поблагодарив Бона за то, что сопровождал ее в путешествии, поспешила притворить за собой дверь. Меньше всего она сейчас думала о вежливости. Надеялась, что Бон поймет.

Оказавшись в одиночестве, Теона скинула дорожную одежду, точно тень старой себя, и побрела в ванную. Вода, от которой шел пар, не смогла ее согреть, лед, сковавший сердце, не таял. Выбравшись из ванной и безразлично взглянув на лужи под босыми ногами, она встала перед зеркалом, чтобы хорошенько рассмотреть новую себя. Взглянуть в глаза, которые достались ей от матери, и увидеть в них безумие и слабость, которые позволили той предложить древнему богу свою дочь на заклание.

Теона откинула распущенные волосы за спину и оголила знаки, навсегда связавшие ее с судьбой Ткачихи. Татуировки на плечах, которыми она так гордилась, а до этого желала получить всем сердцем, жгли кожу. Теперь они казались цепями, а сама же она была лишь собачкой, обреченной сидеть в будке, в которой стоит станок. Разорвать порочный круг можно было лишь одним способом – умереть. Только после смерти Ткачиха становится свободной.

Смерть. Это слово из пугающего и далекого вдруг стало манящим и обещающим успокоение.

Нагая и, как никогда прежде, злая на себя и свою судьбу, девушка отыскала в дорожных сумках тот самый клинок, который предназначался Леониде. Она слышала истории про то, как это делается, – всего-то и нужно решиться, а затем, нащупав просвет между ребер, вонзить лезвие прямо в сердце. Ее нелепая лживая жизнь закончится, она станет свободной от своих обетов, возьмет за руку Великого Черного, пройдет с ним через Лунные врата и на той стороне, наконец, встретит своих родителей. Только теперь, вместо надежды на счастливые объятия, ей хотелось посмотреть, как изменятся при ее появлении лица людей, которые предали своего ребенка.

Теона бездумно крутила в руке кинжал. Одно точное движение –