Из Тени (Dragon Age) - Krilena

старался добраться до своей главной цели, считая, что силы сновидца — его путь к спасению, и неважно, что он был уже мёртв. Именно этого и не давал сделать хромой маг, поставив себя преградой между демоном и его жертвами. Непреодолимой преградой, поскольку, чтобы её преодолеть, демону придётся напрямую атаковать врага, тем самым выдав себя и раскрыв. Существо, чувствуя ауру древнего сомниари, прекрасно понимало, что если оно так поступит, то эта мощь утопит его в Тени бесследно, как морская волна — одинокий ялик.

Учитывая, какие имперцы бросили вызов демону, развязка, которая вскоре произошла, была весьма предсказуема. Боевые маги отбились от кучки одержимых монстров, используя весь свой арсенал преимущественно стихийной магии. Мудрить было необязательно, им хватило и его. Как итог монстры, потеряв магическую поддержку от хозяина, окончательно были поражены деструктивным воздействием Тени и расползлись в лужицы слизи прямо на глазах. Кто-то и до состояния лужи не дожил — магистр испепелил его раньше. В общем, физически враги уничтожены, а их магия и осколки былых душ отправились обратно в дремлющий мир.

Два мага, вымотанные и запыхавшиеся, но при этом взбодрившиеся и довольные совместной победой, тут же бросились обратно в центр комнаты. Вирен, за бой насмотревших на одержимых, хотел как можно скорее удостовериться, что его сын не превратился в такого же монстра. Не превратился, а даже, наоборот, показывал все признаки пробуждения. На самом деле он бы давно уже проснулся, но Безумец замедлял этот процесс, чтобы истощённому долгой борьбой молодому организму не навредило столь резкое выныривание в реальность.

Впервые за эти долгие полтора практически бессонных дня отец мог спокойно выдохнуть. Точнее он выдохнет, когда раз и навсегда покончит с виновником всей этой заварушки. Хромой маг прав: такую вёрткую тварь нельзя отпускать.

А вот, кстати, и он. Как бы демон не силился и дальше прятаться от магов, не показывая себя физически, но делать ему было нечего. В Тень обратно вернуться мешал исполненный ритуал, а связи с другими жителями недремлющего мира он полностью потерял. Вскоре в том же месте, что и в первый раз, произошёл магический всплеск, вырисовались руны, а в середине них показался и сам демон, уже не рыча, а воя от досады.

Сам демон не выглядел столь гротескно и одновременно мерзко, как его — теперь уже убитые — марионетки, возможно, потому что он никогда не был человеком. Кажется, физическим материалом тела Праздности была магия, каким-то образом образовавшийся и затвердевший сгусток из неё. И магия не чистая, ядрёно-зелёная, а уже затронутая смыслом, став тем, что принято называть энтропией. Поэтому сгусток был фиолетовым с градацией до грязно-зелёного.

Тень формируется недремлющим миром, и происходящее в ней имеет знакомые жителям Тедаса очертания и смысл, распространяемые и на её живые порождения. «Сгусток» не был исключением, а сложился в весьма себе узнаваемый образ. И голова есть, и глаз одна пара, хотя в остальном лицо расплывалось, и руки в том же количестве с пятипалыми конечностями. Правда, вместо ног мудрёное переплетение щупалец, благодаря чему он не ходил, а ползал. Но даже это отличие наверняка образовалось, потому что многие представляют действие магии энтропии как раз в виде щупалец, жгутиков, что тянутся к жертве, проникают в неё, обвивают или жалят.

— Сколько стараний плохие маги разрушили. Как сильно, но бессмысленно боролись за то, что было не нужно, а ныне — им не принадлежало, — раздалось ворчание демона, который даже и не думал кого-то из противников атаковать, а только жался к противоположной стене подальше от магов.

Он решил торговаться, это было очевидно всем.

— Ты забрал моего сына! — рыкнул Вирен, пусть он и не поддавался опасной ярости, но сохранять спокойствие в голосе не мог.

— Сын, который был не нужен, — поддел его Торпор, но увидев, как от подобных слов магистр схватился за посох, поспешил уточнить. — Иначе мальчик не мог объяснить, почему отца никогда не было рядом. Даже когда появился мой голос.

Безумца столь непробиваемое упрямство демона забавляло. Даже сейчас, уже проиграв, он пытается обернуть происходящее себе на пользу не силой, а хитростью. Мужчине, наверное, пальцев одной руки хватит, если бы он решил пересчитать демонов, столь же целеустремлённых, которых встречал. Солас говорил, что умершие духи и демоны, если их стремление за идеей сильно, однажды могут возродиться, хотя и с новой личностью. Возможно, и этот появился из остатков некогда могущественного демона, например, Зависти. Иначе бы маг не мог объяснить, каким образом в Праздности мог развиться такой ум.

А тем временем, как и хотел демон, услышанное заставило лорда оторопеть и повременить с расправой.

— И даже тот, кто всегда был с ним рядом, отдал его демону, — закончил Торпор тем, ради чего собственно и завёл этот разговор.

Демон задел за живое: он знал, кто ему помог вчера вечером захватить ребёнка, а магистр хотел любым способом найти этого предателя.

— Говори!

— Если отпустишь, — а вот и ожидаемое условие.

— Говори, чтоб тебя! И можешь проваливать.

Командующий произнёс это столь убедительно, что поверил не только демон. Когда Безумец получил приказ снять преграду, мешающую врагу покинуть это место и вернуться в Тень, то он искренне возмутился от такой глупости нанимателя.

— Глупый маг, чьё отчаяние так легко было найти, — ответил Торпор и указал на того, кто стоял с Виреном рядом.

Этих слов было достаточно, чтобы магистра по-настоящему шокировать и заставить забыться. На это демон и рассчитывал, поэтому, добившись успеха, тут же поспешил сбежать и вернуться домой. Да только ничего у него не вышло.

Стоило существу сойти с места, дёрнуться магической сущностью к Тени, как вдруг пол вокруг него вспыхнул красным кольцом и воспламенился. Это заклинание схоже с огненной миной, только ставилось оно не в реальности, а в пространстве около Завесы, между реальностью и Тенью, и реагировало не на физический контакт, а на магические потоки, которые образовываются, когда магическое существо хочет установить связь с Тенью или из неё. Самые простые и используемые вариации поверхностных мин легко узнаваемые по рисунку на любой поверхности, поэтому они в основном применяются в пылу сражения, когда противник не особо-то следит, что у него под ногами, и может случайно наступить. Пространственные мины действуют только на существ с магической сущностью и не менее узнаваемы, поэтому также применяются с расчётом на невнимательность врага. Сейчас заклинатель рассчитал правильно, и демон, который хотел только поскорее убраться подальше от опасного места и страшных своей силой магов, не следил за окружением. Мины он не заметил, а