Из Тени (Dragon Age) - Krilena

столкнулись две разные по природе магии, последствия мог почувствовать не только сам заклинатель. По ту сторону Завесы точно заметили такое неожиданное волнение, ведь магия крови всегда притягивает демонов. Безумец, как и положено, старался быть очень осторожен, чтобы не привлечь внимание сильных врагов и не оставить лазеек к своему сознанию. Как итог это у него получилось: нежелательные существа не заметили, а слабые — просто не решились лезть, поскольку чувствовали, что перед ними не тот, кто к магии крови обратился впервые, в необдуманном порыве сильных эмоций или без понимания её особенностей, а, значит, их излюбленные приёмы просто не сработают. Также это волнение могли почувствовать и жители недремлющего мира. Но задумка древних хозяев местной сети катакомб, обустраивающих будущее ритуальное помещение, и экранирующие амулеты магистра-предателя сработали сейчас на благо наших затейников. Так что зря Вирен хмурился и косился на хромого мага — о ритуале за стенами этой комнаты, а уж тем более на поверхности никто даже не догадывался.

Тем временем магия кровавой сетью захватила демона, который из-за занятости находился слишком близко к границе между мирами, поэтому не успел сбежать, и выкинула его в реальность. Не заставляя себя ждать, пол в отдалении от магов вдруг вспыхнул то ли каким-то древним и забытым руническим рисунком, то ли таким рисунком просто проявилась энергия, излучаемая демоном, словно морозный узор на стекле. Раздался рык существа, которому одновременно было и злостно, и больно от насильственного действия сети. Правда, само существо не появилось, вместо этого магов вдруг окружило парализующее заклинание. Праздность в первую очередь используют энтропийную магию, которая либо ослабляет физически, либо ослабляет морально, заставляет опустить оружие, а самому упасть на колени от осознания бессмысленности своего сопротивления. Маги были к этому готовы и удачно защитились от весьма слабого заклинания (несравнимо с тем мороком и угнетением, которые бы мог нагнать Зависть), а хромой маг развеял остаточные эманации от заклинания на случай, если бы под ними было припрятано ещё одно заклинание более хитрое, опасное и незаметное.

Хотя такая бесполезная атака точно была использована для отвлечения, потому что пока маги были заняты её отражением, а затем — полной нейтрализацией, в зал наконец-то доползли существа, принесённые в жертву мечтательной задумке демона.

Вирен собственной весьма солидной фигурой перегородил путь к алтарю и стал в ожидании наблюдать за человекоподобными монстрами, которые, пихаясь и толкая друг друга, старались выползти из узкого коридора.

— Ты говорил, что вытащишь его сюда. Так где он? — спросил лорд, когда не обнаружил среди мычащих фигур весьма себе разумного.

— И я это сделал. Но у демона сохранилась связь с уже одержимыми жертвами, за ними он и решил скрыться. Их необходимо устранить.

Ритуал можно считать успешно завершённым, поскольку нужные связи рухнули, и сын магистра затих, погрузившись в настоящий сон. Затих, получив долгожданный покой, и преданный своим миром сновидец, когда хромой маг перерезал ему горло.

Теперь Безумец стирал с рук кровь и с едва заметным интересом наблюдал за попытками уже проигравшего демона сопротивляться. Он уверен в победе, поскольку будет мягко говоря чудно, если два тевинтерца, боевые маги альтуса, не справятся с такой потешной «армией».

Одержимость проявляется по-разному. Совсем слабых демонов чаще из Тени выкидывает насильно в ближайший мало сопротивляющийся объект: несожжённый труп, животное или даже предмет обихода, дерево. Теневые существа не выносят нового для них мира, теряют рассудок, вот и получаются потом ходящие мертвецы, которые безмозгло ползут на источник какой-либо энергии, как мотылёк — на свет. Демоны посильнее способны уже разумно управлять телом, которое захватили, но, как правило, только одним. И только самым сильным существам подвластен полный контроль над маленькой армией неискажённых уродством одержимых.

Смело можно сказать, к элите демонов нынешний враг не относился. Праздность замахнулся на грандиозное, но всё равно оказался очень ограничен в возможностях, сколь бы хитроумные планы он ни придумывал. Демон тратился на сдерживание и давление на свою главную цель — сновидца, на помощь магистру, призвавшего его, на поиски магов с зачатками «больного» дара и их захват, так что на уже одержимых жертв сил у него не осталось. Существо не контролирует их полноценно, а скорее просто подталкивает на нужные ему действия.

Это стало причиной, почему бывшие маги не сохранили свой облик, а начали меняться от вредоносной энергии Тени, которым демоны исконно пропитаны. Их общий антропоморфный вид ещё давал понять, что когда-то они были людьми, так же сохранилась одежда: они расстались со своей волей относительно недавно, в пределах пары лет, поэтому одежда не успела истлеть. Но в остальном сложно было поверить, что это действительно бывшие люди. Тело гротескно изуродовано. Вроде на вид стало слишком вязким и бесформенным, поскольку неживая, иная по природе энергетика демона буквально плавила живые ткани жителей недремлющего мира. А вроде стало иссушенным и испещрённым всевозможными наростами. Эти наросты чем-то напоминали некоторые виды глубинных грибов, что порастают на мёртвых телах жителей пещер и Глубинных троп. Ноги некоторых поросли другими странными отростками, напоминающими то ли щупальце осьминога, то ли змеиный хвост, которые ещё больше замедляли передвижение и без того почти ползущим монстрам. И, пожалуй, самым отталкивающим фактором было отсутствие лица, которое почти полностью сливалось с неприятным зеленоватым месивом, оставшимся от верхней части тела. Потеря чётких очертаний лица, глаз как зеркала души только ещё сильнее подчёркивала, что былой души в этом изуродованном теле и не осталось.

Только все преобразования больше мешали самим одержимым, чем вредили их противникам. Это одержимый гордыней покроется рядами шипов, о которые из-за неосторожности можно серьёзно повредиться. Одержимые же праздностью являлись продолжением сути своего хозяина, были очень медлительными и неповоротливыми. Вероятно, их тела токсичны или отростки способны жалить, подобно ядовитым медузам. И иной демон, которому хватило сил полноценно контролировать одержимого, смог бы раскрыть потенциал таких новых смертельных особенностей. Но при борьбе с нынешними несчастными было достаточно просто держать их на расстоянии, что для магов выполнить нетрудно.

Завязавшееся противостояние затянулось на несколько минут, и потому что оба брата проявляли рациональную осторожность, а не велись на иллюзорную беспомощность одержимых, что, рыча и хлюпая, старались их настигнуть, и потому что существа намного выносливей и живучей людей. Одного правильного тычка в важный орган остриём посоха уже было недостаточно, поскольку в этой потёкшей массе и органов-то уже, возможно, не осталось.

Безумец в это противостояние не встревал, у него была своя задача — защитить несостоявшихся жертв. Пока одержимые безрезультатно, но долго гоняли по периметру братьев, демон в отчаянии