Из Тени (Dragon Age) - Krilena

магии крови. Но так как существо из Тени оказалось слишком слабо, чтобы тягаться со своей жертвой напрямик, оно избрало путь бесконечных истязаний, пока маг не сдастся. И результат действий демона, почти добившегося успеха, Безумец мог наблюдать сейчас перед собой — ещё чуть-чуть и сновидец будет окончательно сломлен и станет одержимым.

К чему тогда нужна история с подчинением и кражей молодых магов из города? Кажется, демон решил на них тренироваться. И сын командира ему был нужен, чтобы научить подчинять магов с куда более богатой магической родословной, когда он понял, что слабые маги из бедных семей ему уже бесполезны.

И самое интересное, что демон преуспевал во всех своих задумках.

Безумец не мог не дивиться, что обычный слабый демон в погоне за желанием завладеть сновидцем смог провернуть такие схемы, вступить в сговор с жителем недремлющего мира. Да не каждые Страх или Зависть способны на подобное, а они ведь на целые порядки могущественнее Праздности. Вместе с тем мужчина всё никак не мог определиться, кто в этой истории ему отвратен больше: демон, который всего лишь следовал своей природе, или недальновидный и легкомысленный магистр, из-за действий которого Минратос чуть не столкнулся с мощью одержимого сновидца.

С такой знатью, сидящей у власти, Империи и враги не нужны.

Древний маг вспомнил Феликса, сына магистра Гериона Алексиуса. Этот мальчонка стал олицетворением несправедливости, что творится в мире. Его голова была наполнена светлыми мыслями и идеями, глаза горели от решимости, а сердце хранило безграничную любовь к такой неидеальной, но всё же своей Родине. Он, умный образованный и талантливый, мог стать будущим Империи, а не очередным зазнавшимся магом, который не видит дальше собственного невежества. Но судьба не дала этому цветку раскрыться, уничтожив его. И теперь перед Безумцем лежал ещё один нераскрывшийся цветок. Если бы его потенциалом правильно распорядились, если бы помогли развить его способности… Да, возможно, этот юноша и не хранил в себе революционные идеи, но могла помочь его кровь. Хотя бы кровь. Уж не Тевинтеру, который всю свою историю занимался «разведением» магов, отбраковывая слабых и ненужных и сводя детей могущественных семей, рассказывать, насколько ценна кровь сновидцев. Но судьба не спасла и этого мальчика, позволив какой-то влиятельной бестолочи его безнаказанно похитить и использовать, словно материал, словно… incaensor.

Безумец невольно вспомнил, как часто он становился предметом насмешек и осуждений из-за своего собственного нежелания служить Древним Богам. А почему он должен желать им служить? Если боги равнодушны к судьбам таких светлых личностей, но при этом всячески способствуют восхождению тех, чей путь устлан телами невиновных, вроде самого Безумца, Старшего или любого другого магистра, то зачем такие боги вообще нужны? Это касается как богов-драконов, так и Создателя, который не сберёг свою самую верную подданную — Верховную Жрицу — и ещё несколько тысяч святых, отчаявшихся и невиновных, что пришли на Конклав в надежде, что получится остановить кровавую безумную войну между храмовниками и магами…

Прервать тяжесть своих дум Безумца заставили раздавшиеся шаги чуть ли не бегущего сюда магистра. Похоже, его также ждал успех в поисках. Хромой маг в этом убедился, когда Вирен наконец-то оказался в помещении, держа своего сына на руках. Мужчина так спешил отыскать «напарника», чтобы тот поскорее помог мальчику, ныне всё ещё пребывавшему в бессознательном состоянии, что даже запыхался. Только когда сновидец был найден, Вирен позволил себе остановиться и вспомнить, что он тут самый великий магистр-альтус, поэтому тут же поспешил спрятать растерянность и страх за состояние сына за маской грозности и высокомерия.

Безумец, оценил командира, увидел кровь на его доспехах и посохе и сделал вывод, что в тюремных камерах он вдоволь отыгрался на представленных к мальчику солдатах, которые никак не ожидали, что к ним ураганом залетит разъярённый магистр.

— Что это ещё такое? — хмыкнул Вирен, когда подошёл к алтарю и увидел странного юнца без рук.

— Это то самое доказательство, что господин Анодат прибегнул к магии крови и помогал призванному демону завладеть сновидцем.

Довольный оскал магистра прекрасно описал, насколько же огласка этого «доказательства» ударит по виновнику. Несмотря на все недавние заслуги Анодата даже архонт не посмеет закрыть глаза на такие факты. Официальное клеймо «малефикара» и так является сильнейшим ударом по репутации даже в Империи, а тут ещё обвинение в организации опаснейшей диверсии, когда страна и так находится в военном положении, в кризисе и хаосе. Несомненно, за подобное магистру светит казнь.

Впрочем, погреться на лаврах победителя, раскрывшего террористический замысел изменщика родины, лорд Вирен успеет позже. А пока что нужно было спасти собственного сына.

— Что с ним? Ты говорил, что твоя защита выдержит и мы успеем! — воскликнул командир, не заимев успеха в попытках привести сына в чувства.

— И я вас не обманул, лорд Вирен. Разве вы видите перед собой изуродованное тело одержимого?

Магистру такой задорный тон не понравился, он пуще нахмурился. Но Безумца особо и не заботило мнение нанимателя, он пребывал в приподнятом настроении, поскольку смог удачно завершить самую сложную часть сегодняшней поисковой операции — собственно, сам поиск. Теперь, как он считал, дело осталось за малым.

— Ваш сын не одержим, но в данный момент в Тени он продолжает борьбу за свой разум с демоном.

— Что за демон?

— Демон праздности.

Вирен даже обрадовался, что им попалась слабая теневая сущность.

— На вашем месте я бы не считал это поводом для радости. Вопреки своей слабости, этот демон упрямее и хитрее даже некоторых демонов гордыни. Необходимо окончательное уничтожение существа, иначе угроза как для вашего сына, так и для города останется.

— Раз сейчас он выдал себя и близко к Завесе, значит, мы можешь его убить, воспользовавшись связью с моим сыном?

— В качестве одного из решений — можем.

— Так выполняй!

— Если использовать столь грубое решение и убить демона без предварительной подготовки, то с его смертью оборвётся связь мальчика не только с ним, но и с Тенью, в результате чего ваш сын станет усмирённым. Лорд Вирен, вы уверены, что хотите именно этого? — Безумцу не понравилось, что магистр, едва сведущий в магической науке, смеет ещё что-то приказывать, из-за чего ответил он очень грубо.

Подействовало. Слова о возможном усмирении своего наследника мигом поубавили пылкость магистра, и тот даже притих. Ссориться с тем, от кого зависело, вернётся ли его сын в реальный мир живым и неусмирённым, Вирену тут же расхотелось.

— Что ты предлагаешь? — уже гораздо покорнее произнёс мужчина.

Безумец был доволен, что снова командует спасением ребёнка. Забыв о споре, маг