Из Тени (Dragon Age) - Krilena

число тех счастливчиков, в чьём роду маги были не полностью бессознательными и не допускали критического поражения своего тела лириумом, поэтому отклонения у следующих поколений проявились только внешне. В его случае это невозможная одновременная чернота волос и светлота глаз, а также болезненная бледность.

Ещё к отклонениям можно отнести незначительные по отдельности дефекты его телосложения, но которые в совокупности и из-за худобы (особенно сейчас) делали его силуэт нелепым, нереальным, несколько даже эльфийским. Также на его лице никогда не росли волосы. В этом тоже повинен предок, только уже ближайший.

Так два мага и просидели в покое этого места до тех пор, пока не пришёл третий. Перед уходом из подземного комплекса Безумец сообщил нанимателю, куда собирается с ребёнком направиться, поэтому Вирену не составило труда их найти. Зашедший во дворик мужчина был безучастен и задумчив. Он не проронил ни слова, когда сел на скамью, даже не заметил, что позволил себе сидеть с безродным магом рядом.

Лорд задержался ожидаемо. Безумец представлял, насколько острой вышла разборка между магистром, семьёй, в катакомбах чьего дома было обнаружено весьма провокационное открытие, и прибывшими солдатами архонта. И так же он был уверен, что ситуация разрешилась в пользу Вирена. Ну просто не могло выйти по-другому. Доказательства непоколебимые. И ситуация для виновника ещё только сильнее обострится, когда о произошедшем узнает архонт, магистр, чей ученик был обнаружен на алтаре и который обязательно захочет отомстить лишившим его род такого таланта, и семейства, пострадавшие от ложных доносов Анодата. Возможно, даже подключатся агенты венатори, которым данный магистр также успел попортить планы.

В общем, самого Анодата уже ничего не спасёт, его казнят, если, конечно, до казни он вообще доживёт. Его же семья будет вынуждена от него отказаться, чтобы не прекратить своё существование из-за действий неразумного родственничка. Вирена же наверняка представят к награде за героически раскрытый заговор с демоном и победу над ним.

Однако лорд сейчас не выглядел победителем. Порадуется и позлорадствует над проигравшим коллегой он позже, а пока мужчина был занят размышлениями и точно терзаниями. Сегодня их семья навсегда изменилась, и было видно, как его это беспокоит.

— Виновник поплатился, — полушёпотом произнёс вдруг Вирен, давая понять, что брата-предателя он убил.

Это необходимо было сказать, поскольку магистр не мог позволить окружению даже допустить в мыслях, что в последний момент его занесённая для смертельного удара рука могла дрогнуть. Если бы это произошло, то можно смело говорить, что великий лорд проявил слабость. Эта информация в руках врагов стала бы опаснейшим орудием, способная привести к тому, что его репутация, как превосходного командира, создаваемая годами верной службы, вмиг бы стёрлась в порошок.

Но Безумец только усмехнулся: нет, не убил. Находясь ещё недалеко от места действия, сновидец прекрасно почувствовал, как в один момент начала стремительно удаляться аура бывшего капитана телохранителей. Мертвецы так стремительно уж точно не бегают. Единственное, что смог Вирен, это под угрозой смерти выгнать брата навсегда из города и подальше от своей семьи.

Не хватило магистру сил убить дорогого брата даже в состоянии ярости из-за его предательства — с точки зрения человечности, его можно понять. Однако, с точки зрения высшего общества, Вирен проявил недопустимую слабость.

— И… ты знаешь, что это не так? — Вирен догадался, почему его слова так позабавили сновидца.

— Знаю.

— Что в таком случае будешь делать? Используешь это против меня?! — зарычал мужчина, но больше от собственного бессилия, которое и не позволило ему поступить, как требуется.

— Обязательно бы использовал, чтобы одержать над вами победу, будь вы моим политическим оппонентом. Однако в действительности это не в моих интересах, поэтому — нет. Не использую.

Эйгон совершил глупость и раскаивался, но ради этой глупости он пошёл на убийство племянника и вполне бы был рад смерти брата. Кто может дать гарантию, что пощажённый маг однажды не вернётся? Из-за мести ли, обиды или всё-таки упрямого желания заполучить женщину, любовь к которой спокойно способна перерасти в одержимость, — неважно. Главное этот беспощадный удар будет в самое сердце. Так что, да, по мнению Безумца, воспитанного тем же магистерским обществом, Вирен проявил недопустимую слабость.

— А ты бы смог так же спокойно убить своего брата, учёнишка?! Или, как обычно ты и тебе подобные, смел только на словах?! — магистр и так разрывался от терзавших его сомнений, правильно ли он поступил, поэтому осуждения, не учитывающие человеческий фактор, от хромого мага его разозлили.

Хотелось Безумцу язвительно ответить, что в своё время он так и сделал, убил, и не одного, а двоих. Но в итоге решил промолчать, поскольку то было при совсем других обстоятельствах. В его-то случае это была месть и отношения между ними никогда не были братскими.

— Окажись сейчас в вашей ситуации иной человек, и ваши слова, лорд-магистр, были бы подобны моим. При оценивании поступков мы всегда строги к другим и наиболее милосердны к себе. Поэтому я бы предпочёл не продолжать этот бессмысленный спор.

Вирен хмыкнул, но желание сновидца удовлетворил. И без спора его размышления были тяжелы и на одних только сомнениях, правильно ли было отпускать родного человека, не остановились.

С появлением Вирена мальчик снова был вынужден вернуться к правилам, которым его обучали. Будущий магистр тут же отодвинулся от учителя, сел прямо, а финики постарался спрятать в руках. Ребёнок видел, чувствовал и прекрасно понимал состояние отца, но он не мог себе позволить подбежать, спросить и поддержать его. Это недопустимо. Поэтому мальчик только беспокойно на него посматривал да молчаливо слушал разговор взрослых, стараясь, чтобы его интерес не был замечен.

Вирен, имея возможность убедиться, что смышлёный мальчонка пришёл в себя после пережитого, конечно же, был рад. Только радость эта была скупа, никак не проявилась внешне, и сын вновь мог увидеть лишь хмурость на лице строгого отца-солдата. На этом вся теплота их воссоединения и закончилась бы.

Но произошедшее сегодня дало достаточно почвы для размышлений магистру. Дало понять, как многое он делал неправильно.

Как бы не хотелось признавать, но демон оказался прав. Вирен мог месяцами не бывать дома, пока геройствовал где-нибудь на передовой или на учениях при наступлении очередного шаткого перемирия. А даже когда возвращался в город, то уходил с головой уже в магистерские дела, и на семью времени не было. Да, он контролировал обучение сына, тщательно следил за его успехами по отчётам учителей. Когда же проявилась болезнь, магистр поднял на уши весь Круг в поисках лечения.

Только вот мальчик всего этого не видел. Для него, отца либо никогда не