Волки скалятся в тенях - Рената Вотинова

верить, — Вильцгейм испустил усталый вздох. — Однако они погибнут под убийственными орудиями кхинов. И чем дольше будет править династия Амелленов, тем хуже. Скоро Мекролв закроет свои дружелюбные ворота. И куда деваться страдающим южанам? Алиса, ты — единственная, кто может оказать мне поддержку, и показать королю всю чудовищность происходящего, заставить его действовать во благо народа.

— Что я могу сделать?! — Алиса подскочила со стула, как ошпаренная. — Я лишь сирота и воровка. Меня саму впору сослать на Границу.

— Кем ты ни была, но ты видела истинные страдания людей внизу. А еще способна расколоть этот мир надвое, не оставив ничего. Король обязан к тебе не просто прислушаться, а подчиниться.

— Не могу, — Алиса обняла себя руками, прикрыв глаза. Веки тяжелели. Ей просто хотелось сбежать. — Не знаю, чего ты там себе придумал, но я ухожу.

— Алиса, ты не обязана…

Если Джонатан был прав про закрытие ворот Мекролва, то Алисе с Другом нужно поторопиться. Отплыть первым кораблем с первыми лучами солнца в северные земли и забыть об этом кошмарном цирке. Они отыщут там Мэди, свяжутся с Папашей и будут выполнять грязную работу для него, отдавая сорок пять процентов доходов. Намного больше, чем они отдавали Лайле. Но эта перспектива всяко была лучше того, что предлагал Вильцгейм. Не было у Алисы никаких выдающихся способностей. Алиса не могла сделать ничего, и не обязана, как сказал Друг. Спасение утопающего — дело рук самого утопающего.

— Алиса, я требую от тебя гораздо большего, чем раньше, — Джонатан перенес весь вес на локти и подался вперед к ней через стол, его пальцы сомкнулись на запястье Алисы, оглаживая большим пальцем кожу сквозь ткань рубашки, что липла к вспотевшему телу. — Если ты откажешься, то Бьюттерирайту в жизни не вырваться из плена, в котором он сейчас находится.

— Джонатан, — Алиса вырвала свою руку из цепей его хватки, разбив стальной замок. — Ты ошибся. Я уеду в Мекролв, пока не поздно. Прощай.

Алиса отвернулась от него. Слезы накинули петлю ей на шею, применив самый удушающий удар под ребра.

— Это не твоя вина. — Алиса прикусила ребро ладони, чтобы не разрыдаться. Нет, то была ее вина. Алиса бы сделала все, чтобы спасти людей от холода и бродячей жизни. Если бы Вильцгейм хоть на секунду оказался прав, она тут же ворвалась в королевский дворец, нарушив все правила этикета тем, что не склонила голову.

— Чуть не забыла, — Алиса положила драгоценный револьвер на столешницу, вновь отвернувшись. — Я разрываю нашу сделку. Он снова твой. Можешь доложить королевской страже, — и Алисе пришлось проглотить слова о том, что он должен позабыть о ее существовании. Возможно, он был убийцей. И совершенно точно уничтожил империю Лайлы. Но он найдет способ, дабы разогнать свинцовые тучи над их многострадальной родиной.

А после Алиса вернется за платой за Притон Гончих.

Джонатан подскочил из-за стола и в мгновение ока сократил расстояние между ними. Его фигура молниеносно выросла перед Алисой. За пару движений он прижал ее к столешнице. Алиса было дело метнулась в сторону, но он перекрыл ногой ей путь к отступлению, еще больше наклонившись к ней. Друг за спиной попытался перехватить револьвер с мраморной поверхности.

Вильцгейм опередил ее товарища, перехватив оружие раньше.

— Черт… — Рычание Друга пустило табун мурашек по телу, а Джонатан буквально прижался к Алисе, на ухо зашептав. Он почти касался губами ее ушной раковины, а его горячее дыхание плавило все вокруг.

— Предлагаю новую сделку, — сладкий аромат мяты и черной смородины вскружил пространство вокруг, или в том была виновата соленая и жгучая пелена слез — Алисе известно не было. — Этот револьвер твой. Посети со мной королевский пир в интернате и бал сезона листопадов. После я оплачу тебе билет в один северный конец.

— Ты сама поклялась на имени Дмитрию. Неужели ты запятнаешь свою честь таким громким обманом? — Осуждение Друга било наотмашь. — Ему на роду написано умереть. Лайла не сможет отстроить Притон Гончих, пока Джонатан дышит. Дмитрий заслужил возмездие.

— Да, — согласилась Алиса с обоими, уже начав работать над планом, как бы передать Джонатана Дмитрию так, чтобы первый остался на какое-то время жив.

11 глава. Пир на весь мир

Серые воспоминания о детстве в королевском интернате сплетались в несуразное, наспех сшитое одеяло, под которым возможность согреться представляется чем-то недостижимым. Холод. Мрак. Одиночество.

Единственный, помимо Друга, человек, что разбавлял траур пустых часов был Пит. Воспитательницы все время пытались развести прилежного воспитанника и главную оторву заведения по разным углам. Выходило паршиво.

— Твои пальцы, наверное, просто так не проколоть, да? — Алиса закинула парочку грецких орехов в рот и устроилась поудобнее на краю сцены актового зала для выступлений. Сбоку Алиса уже успела порвать юбку, когда перелазила через забор, сбегая со службы из храма. Колготки тоже были в плачевном состоянии, ибо ей пришлось пробираться через терновые кусты, дабы попасть к реке и вдохнуть пропитанную влагой свободу. Алиса свесила ноги со сцены, скинув новые лакированные туфельки, что успели стереть ступни в кровавые мозоли.

Алисе было четырнадцать, а Питу шестнадцать. И зависть оплетала Алису дикими лианами с колючками, ведь совсем скоро паренек будет свободен. В семнадцать лет ты мог выпорхнуть из интерната, шелестя перьями в небесной синеве. Алиса же не смогла вытерпеть и двух полных лет, спалив все мосты дотла.

— К чему такой вопрос? — Пит непонимающе хлопал ресницами, присев на один из стульев для зрителей. Юноша закинул ногу на ногу и начал перебирать струны на скрипке. Алиса непроизвольно скривилась, припомнив, как паренек объяснял, что эти самые струны должны быть сделаны из чистых овечьих кишок для чистого звучания, льющегося из самой души музыкального инструмента.

После того разговора Алиса больше не прикасалась к его белой скрипке.

— Спортивный интерес, — Алиса пожала плечами, продолжая уминать орешки.

— Струны очень жесткие. Ты помнишь, как я рассекла указательный палец. Думала, что шрам останется!

— … такими и голову можно отсечь. — Алиса подавилась орешком от комментария Друга и отложила кулек, скрученный из газеты на ковролин сцены.

— Неужели решила освоить музыкальные азы, Алиса? — Пит хитро прищурился, глянув на Алису исподлобья, словно она была восходящей звездой и готовилась показать опасный трюк на потеху публики или же исполнить душещипательную балладу. — Похвально.

— Иди ты! — Алиса надулась от непонятно откуда взявшегося стыда и кинула кулек в парня. Последние орехи покатились по полу в разные стороны, а газета так и не достигла своей цели. Алиса разочарованно опустила голову, уставившись на