И аз воздам - Ирина Чернова

— Слезет обязательно, — согласилась я, — если вообще не мыться!

— Ты что, из господ, что ли, — Дерн обернулся, рассмотрел меня и ткнул Вирата в бок, — это они горазды в бадьях мокнуть, чтоб от них пахло, как от цветка, а мы люди простые, нам это ни к чему.

— Простые, не простые, но если от вас за фарлонг несет потом и лошадьми, кому это понравится?

— Ну точно говорю, что из господ, — теперь уже в голосе Дрена слышалось презрение, — или при господах жила. Если потом пахнет, то отвернись и не нюхай, а еще лучше — возьми и постирай рубаху, раз уж ты прачка. Вот и ходи с ними в храм, — опять ткнул он в бок своего соседа, — а потом она всю душу вынет своим нытьем! Мыться заставит через день, сапоги будет за порог выставлять, как будто они от этого чище станут…

— Ага, — подхватил Вират, — нет, чтоб лишний раз тряпки из сапог постирать, так будет зудеть чтоб ноги мыл да еще холодной водой! А у меня от нее все чешется, если хочешь знать, — пожаловался он с детской обидой в голосе, — как в воду босиком вступлю, потом пятки хоть ножом скреби, до чего чесотка одолевает! — Полный презрения к таким требованиям, он шумно сморкнулся на ходу и вытер грязные пальцы о рубаху.

— Ноги это еще что, — Дрен почесал кудлатую голову здоровенной пятерней, — вот ведь незадача какая, уже отросли, — дернул он себя за патлы, — неужто на них надо еще мыло? Не-ет, вернусь в Скаггард, пусть стригут на палец, и мыть легко будет и чесаться удобно. Про что это я хотел… а, вот, других бабы еще и зубы заставляют чистить, представляешь?

— Вот дуры-то, — отозвался второй, — это чем я должен их чистить? Песком? Так при такой чистке я скоро беззубый останусь, ха-ха-ха! — громко заржал он своей шутке.

— Надо, чтоб и баба твоя не лезла в воду лишний раз, тогда потыкать тебя не будет, — назидательность Дрена вызвала у меня смешок, который мужики не услышали. — Рия, ты что, будешь тоже заставлять своего мужа каждый день чистить зубы и мыть ноги?

— И даже два раза, — ядовито откликнулась я, — утром и вечером! А с немытыми ногами дальше порога не пущу.

— Нет, ну ты слышал, ты слышал? — трагически возопил Вират, — это кто же такое придумал, два раза в день зубы чистить? Да ты в своем уме? Как любой нормальный мужик такое услышит, он сбежит от тебя, клянусь! Еще до храма сбежит, будь ты хоть с сундуком денег, где же это видано, чтобы каждый день еще и ноги мыть?

— И не только ноги, — меня пробирал смех, но молчать было просто невозможно, это ж какие тут поросята немытые, что они так от воды шарахаются! — И не только ноги, а и все остальное, что в штанах, причем холодной водой!

Оба мужика взвыли, не иначе, представив себе то, что их ждет в будущем и стали что-то доказывать друг другу, бурча и ругаясь, а я переключилась на рассматривание окрестностей.

Жара и мерно свистящий над головой ветер наверняка раздражали любого, кто был родом не из этих мест, но для меня это была возможность сменить однообразие жизни в Скаггарде и неприязни пока не вызывало ничего… разве что в иные моменты поднятая ветром пыль?

Протрясясь по улице, повозка повернула направо, оставив меня озираться на перекрестке в поисках забора из светло-желтого камня с красными столбиками по углам.

— Пройдешь во-он туда, — Дрен потряс запыленной головой и ткнул пальцем в направлении, куда летела пыль, подгоняемая ветром, — пару фарлонгов прочешешь, смотри по заборам красные углы да арку над воротами, это и будет дом Бехема. У нас свои дела, еще мешки грузить надо.

— Скоро не управимся, не жди, — Вират вытянул шею, рассматривая пыльную улицу, — пока сосчитаем, пока отдохнем… не бегом же назад мчаться по жаре?

— Как Верна будет к горам садиться, так и двинемся назад, — то, что оба мужика решили чем-то себя порадовать в деревне, было видно и без объяснений, уж больно часто они осматривались вокруг. — Тебе времени на все хватит… н-ну, — дернул вожжами Дрен и повозка скрылась в очередном клубе пыли, а я пошла в указанном направлении.

Заборы вдоль улиц не превышали моего роста и служили скорее защитой от песочных бурь, чем от чужих взглядов. Сами дома были сложены из крупных серовато-желтых глыб в один этаж, расползаясь больше в ширину, чем стремясь в высоту. Крыши с низкими скатами порой переходили и вовсе в плоскость, на края которой залезали местные растения, увивающие стены и подпорки, а небольшие окна добавляли убогости внешнему виду. На жаркой улице не было видно ни одной живой души, скорее всего народ попрятался в домах или под навесами от жгучего солнца. Ну вот и красноватые углы забора, даже арка ворот неожиданно изящно отделана этим же камнем с уже знакомой башенкой над входом! Если правда то, что рассказывают о Бехеме, то каменщиком здесь работал хороший мастер, выложить так красиво арку и углы забора не всякому дано.

— Ты кто? — на мой стук в приотворенную щель выглянула высохшая коричневая физиономия, повязанная застиранным платком. — За мылом, что ли? Ну проходи, хозяин как раз дома отдыхает… Хозяин! — Завопила женщина пронзительным голосом на весь двор, — к вам пришли!

— Пришли, так проводи ко мне, — отозвался из темного проема высокий мужской голос, — хотя нет, не надо, пусть у порога ждет, а то пыли натащит в дом, и так дышать нечем!

— Слышала? — служанка еще прислушалась, но больше никаких указаний от хозяина не было и она ткнула заскорузлым пальцем на каменную ступеньку под крошечным козырьком, — жди тут, как выйдет.

Ступенька была горячей и покрытой тонким слоем пыли, лежащей тут везде — на стенах, листьях немногочисленных растений, на убитой и высохшей земле. Большой квадратный двор был завален в двух углах каким-то хламом, а вдоль стены дома в сторону зеленых насаждений уводила тропинка, пробегающая мимо высокого каменного круга… да это же колодец, только ворота на нем нету, не иначе, хозяин экономит! За колодцем виднелся здоровенный круглый чан, наполовину вкопанный в землю — уж не туда ли несчастные служанки вытаскивают ведра с водой?

— Ты из Скаггарда? — располневший пузатый мужичок с редкими сальными волосенками, выползший из прохладного нутра дома, был почти вровень со мной ростом и его взгляд пробежался снизу доверху, завершившись скривившейся физиономией. — Новых, значит, прислали, — после осмотра интерес у хозяина пропал и он почесал живот, особо не стесняясь задирать при этом рубаху, — задаром и в долг я ничего не даю, — важно сообщил он, — пойдешь с Литой на новое поле, там будешь тойту собирать. Ли-ита! — Высокий голос резанул по ушам и во двор выскочила уже знакомая мне женщина в платке. — Где ползаешь вечно? Покажи… как там тебя… Корзину ей дай, пусть тойту собирает.