Как исправлять ошибки (СИ) - Алексей Веселов

Я с ужасом кинулся к потерпевшему. Лицо Шимшигала, как ни странно, не было завалено хламом и выражение по‑прежнему имело благодушное и вежливое. Похоже, он даже наслаждался происходящим.

– Вы в порядке, ректор? – спросил я, лихорадочно распихивая в узком пространстве прихожей полуистлевшее тряпье.

– Вы даже не представляете, насколько, маркиз! – радостно возгласил маг и закашлялся. Потом продолжил: – Я уже успел забыть о хомячьих привычках великомудрого Аля. Это, знаете ли, воскрешает воспоминания юности. Ностальгия‑с!

– А вы уверены, что не поранились? – я покосился на плотоядно торчащий из‑под тела зазубренный меч. – Я сейчас разбужу учителя, он поможет. Вы ведь, наверное, знаете, врачеватель он отменный.

– Что вы! Что вы, юноша! Не стоит беспокойства. Со мной действительно все в порядке. И потом, я ведь, собственно, не к нему. Я к вам пришел.

– Ко мне? – я так опешил, что перестал утрамбовывать по углам старые шубы.

– К вам, мой любезный маркиз! Разве не вы пережили вчера свой первый апгрейд?

– Э‑э‑э? – я невольно опустился на пятую точку (разумеется, попал не на что‑то мягкое, а на ощерившийся спицами зонтик, но даже не заметил). Ситуация не поддавалась объяснению. Прорыв, конечно, дело полезное и важное для мага, который его переживает, но что‑то я не слышал, чтобы Академия контролировала их все. А меня Шимшигал лично завернул, объяснив, что я бездарь. Так с какого перепугу он теперь сюда приперся?!

Наверное, все мое изумление было большими буквами написано на физиономии, поскольку великий волшебник тут же пустился в объяснения.

– Не подумайте ничего плохого, маркиз, я действительно был неправ, когда не разглядел ваш потенциал. Но когда вы стали учеником Аля, я невольно задумался. Ведь время исполнения пророчества как раз приблизилось. И теперь, когда вы однозначно доказали, что являетесь магом, сомнения в том, что речь в нем идет именно о вас, практически отпали. И конечно, с вашими данными вам не место в этой захолустной башне в учениках у…

Договорить он не смог. На этом интригующем месте откуда‑то из‑под драных мехов выкопался Сириус и запрыгнул магу на грудь. Познакомиться решил, что ли? В зубах кот бережно сжимал вполне живенькую и совершенно не напуганную мышь. Серая бестия потянулась мордочкой к лицу волшебника, пошевелила усами и, видимо, уловив запах дорогого парфюма, с отвращением фыркнула. В глазах ректора отразился неподдельный ужас, и через мгновение нас разметало в стороны звуковой волной панического визга.

Я успел порадоваться скромным размерам прихожей – все же недалеко лететь пришлось – и подивиться мощи ректорских легких, когда разъяренной фурией с лестницы скатился Аль. Одним пассом он послал по местам и подставку, и вешалку вместе с их содержимым, а заодно и подвесил в воздухе Шимшигала. Коварный меч, не сумевший за древностию лет порвать плотную ткань джинсов великого мага, оставил на них отвратительную ржавую полосу. Вешалка обиженно вздохнула и закуталась в ветхую мануфактуру. Даже моль испуганно шарахнулась по своим привычным норкам.

– Наверх! Работать! – заорал на меня учитель и указующе ткнул в сторону лестницы. Потом пальцем подцепил наконец‑то смолкшего Шимшигала за галстук и заставил его дрейфовать в сторону кухни. – Ты тоже! – прикрикнул он на попавшегося под ноги кота и добавил: – Бездельник! – после чего скрылся за дверью, бормоча себе под нос что‑то вроде: – Ходють тут всякие, ни поспать, ни поработать не дають!

Мы с Сириусом замерли пред захлопнувшейся дверью, переглянулись. Потом, не сговариваясь, прижались ушами к дубовой преграде. Ну, я‑то понятно, меня ректор своими разговорами о каком‑то таинственном пророчестве прочно подцепил на крючок любопытства. А вот коту что за дело? Но гонять клетчатого интригана я не стал. Как‑никак мы с ним сейчас были в одной лодке.

Особо прислушиваться не было нужды: за дверью орали.

– Ты бездарный плагиатор, Шимми! Интеллектуальный вор! Зажравшийся карьерист! Жалкий номенклатурщик! – ого, а я и не подозревал, что учитель такие слова знает! Я и сам‑то их через раз понимаю. – У тебя еще хватает наглости являться в мой дом! Покушаться на моего ученика!

– Аль, ты маразматик! – ну, с этим трудно не согласиться. – Ты загубишь талант, тобою же предсказанный!

– Это ты его в своих столицах загубишь! – все больше распалялся де Баранус.

– Лучше в столицах, чем в этой дыре! – гнул свою линию непрошеный гость.

– Ты убьешь в нем талант! Сделаешь его функционером от магии! Таким же лизоблюдом, как ты сам! – переход Аля на профессиональные оскорбления свидетельствовал о его крайнем раздражении.

– Он достигнет небывалых высот, а ты гнобишь его в захолустье! – послышался грохот бьющейся посуды.

– Я его учу магичить, а не задницы вышестоящим лизать! – мы с Творожком подскочили на месте: дверь от удара чем‑то тяжелым мелко задребезжала.

Дальнейшее разобрать было сложно: маги, перебивая друг друга, орали, доходя почти до ультразвука.

– А задницы лизать тоже уметь надо…

– Только таким, как ты…

– А у таких, как ты, ничего и нет, кроме скособоченной башни…

– А магу больше и не надо…

– А маркизу надо!

– Во‑о‑о‑он!!! – Аль заорал так, что нас с Сырком на несколько мгновений контузило. Увы, не вовремя. Что‑то очень важное в этом разговоре я все же упустил, потому что, когда мы снова вернулись к подслушиванию, беседа уже была тихой и, если не дружелюбной, то конструктивной. Хотя Шимшигал явно был чем‑то очень недоволен.

– Я не могу этого так оставить, Аль! Ты втянул парня в историю. Не просто парня, а наследника древнего рода. Да к тому же предсказанного величайшего мага!

Ух ты! Это я, что ли? Величайший маг? Ну ни фига себе! Творожок покосился на меня с явным уважением. Хотя, может быть, показалось.

– Я никуда его не втягивал, Шимми! – кипятился учитель. – Это его предсказание и его судьба! Он бы и так и так от нее не ушел!

– Он же у тебя недоучка, Аль! Я же тебя знаю! Из тебя любую информацию клещами тянуть нужно.

– Зато и цена ей больше! Что выучил – на века. А у тебя студенты не за знания, а за оценки учатся. И тоже, кстати, недоучками заканчивают.

– Ладно, теперь‑то что говорить, – обреченно вздохнул ректор. – На вот, отдай мальчику. Дальше уже само пойдет, как всегда.

– Штаны бы ему справил лучше, – проворчал старый звездочет, и я просто задохнулся от счастья.

– Да, чуть не забыл. Вот же! – я услышал шорох оберточной бумаги и с трудом заставил себя не вломиться в кухню немедленно.