Убийство в бухте ангелов - Ольга Коле

и все ее мечты, которые казались такими близкими, начинали рушиться. Все попытки быть милой, преданной и верной ни к чему не привели. Такое поведение скорее раздражало его, чем сближало с ней. А последние дни он как будто и вовсе ее сторонился. Может, он встретил тут кого-то? Чертов город! Здесь всегда слишком много хищниц, готовых вешаться на любого богатого мужчину. Сама Наоми не причисляла себя к этой категории, полагая, что уже перешла рубеж активного поиска. Теперь надо сберечь то, что она с таким трудом нашла и присвоила. «Надо действовать наверняка, —думала она. – Еще две недели назад можно было надеяться на случай, сейчас же придется все организовать самой». Она набрала номер.

– Мехмет, мне нужна твоя помощь. Я все щедро оплачу, но действовать нужно срочно. Я хочу стать твоей пациенткой и сделать все то, что ты сделал для Мадины пять лет назад. Можно я прилечу к тебе в клинику на этой неделе?

– Конечно, какие вопросы, Наоми-ханым! Буду ждать вас. Один вопрос, извините, пожалуйста: какой день цикла у вас сейчас?

– Мехмет, я обожаю тебя! Сразу к делу! – обрадовалась Наоми. – Восьмой. И да, мне нужно все сделать срочно.

«Теперь все будет хорошо», – подумала Наоми и снова набрала номер.

– Марат! Марат, любимый! Моя подруга позвонила только что и сказала, что умерла ее мама. Ты знаешь, она мне как сестра, я должна полететь к ней, ей нужна моя поддержка. Ты отпустишь меня на несколько дней?

«С радостью», – подумал Марат и постарался придать теплоты голосу:

– Конечно, детка. Делай что должна. Помощь нужна какая-то?

– Нет, спасибо, родной. Я хочу вылететь в Стамбул уже сегодня вечером. Соберу вещи – и в аэропорт. Не будешь скучать?

– Не буду, – пошутил Марат, но оба почувствовали, что в этой шутке слишком много правды.

– Хорошо, позвоню тебе из Стамбула. Я люблю тебя.

Наоми подождала, что Марат ответит ей тем же, но он не ответил, и она положила трубку.

«Потерпев однажды неудачу, мы боимся любви, – думала она. – Мы хотим себя защитить и начинаем требовать гарантии, хотя никаких гарантий быть не может. Тот, кто любит, становится беззащитным. Любовь – это бессилие. Но я не собираюсь быть беззащитной, я заберу то, что мне причитается, даже если забирать придется силой и хитростью».

Теперь вся надежда на доктора Мехмета. У него клиника ЭКО, и он один из лучших репродуктологов Турции. Но особенно широко он известен тем, что за некоторую сумму он с помощью гормональной терапии помогает максимально повысить вероятность забеременеть. Если же случай сложный или мужчина, от которого нужно родить, слишком стар или пользуется презервативом, то за определенную сумму доктор Мехмет предлагает другое решение. Он выдает такой пациентке специальный небольшой контейнер, содержащий консервирующий раствор и иммунологический материал. В этот контейнер следует положить презерватив с биоматериалом мужчины и в течение двадцати четырех часов привезти в клинику, где сделают то, что обычно делают в клиниках экстракорпорального оплодотворения. И женщина получит то, зачем пришла. Для кого-то такой ребенок становится предметом манипуляции мужчиной, для кого-то – возможностью получать алименты, а для кого-то – последней надеждой сохранить брак или отношения.

Глава 29

– Как там наша истеричная женщина? – спросил Николя подчиненного.

– Простите?

– Подруга убитой. Мадемуазель Дюпри.

– В камере. Все время стоит, даже не присела. С гордо поднятой головой.

– Ну пусть постоит. Экспертиза ножа пока не готова? Определили, чья кровь?

– Нет. Поль ворчит, что мы отрываем его от экспертизы тела убитой и заставляем заниматься ерундой.

– Да уж. Его отец работал быстрее.

– Десять тысяч часов практики, капитан, – улыбнулся Люк. – Скоро наш Поль тоже научится и станет светилом загробного мира.

– Люк, ты что, влюбился? Говоришь почти стихами.

– Простите, капитан. Хотел разрядить обстановку.

– Что со звонками убитой?

– К сожалению, немного. Она любила поболтать, только все контакты ничего не дают. Какие-то звонки были даже в Италию, но сложно отследить, кому именно. Номер предоплаченный. И еще один предоплаченный номер тоже последние две недели фигурирует часто, но по нему мы тоже не можем достать информацию.

– А хорошие новости будут?

– Да, капитан. Есть один интересный контакт. Она часто созванивалась с неким Венсаном Маршалем. Два-три раза в неделю и даже по ночам. Похоже, у них был роман. И, что интересно, этот человек входит в число уважаемых людей города. Он близок к мэру, регулярно спонсирует важные для города мероприятия. Например, на открытие памятника бедной пастушке на главной площади перед мэрией именно он выделил средства. Приезжал министр культуры в прошлом году, помните?

– Помню. Чем он занимается?

– У него инвестиционная компания, головной офис в Париже, отделения в Лионе и, кажется, в Лондоне. Да, точно в Лондоне, вот, смотрите.

– Во что они инвестируют?

– Проще сказать, во что они не инвестируют. Недвижимость, акции, предметы искусства, золото и здравоохранение. А еще у месье Маршаля есть небольшая ферма. Правда, она не приносит дохода. Видимо, для души.

– Любопытный набор. И что же наш уважаемый месье Венсан Маршаль делал рядом с такой веселой девушкой?

– Интересно еще то, что про него говорят. Вроде все легально, но ходят слухи, что он связан с какими-то группировками. Или когда-то был связан. Но ни одного подтверждения тому нет. Только слухи. Единственный человек, который однажды рассказал об этом, умер накануне дачи официальных показаний.

– Был убит?

– Нет, инфаркт.

– Очень удобно.

– Да. Но кроме того случая, никаких свидетельств против него или его возможно незаконной деятельности не было. Налоговые отчисления в полном порядке, в правонарушениях не замечен, полиция им не интересовалась. Но что еще интересно: вчера соседка убитой сообщила лейтенанту Жаклин, что видела у дома ярко-желтый спорткар. Точно такой же, как у месье Маршаля.

– Очень хорошо. Еще что-то есть?

– Остальное пока ищем. Скоро мы закончим проверять банковские счета убитой, и тогда будет больше информации. И еще наш медлительный патологоанатом Поль, хоть и ворчал больше обычного, но направил вам предварительный отчет на почту. Подробный он пришлет позже, когда снова приступит к работе после экспертизы ножа.

– Да уж, не быстро. Хорошо, Люк, работай. Я хочу найти больше информации, и тогда допросим нашего любимца мэрии.

– А подруга убитой? Пусть посидит?

– Пусть посидит.

Люк ушел, а Николя сел за свой стол и углубился в отчет патологоанатома.

Так, что здесь? Убита острым предметом, ножом. Глубокие раны в области сердца. Следов сопротивления нет, клеток эпителия под ногтями не обнаружено, следов насилия нет, следов изнасилования тоже. Рана в форме креста на плече оставлена после смерти. Предположительно тем