Загадочная хозяйка Ноттингема - Инна Дворцова

выёживается. Или, меня осеняет страшная догадка, здесь продажа жён идёт давно. Мамочка, во что я влипла.

— Всё продаётся, дело в цене, — шериф просто не понял, что я реально не продаюсь. — Назови свою цену.

Джон как-то странно посмотрел на меня. Неужели он заподозрил меня в сговоре с шерифом?

— Я не продаюсь, шериф, — как, мне кажется, независимо сказала я. — И это не мой муж, а брат.

— Тогда чего упрямишься? — недоумевает шериф.

— Моя сестра не продаётся, я неясно выразился, — рявкнул Джон и атмосфера мгновенно накалилась.

Баллада двадцать первая о том, как я оказалась между двух огней

Между мужчинами так искрит, что в пору вызывать пожарную команду, чтобы не спалили город. Жители же не виноваты, что их сюзерен зациклился на рыжеволосой бестии, то есть мне.

Шериф разозлился на Джона не на шутку, это заметно по ходящим на его лице желвакам. Джон же просто в ярости. Так и до беды не далеко.

Да и я, честно говоря, не поняла поступка шерифа. Что за пижонское швыряние деньгами? И так ясно, что он богат и крут. Причём крутизна не связана с богатством. Он был бы крут даже если был бы простым воином.

Гай Гинсборн одного поля ягоды с Джоном и Робином. У них такой характер, что люди сами выбирают их лидерами. С ними спокойно. Они всё решат и всё разрулят.

И вот теперь два классических представителя властных мужиков сцепились из-за девушки. Мне, не спорю, приятно, но и страшно одновременно. Я же симпатизирую им всем.

И не потому, что я такая ветренная и хочу завлечь всех мужиков, попавших в моё поле зрения. А потому, что в моей прошлой жизни не встречались такие. Не повезло. В нашем мире развивающихся технологий альфа-самцовость выдавливается из мужчин вместе с очередным мальчиком, воспитывающимся женщиной.

Разворчалась, как старуха. Вспомнила молодость, точнее старость. Я хочу насладиться подвернувшейся возможностью по полной программе. Если меня вернут обратно будет что вспомнить долгими вечерами.

Эгоистично? Ну и пусть! В кои-то веки я позволяю себе жить на полную катушку. Проще говоря, у меня сорвало стоп-кран, и я несусь на полной скорости по этой жизни. И намерена взять от этой жизни всё, что она мне предлагает.

Я даже зажмурилась в предвкушении. В мои мечты нагло вползли искрящиеся от ярости лица Джона и шерифа.

В мои планы не входит, чтобы эти двое поубивали друг друга. Шериф мне нужен, а Джон хороший друг.

Я с завидной регулярностью попадаю в, казалось бы, безвыходные ситуации. И это мне нравится. Похоже я адреналиновая наркоманка. Живу ради ярких эмоций и острых ощущений.

Вот так и раскрылась моя истинная суть.

Что же делать? Как отвлечь их от друг от друга?

Проворачивать второй раз трюк с поцелуем мне не хочется. Вру! Нагло лгу самой себе! Очень хочется, но… желательно чтобы Джона не было рядом.

При нём я стесняюсь. Бог мой, я действительно стесняюсь. Я думала, что уже пережила этот атавизм, как стыд. Но поди ж ты, остался.

— Господин шериф, — услышала я подозрительно знакомый голос. — Господин шериф!

По узенькой улице, задыхаясь от лишнего веса, к Гаю Гисборну спешил брат Тук, благослови его небеса. Я выдохнула. Вряд ли он меня узнает, но благодаря монаху мы получили шанс на спасение.

Шериф отвернулся к брату Туку, а я юркнула за могущую спину Джона.

— Как только я скажу «давай», не задавая лишних вопросов беги за мной, — шепнул мне Джон.

Я кивнула, словно он мог меня увидеть. Переложив ответственность за своё спасение на Джона, я принялась разглядывать девушку, которая ехала вместе с шерифом.

Даже верхом она кажется не высокой. Тёмные, слегка вьющиеся волосы, убраны под жемчужную сетку. Отдельные непослушные пряди вырвались на свободу от быстрой езды.

Умные карие глаза, белая кожа и алые пухленькие губки сделали её похожей на Белоснежку из сказки. Маленькие аккуратные ушки с небольшими серёжками. На руках несколько перстней.

Платье насыщенного синего цвета из дорогой ткани, расшитое замысловатыми золотыми узорами по канве юбки. Лиф стянут позолоченной юбкой. Туфли такого же цвета, как и платье. Голубой плащ закреплён фибулой с ярким синим камнем. Сапфиром похоже. Я да кроме сапфира и не знаю больше синих камней.

Стильная до невозможности, красивая девушка. Она очень похожа на шерифа. Если добавить к красоте ещё и богатство, то понятно почему Алан Э-Дейл оплакивал потерю такой завидной невесты.

Она во все глаза смотрела на Джона, а он делала вид, что не знает её. Я выглянула из-за его спины и подмигнула ей. Девушка опешила.

— Это и есть твоя Сесиль? — Тихонько спросила я его.

Джон лишь кивнул в ответ.

— Хорошенькая, — сказала я.

Джон резко повернулся и оскорблённо произнёс:

— Красавица!

— Кто бы спорил, — отшутилась я.

Девушка и правда красавица. Джону повезло, если такая девушка обратила на него внимание.

— Чего тебе надо, монах? — Любезно спросил брата Тука шериф.

— Сын мой, мне необходим отдых, — смиренно попросил монах приюта.

— Конечно святой отец. Замок большой всем места хватит. — Шериф говорил это монаху, но смотрел при этом на нас. — Завтра у нас свадьба. Леди Сесиль выходит замуж.

Девушка склонила голову перед божьим слугой. Вид совсем не расстроенный. Она бросила быстрый взгляд на помрачневшего Джона.

— А жених кто? Не ты ли сын мой? — полюбопытствовал монах, спасая нас от поиска источника информации.

— Нет, отец мой, не я, — ответил монаху Гай Гинсборн, а сам в это время поглядывал на меня.

Я фыркнула и отвернулась, в глубине души очень довольная ответом шерифом.

— Беги, Эмма, — рявкнул Джон и мы, сорвавшись с места, рванули в противоположную сторону от кавалькады шерифа.

Узкая улочка не позволила броситься им в погоню верхом, а бегуны из солдат шерифа плохие.

Мы с лёгкостью оторвались от погони. Прислонились к стене дома, чтобы отдышаться и я спросила Джона:

— И что теперь?

Баллада двадцать вторая о том, как брат Тук выполнял поручение

На мой вопрос Маленький Джон пожал плечами:

— К Робину, наверно. А ты куда хотела?

Я прикинула, стоит ли сейчас идти смотреть помещения под таверну или в другой раз. Честно говоря, я уже изнемогала от желания обзавестись своим домом. А