Аметистовая надежда - Вероника Азара

Присутствовавшие старательно отводили глаза от этих кресел, сообщавших печальную истину - народ вымирает. Какое кресло опустеет следующим? Об этом старались не задумываться те, чьи Семьи были ещё полны, а вот те, чьи Семьи уменьшились критически... - Наши потери за прошедший год? - задал вопрос мужчина с пурпурными волосами в таком же наряде. - Пятнадцать, - ответил, как отрубил сидевший неподалёку мужчина с тяжёлыми серыми прядями, достигавшими плеч, что на фоне коротко стриженных остальных мужчин смотрелось необычно. - Детей? - Выжил только один. По залу прокатился ропот. - Что решим? - А что решать, - включилась в разговор женщина, казавшаяся сделанной изо льда из-за белоснежных волос и ослепительно белого наряда. - Нам придётся опять идти к людям. - Других вариантов нет, - поддержал мужчина в бордовом. - Что в этот раз с цветением лироса? - Цветение было обильным. Набрали с запасом, так что успокоительное будет качественным. Можно надеяться на приплод. Мужчина в чёрном отвечал, вертя в руках браслет с золотистым камнем. - Если хотите, можно связаться с алтеном. - Давай, - мужчина в пурпуре нервно постучал по подлокотнику. Золотой камень на браслете засиял звёздочкой, и в зале раздался низкий недовольный голос. - Что?! - Отвлекись, - мужчина в чёрном никак не отреагировал на недовольство собеседника. - Нам надо точно знать - когда отправляться за далитанни. - Хоть завтра, - раздалось недовольное, вызвав смешки у присутствующих. - У меня всё готово. Успокаивающего зелья заготовлено достаточно. И экспериментальное зелье, к моменту, когда привезут далитанни, будет закончено. Я достал все нужные ингредиенты. - Отлично, - подал голос мужчина в синем, - посланцы готовы? К кому на этот раз отправимся? - В Кантианте, насколько я знаю, проблемы. У них назревает война с соседями. Можно отправиться туда, - рассматривая ногти, бросила женщина в голубом. - Оттуда мы не брали далитанни три периода Злой Луны. И там, кстати, много рождённых в последнюю ночь Злой Луны. По залу прокатился согласный гул. Мужчина в пурпуре поднялся. - Надеюсь, семьи, готовые принять далитанни, отобраны у всех? Сколько в этот раз нам потребуется? Сидевшие в креслах начали по очереди поднимать руки и сообщать количество. Мужчина в пурпуре внимательно записывал. После сообщения последнего главы Семьи, просмотрел список. - В этот раз получается восемьдесят... В зале опять прозвучал ворчливый голос: - С каждым разом материал всё хуже. Детей рождается всё меньше. Придётся увеличить количество далитанни, вам этого не избежать. - Зелья хватит? - Я же сказал - да! - отрезал невидимый собеседник. - Предвидел такой ход событий. Людям придётся смириться. На худой конец обратимся к другим правителям, - язвительности в голосе хватило бы на десятерых. - Ладно, заседайте там, у меня времени нет. Хочу закончить экспериментальное зелье! Камень померк, приобретя свой обычный золотистый цвет. - И как ты с ним дело имеешь? - насмешливо обратилась к мужчине в чёрном высокая леди в зелёном. - Привык, - усмехнулся тот. - Не первый век знакомы. По залу прокатилась волна смешков, но председательствовавший мужчина в пурпуре слегка постучал по подлокотнику кресла. Смешки быстро стихли. - Итак, решено. В этот раз возьмём далитанни с запасом - сотню. Он окинул взглядом присутствующих. Каждый в знак согласия приложил правую руку к груди. - Хорошо. Вопрос второй - что с поисками храма?..

Глава 1

Кантиант. Королевский дворец

Стоя у окна башни устремляю взгляд в небо.

Сегодня гроза идёт за грозой, грохочет гром и по стеклу стекают капли, похожие на слёзы, которыми плачет моё сердце. С каждой молнией сердце обрывается и так хочется, чтобы оно, наконец, остановилось... Пусть бы прекратилась боль, разрывающая его...

Среди туч, озаряемые вспышками мелькают чёрные тени. Они скользят между ветвистыми молниями, иногда принимая огонь на грудь и озаряясь ярким сиянием. Драконы, настоящие драконы. Интересно, что они делают в наших краях?

Мне бы туда, под эти вспышки, выжечь чувство, которое сегодня жестоко разбили и теперь осколки режут душу на маленькие кусочки. И никому нет дела до кровавых слёз, которыми сейчас истекает глупое сердце, посмевшее понадеяться на счастье, на любовь...

Этажом ниже звучит музыка, доносится смех и отзвуки разговоров. Там, этажом ниже, праздник. Праздник, покончивший с моей надеждой на счастье...

- Леди Олина, почему вы не в зале?! Ваше поведение возмутительно. Её высочество искала вас и мне пришлось взбираться по этой ужасной крутой лестнице!

Голос, раздавшийся позади, вонзается в голову до острой боли. Мне не надо даже оглядываться и смотреть кто там. Пышная леди, присланная её высочеством, действительно возмущена моим поведением. А мне всё равно! Пусть скажет спасибо - я не поднялась на крышу башни и не стою сейчас под самым дождём. Моя гордость и сердце плачут, но на глазах не будет ни единой слезы. Отплакала своё, хватит!

Медленно поворачиваюсь к главной фрейлине её высочества. Похоже, и правда, принцесса недовольна. Одна из её игрушек нарушила правила игры. Я давно уже не нарушаю правил... Научилась за прошедшие бесконечно долгие годы.

Вот и теперь складываю губы в улыбке и слегка приседаю перед важной дамой в роскошном наряде:

- Простите, такая красивая гроза. Засмотрелась.

- Ну, хорошо, - снисходительно покачала головой леди Несто, - пойдёмте в зал. Её высочество, надеюсь, простит отлучку. Кстати, вас искали, чтобы сообщить о приезде родных!

Всё в груди сжимает ледяная рука.

Мало было той боли, что ношу в сердце с утра, узнав - мой возлюбленный не просто променял на другую, но и опорочил моё имя? За какую вину боги так разгневались на меня? Зачем вдруг родные вспомнили обо мне?

Но раздумывать некогда, подобрав подол скромного бального наряда, начинаю спускаться по крутой лестнице, выслушивая пыхтение тучной леди Несто, едва умещающейся на ступенях. Похоже, её высочество недовольна не только мной, но и леди в чём-то провинилась, раз именно её, отличающуюся дородностью, отправили на поиски. Уверена, принцесса не сомневалась, где я нахожусь. Башня всегда была любимым местом, где я пряталась от бед сначала маленькой девочки, лишённой близких и родных, потом юной девушки, переживавшей все обиды наедине