Дороги Нестора Махно - Виктор Белаш

С главной Перекопской линии (Турецкого вала) обороны открывался вид вперед на 7–10 километров. Это расстояние держалось под непрерывным артиллерийским обстрелом как с суши, так и с моря, со стороны Каркинитского залива. Врангель стянул к перешейкам тяжелую артиллерию, снятую с Севастопольской крепости и с береговых фортов. Здесь было установлено более 70 орудий и около 150 пулеметов.

В области обеспечения тяжелой артиллерией укрепления перешейков достигали совершенства. Весь перешеек был насыщен артиллерией на специальных бетонированных площадках. К расположениям отдельных батарей были проведены железнодорожные ветки, по которым подвозились снаряды и продовольствие, в нужных случаях подвозились подкрепления и т. д. Около батарей строились целые крепости с усовершенствованными подземными жилищами. Вдоль всей линии обороны были устроены наблюдательные пункты.

К тому же за перешейки отошли войска со своей техникой, артиллерией, бронемашинами, бронепоездами, самолетами. Это обстоятельство значительно усилило и так уже мощную технику обороны.

Помимо всего этого, Врангель располагал всем Черноморским флотом, а оборона Перекопского перешейка была глубоко эшелонированная, вплоть до г. Ишунь (Юшунь).

Севернее Турецкого вала на сотню верст лежала безлесая равнина, лишь местами пересекаемая неглубокими балками, ярко выраженного степного характера, изредка встречались села и хутора. Южнее г. Армянска район покрыт многочисленными большими и малыми солеными озерами.

Второй преградой являлись Чонгарские укрепления, находящиеся в районе ст. Чонгар, которые имели три линии укреплений, покрытые каждая 2–3 рядами проволочных заграждений. Далее к югу Сивашские позиции, состоявшие из пяти рядов окопов, прикрытых всюду проволочными заграждениями. Замыкающим звеном этой группы укреплений являлись Таганашские укрепленные позиции, с проволочными заграждениями в несколько рядов перед каждой линией.

Весь этот район был оснащен тяжелой артиллерией вплоть до 12-ти дюймовых орудий, имелись зенитные батареи. Весь район был подкреплен курсировавшими бронепоездами. Чонгарский укрепрайон насчитывал 15 отдельных линий обороны.

Третьим укрепленным перешейком являлись позиции на Арабатской Стрелке.

Это узкая полоса земли, шириной от 270 метров до 5 километров, протяженностью до 112 километров, находящаяся между Сивашем и Азовским морем.

На Стрелке были построены четыре укрепленные позиции, также прикрытые проволочными заграждениями. Кроме береговой артиллерии, арабатские позиции поддерживались огнем судовой артиллерии со стороны Азовского моря.

Кроме географического, за Врангелем было преимущество и техническое.

Взять с фронта Перекоп, не имея дальнобойных, крупного калибра орудий, способных заставить замолкнуть батареи неприятеля с кораблей и перешейка, было невозможно никакими силами. Но красное командование не пожелало тратить время на подвоз таких орудий и решило штурмовать Турецкий вал с фронта, а вспомогательный удар нанести через Сиваш на Литовский полуостров Крыма, в тыл Турецкого вала, то есть в точности повторить операцию взятия Турецкого вала с форсированием Сиваша и выходом на Литовский полуостров, проведенную 2-й бригадой Заднепровской дивизии в ночь с первого на второе апреля 1919 г.

Командующий фронтом т. Фрунзе сообщал Главкому: «Махновцы к вечеру 2 (ноября) выступили на Ново-Троицкое из Петровского с целью форсировать Сиваш...»[996].

В оперсводке командования 1-й Конной армии от 4 ноября говорилось: «Армия Махно с 7-й кавдивизией (1 500 сабель. — А. Б.) предполагает в самое ближайшее время сгруппироваться (в) Ново-Покровка – Николаевка, форсировать Сиваш и зайти в тыл противнику. Погода морозная, дороги хорошие...»[997].

5-го ноября в приказе командования Южного фронта говорилось:

«...Армиям фронта ставлю задачу: по Крымским перешейкам немедленно ворваться в Крым и энергичным наступлением на юг овладеть всем полуостровом, уничтожив последнее убежище контрреволюции.

Во исполнение чего приказываю:

1. Командарм 6-й — (в) оперативное подчинение которого с получением сего передаю Повстанческую Армию Махно, переправившись не позднее 8 ноября на участке Владимировка – Сторгановка – М. Кугаран, ударить в тыл перекопским позициям, одновременно атаковав их с фронта, и не позднее 10. XI главными силами выйти на линию Копкары – Джелишай – Яланташ. Атаку производить решительно, сосредоточив для удара крупные силы. Иметь дальнейшей задачей решительное наступление на Евпаторию – Симферополь – Севастополь. Повстанческую армию Махно немедленно по получении приказа, переправив на участке М. Курган – Кат, бросить в тыл перекопским укреплениям в общем направлении на Дюрмен (на тракте Перекоп – Симферополь). Оказать необходимое содействие (в) снабжении означенной армии патронами и средствами связи...»[998].

Этот приказ практически был трудно выполним, так как броды еще не были найдены, в Сиваше 5-го ноября стоял высокий уровень воды, которую пригнал восточный ветер.

Переправа Повстанческой Армии на укрепленный берег Литовского полуострова должна была производиться без какой-либо помощи других воинских частей и артподготовки.

Следом должна была переправиться 45-я бригада 15-й дивизии для закрепления за собой Литовского полуострова.

Выполняя приказ, повстанцы-махновцы, разведя ориентирные костры на побережье, в 22 часа 5-го ноября у с. Строгановки вошли в воды Сиваша. Но, пройдя по броду полдороги по вязкому, проваливающемуся дну с лошадьми и тачанками они повернули назад из-за высокой воды. Группа вернулась на старое место сосредоточения в ее. Ново-Николаевку и Ново-Покровку. Начало наступления было отложено[999].

Сиваш 5-го ноября для войск был непроходим.

Но, к счастью наступающих, вскоре ветер изменил направление и подул сильный северо-западный, который погнал воду из Сиваша и уже после этого «...ночью, 6-го ноября, саперы с помощью населения близлежащих сел прокладывали специальные дороги из соломы, хвороста, старых досок, бревен и других материалов...»[1000].

В этот же день Фрунзе телеграфировал В. И. Ленину:

«6 ноября 1920 г., ст. Рыково.

Сегодня прибыли со Смилгой на ст. Рыкове, где находится командарм 4. Производится энергичная работа по подготовке форсирования перешейков. Общее впечатление от посещения 13 и 4 армий таково, что при всей значительности поражения, понесенного противником, большая часть его конницы и известная часть пехоты в лице основных дивизий успели спастись частью через Чонгарский полуостров и частью через Арабатскую Стрелку, где по непростительной небрежности конницы Буденного не был взорван мост через Генический пролив.

В настоящее время производится энергичная работа по подготовке форсирования перешейков. Работы в страшной степени тормозятся полной оторванностью тылов, отсутствием не только танков, но даже тяжелой артиллерии дивизий, далеко отставшей позади, затянувшимся ремонтом железнодорожных мостов, отсутствием топлива, недостатком продовольствия для передовых частей. Условия работы при таких обстоятельствах неимоверно тяжелы.

Ввиду изложенного, а также ожидаемого прибытия флота, без которого немыслимо развитие операции нашего левого фланга, приходится несколько медлить с началом операции. Сейчас едем в штаб 1, 2 и 6 (армий) для ознакомления с условиями в районах расположения их частей. Окончательно время операции будет установлено на днях...»[1001].

И только в третью годовщину Октября «утром 8. XI части 154-й бригады 52-й дивизии форсировали Сиваш и вышли на Литовский полуостров, что восточнее Армянского Базара...»[1002].

Следом переправились части 15-й и 52-й дивизий.

Тогда же 8 ноября белые бросили в контратаку против переправившихся лучшую свою дивизию — дроздовскую, усиленную отрядом бронемашин, и потеснили наступающие части 15-й и 52-й дивизий обратно нд Литовский полуостров.

Врангель понял, что судьба его решается не на Перекопе, а на Литовском полуострове. И начал снимать войска с других позиций и бросать в бой на полуостров.

Жестокий бой продолжался больше суток. Красные бойцы не имели пресной воды, пищи, кончались боеприпасы. Обстановка усложнялась еще и тем, что ветер изменил направление и вода в Сиваше начала прибывать, угрожая затопить переправы и отрезать 15-ю и 52-ю дивизии, понесшие и без того громадные потери.

О том, что происходило на валу, рассказывал комдив 51-й дивизии В. К. Блюхер: «...Под Турецким валом на артиллерийских позициях царило молчание. Густой туман покрыл Турецкий вал. Напряжение нарастало. С Литовского полуострова непрерывные запросы: “В чем дело?”

С Турецкого вала белые нас засыпали огнем. Семикилометровое пространство и на валу превратилось в сплошное море воронок. Около 12 часов полки ударной и 152 бригад с 453-м полком ринулись на штурм... Неся огромные потери, они все ближе и ближе подходили к Турецкому валу.