Архангельские былины и исторические песни, собранные А. Д. Григорьевым. Том 3 - Александр Дмитриевич Григорьев

class="v">«Да уш ты ой еси, В(ладимер) ст(ольнекиефской)!

Я веть знаю тебе веть богосужену

А душу-ту красную-ту-девицу:

70. А станом она статна и ростом высока,

А веть личико у ей — да бутто белой снек<г>,

А веть ясныя очи — как у сокола,

Ейны брови черныя — как у соболя

А походочька у ей была павлиная,

75. Ейна тихая речь — да лебединая;

За тема веть морями-то за синима,

За тема за горами за высокима

У того же царя да Золотой Орды,

79. З(олотой Орды) у В... Арх...»

Защелья

Заще́лья — на правом берегу реки Мезени, на две версты ниже Юромы по течению реки; в самой-деревне я не был.

Федькушов Афанасий Михайлович

Афанасий Михайлович Федькушо́в — крестьянин дер. Защельи Юромской волости, 40 лет. Он женат и имеет трех сыновей и дочь. По ремеслу он плотник; в бытность мою в Юроме он со своим братом Василием набирал потолок в строившейся школе. Благодаря содействию тамошнего священника он пропел мне хорошую старину: «Осада Пскова королем (польским при Иване IV)», известную до сих пор в одном плохом варианте. Среди старины ему стал подтягивать и брат. Оба они пропели ее потом в фонограф.

399. Осада Пскова королем (польским при Иване IV)

(См. напев № 52)

Вот копил-то, копил да король силушку,

Да он копил-то, собака, двенаццэть лет.

И накоплёфши он силушки — сметы нет

(Много: сметы нет! Сорок тысеч полкоф!) —

5. И накоплёфши он сорок тысеч полкоф,

Сорок тысеч полкоф накоплёфши он силушки — на Русь пошол,

Дак он на Русь пошол — дак на три города,

И на три города на три стольния:

Он на первый на город — на По́лоцкий,

10. И на фторый он город и на Велики Луки

И он на третьей город — на Опскоф град.

И он Полоцкий город мимоходом взял,

И он Велики Луки насквось прошол.

И подходил он ко городу О́пскову,

15. И становилса он, собака, на зелены луга —

И на зелены луга государевы.

И он садилса собака во золот стул,

И он сцитал свою силушку по три дни —

Да и по три дни, по чотыре же:

20. «Да и много-ле у мня силушки убыло?

Да и много-ле у мня силушки прибыло?

У мня убыло силушки сорок сот,

Да и прыбыло у мня силушки сорок полкоф!»

И посылал он собака слугу вернаго,

25. И посылал он, с им крепко наказывал:

«Ты возьми своего коня-бахмута*;

И ты въежджай, слуга, во город — не спрашывай,

И ко дворцу приежджай — не докладывай,

И заходи во полаты — не бей цэлом,

30. И ты клади ерлаки на дубовы столы!»

За столами сидит воевода царев

Тут Шуйский-княсь, Иван Петрович.

«И ты оддай нам город без бою, без драки великия,

И без того уголовьица смёртного!»

35. Отвечал ему Шуйский-княсь, Петровичь:

Не оддам я города бе́з бою

И без бою я, без драки великия

И бес того уголовьица смёртного!»

И как со вечора ратны причащалисе,

40. И со полуночи ружья чыстили.

И как ко бе́лой зори ку́ры пропе́ли, —

И да не тучя с тучей сходилисе,

Да не зоря с зорей сомыкаласе:

И соходилисе два войска великия.

45. Тут и ездили удалы да добры молоццы.

Шуйский-князь, Иван Петро́вичь.

И как побили фсю силу королефскую

И фсех ратницькоф-улатницькоф.

И оставалсэ тольки один король

50. (Да и тот одва насилу бегом убежал!) —

И бежучи он, собака, заклинаицсэ:

«И не дай, Боже, мне боле во Руси бывать!

И не детям-ле моим и не внучятам,

54. И не внучятам и не правнучятам!..»

Федькушов Василий Михайлович

Василий Михайлович Федькушо́в, брат Афанасия, — крестьянин дер. Защельской Юромской волости, 37 лет. Он женат на дочери Асафа́ из Кесломы, который знает старину про Михайла Козарина. Он грамотен, по ремеслу плотник. Он пропел мне короткую старину «Илья Муромец освобождает девицу от татарского плена» (Михайло Козарин).

400. Илья Муромец освобождает девицу от татарского плена (Михайло Козарин)

А как поехал стар казак Илья Муромец;

А он поехал во чисто полё,

Во чисто полё к трём неверным богатырям

А к трём богатырям, к трём тотарынам.

5. А они дел делят, казну Микольскую:

А на перв-от пай они кладут чистое серебро,

А на друг-от пай они кладут красное золото,

А на треть-ёт пай кладут красну девицу

Красну девицю полоненную.

10. А как перво-от тотарин девицу утешал:

«А ты не плачь, не плачь, красная девица:

А когда ты на мой пай-де досталасе,

Я у тя сниму буйну голову!»

А как фтор-от тотарин девицю утешал:

15. «А ты не плачь, не рыдай, красная девица:

А когда ты на мой пай мне досталасе,

А я срублю твою головушку по твоим плечам!»

А как треть-ёт тотарин девицю утешал:

«А ты не плачь, не горюй, красная девица:

20. А когда ты на мой пай да досталасе,

А я тебя спущу на свою волю

А на свою волю, к оццю, к матери!»

А розгорелось ретиво серцо у стара казака

А у стара казака Ильи Муромца:

25. А он схватил первого-то тотарина —

А он бросил его о землю до смерти;

А ухватил он фторого-то тотарина —

Он бросил же его о землю до смерти.

А он взял красную девицу полонённую,

30. А посадил он её на своя добра коня —

А и повёс он её да во свою землю,

А и спустил ей на свою волю,

33. На свою волю, к оццу, к матери.