Тень и пламя - Рина Рофи

была неловкой. Наши шаги отдавались эхом от каменных стен, сливаясь в один ритм. Мы не разговаривали. Не было нужды в словах. Иногда его плечо слегка касалось моего, и это прикосновение было уже не угрозой, а просто... фактом. Мы были здесь. Вместе.

Мы шли несколько минут в молчании, и оно было удивительно комфортным. Но невысказанное висело между нами, и его нужно было отпустить.

Я остановилась, глядя прямо перед собой на убегающую в темноту линию коридора.

— Больше не шли мне таких фото, пожалуйста.

Он тоже остановился, повернувшись ко мне. В его взгляде не было ни удивления, ни протеста.

— Не понравилось? — спросил он просто, без привычной ухмылки.

— Не в этом дело, — я покачала головой, подбирая слова. — Это... слишком просто. Слишком дешево. Как будто ты хочешь добиться моей реакции любым путем, даже самым примитивным. А я... — я посмотрела на него, — я не хочу быть той, на кого это действует.

Он внимательно слушал, его лицо было серьезным.

— Понял, — он кивнул. — Больше не будет.

Его простой, без возражений, ответ был полной неожиданностью. Ни оправданий, ни шуток. Просто... принятие.

— Спасибо, — тихо сказала я.

Мы прошли еще несколько шагов в задумчивом молчании, которое он на этот раз нарушил первым. Его голос прозвучал тихо, но в нем слышалась легкая, неуверенная нотка, несвойственная ему.

— И ты... — он сделал небольшую паузу, — тоже таких фото не шли больше, хорошо?

Я посмотрела на него, удивленная. В его тоне не было приказа или насмешки. Это была просьба. Почти... уязвимость.

— А что? — не удержалась я от легкой улыбки. — Не понравилось?

Он хмыкнул, но это был сдержанный, короткий звук.

— Нет. Просто... твое фото опасное. Оно засело в голове и не выходит. Мешает спать. А завтра практикум по трансформации, нужна концентрация.

Его признание, такое неожиданно прямое, заставило меня замереть на секунду. Он не просто отреагировал на импульс. Ондумалоб этом. Днем, ночью. И это... это было гораздо значительнее, чем любая его предыдущая наглость.

— Ладно, — согласилась я, и мой голос прозвучал мягче, чем я планировала. — Не буду. Договорились.

Мы дошли до развилки коридоров, где наши пути должны были разойтись. Он остановился и посмотрел на меня, и в его взгляде снова появилось что-то знакомое — вызов, но на этот раз приглушенный, более осознанный.

— Спокойной ночи, Лиля.

— Спокойной ночи, Рей.

Я развернулась, чтобы уйти, все еще ощущая странное, теплое спокойствие после нашего разговора. Но не успела я сделать и двух шагов, как услышала его быстрые шаги сзади. Он нагнал меня, легко, почти беззвучно. И прежде чем я успела среагировать, он наклонился и быстрым, легким движением чмокнул меня в щеку.

Прикосновение его губ к моей коже было стремительным, как вспышка, но оно словно обожгло меня. Я застыла на месте, не в силах пошевелиться.

— Ну а теперь... спокойной ночи, Лиля, — прошептал он, и его голос прозвучал прямо у моего уха, низкий и полный той самой, знакомой, наглой нежности.

Прежде чем я нашла в себе силы что-то сказать или сделать, он уже исчез в темноте коридора, оставив меня одну с бешено колотящимся сердцем и щекой, что пылала, как раскаленное железо. Я медленно подняла руку и прикоснулась к тому месту, которое он поцеловал.

«Спокойной ночи»? Какое уж тут спокойствие. Эта ночь обещала быть долгой и бессонной. И самой тревожной мыслью было то, что часть меня... не хотела, чтобы она заканчивалась. Я не помню, как добралась до своей комнаты. В ушах стучал барабанной дробью не его смех, а бешеный ритм моего собственного сердца. Воздух, казалось, все еще вибрировал от того быстрого, легкого прикосновения его губ к щеке.

Дверь захлопнулась за мной, и я прислонилась к ней, пытаясь отдышаться. Ладонь сама потянулась к щеке — кожа под пальцами горела, словно его поцелуй оставил незримый, пылающий след.

«Это плохо. Это очень, очень плохо», — пронеслось в голове, но тело отказывалось верить в эту логику. Оно все еще трепетало от странной, пьянящей смеси ярости, растерянности и... предвкушения.

Я подошла к тумбочке и с дрожащими пальцами открыла серебряный кулон. Запах полыни и чертополоха, некогда такой сильный и успокаивающий, теперь казался слабым, почти призрачным. Травы внутри поблекли, их защитная сила явно иссякла под напором сегодняшних событий.

«Надо срочно обновить траву в кулоне...»— это была единственная ясная мысль в хаосе. Это не было паникой. Это был холодный, трезвый анализ. Моя защита ослабла. Стены дали трещину. И враг, умный, настойчивый и чертовски притягательный, уже стоял у ворот. Я сжала кулон в ладони, чувствуя, как прохладный металл впивается в кожу. Завтра. Завтра я найду нужные травы. Я восстановлю свой щит. Я должна была это сделать.

Глава 6. Стена пала

Следующий день встретил меня ярким солнцем и необходимостью действовать. Первая пара — физра. В раздевалке я быстро переоделась в стандартную форму: удобные юбку-шорты, просторную футболку и гетры. Натянув кроссовки, я почувствовала легкий толчок к нормальности. Спорт — это правила, это движение, это простота.

Мы вышли к стадиону, расположенному в глубине академического леса. Воздух был свежым, пахло хвоей и влажной землей. Мальчишки тут же ринулись на поле для футбола, а наша группа девочек направилась к гимнастическим снарядам.

Я только начала разминаться, как почувствовала знакомое присутствие. Ко мне подошел Марк, его лицо все еще было омрачено легкой подозрительностью.

— Ты как, Лиль? — спросил он, опуская голос. — Вчера ты выглядела... не в себе.

— Все в порядке, — улыбнулась я, стараясь, чтобы улыбка выглядела естественно. — Просто устала. Академия, новые впечатления.

Марк изучающе посмотрел на меня, но кивнул.

— Ладно. Если что... ты знаешь.

— Знаю, — я ткнула его легонько в плечо. — Беги уже, а то твою команду без капитана разгромят.

Он фыркнул, но развернулся и побежал к полю. Я перевела дух, чувствуя себя немного виноватой за ложь, но зная, что это необходимо.

Повернувшись к брусьям, я невольно скользнула взглядом по футбольному полю. И сразу же нашла его. Рей. Он стоял в центре поля, о чем-то споря с одним из своих приятелей, и его рыжая голова ярко выделялась на фоне зелени. Как будто почувствовав мой взгляд, он обернулся. Наши глаза