Архангельские былины и исторические песни, собранные А. Д. Григорьевым. Том 3 - Александр Дмитриевич Григорьев

А поехал стороной, уш не дорогою:

А темны-де лесы конь промеш ноги берёт,

А дыбучия болота перерыскиваёт,

50. А глубокия реки конь перескакиваёт.

Выехал Илеюшка на шоломя окатисто

Да на то же на шоломя, круту гору.

А зрил-де, смотрел во трубочьку подзорную.

Да завидял Илеюшка Резань-горот;

55. А ф том же Резани да славном городи

Ф том же народу да много множество:

А конны-ти едут темным лесом,

Пешоходом идут нарот станицеми,

Черным караблём бежат дак по синю морю.

60. Соскочил где Илеюшка со добра коня

Да спускат-де коня дак во чисто полё:

«Ище ой еси, конь да травяной мешок!

Ты ходи-тко-се, конь, да во чистом поли,

А своёго времени не прохажывай

65. Да миня доброго молоцца не забы́дивай».

А пошол-де тут старенькой пехо́тою —

А пехотою, ступью бродовою.

Да приходит-де старой во Резань-город

А к тому же г<к> Добрынюшкину к округу:

70. «А пустите-ко миня, рибятушка, подальше ф круг!» —

«Ище где же тибе старому пробратися?

Не тибе ишше, старой, дак не пробратися!»

Ище тут где старому за беду стало,

За великую досаду-досаду да показалосе:

75. Он на ту руку махнёт — да тут и улица,

А оверьницьсе где — да с переулками.

Да скочил-де старенькой во самой круг

Да схватил-де Добрынюшку за ворот.

Говорыл-де Добрынюшка таково слово:

80. «Не спросилсэ ты у гузна — ды за голову,

Не спросилсэ у молоцца — ды за ворот;

Я же тебя не беру наперёт за ворот,

Покуда с тобой дак не условились.

На твою ли пойдём, ли на мою пойдём?

85. На твою пойдём, я брошу, — на мою пойдём;

А на мою пойдём, ты бросиш, — мы розойдимсе!»[133]

А ясныя соколы слеталисе, —

Не удалы добры молоцци схваталисе.

Да боролись они да-день до вечора.

90. Тут же Добрынюшки за беду стало,

За великую досаду да показалосе;

Розгорелась у До/брынюши (так) горячя крофь,

Росходились у До/брынюши могучи плеча.

Да замётывал Добрынюша леву ногу,

95. Да потхватывал Добрынюша правой рукой —

Да бросил где старого о сыру землю:

Ишше пряшки серебряны фсе переломалисе,

А шпенёчки булатны перегибалисе,

Платьё веть жыляно фсё уш лопнуло.

100. Поднимаёт он старого на резвы ноги.

Говорил где тут старой таково слово:

«Ище ой еси, Добрынюшка Микитиц млад!

Не на однакого, Добрынюша, навернисьсе!

Да поди-ко, Добрынюша, своей матушки;

105. Ишше пей где, ты еш кашу варёную,

А слушай, Добрынюша, говорёному!»

Да лишной народ дак росходицьсе стал,

А конной народ дак розъежжацьсе стал.

А пошол где Добрынюша своей матушки;

110. А пошол где Илеюшка во чисто полё

Да искать-де своего коня бодрого.

Да нашол-де своего коничка бодрого

Да поехал где Илеюшка во своё место.

Да приехал где Илеюшка в горот Муров жэ.

115. А стал нарот у ёго уш спрашивать,

А стал нарот у его выведывать:

«А с кем же ты, Илеюшка, боролсэ там?..» —

«Да боролсэ с удалым да добрым молоццом

А с тем же Добрынюшой Микитичом;

120. А бросил-де Добрынюшка о сыру землю!»

121. Да народу тому дак это не любо.

392. Рождение, молодость и бой Сокольника с Ильей Муромцем

Из-за морюшка-моря да было синего,

Из-за полюшка-поля да было чистого,

Из-за камешка-камешка горючего

Да от той от вдовы да у Златыгорки

5. А родилсе у вдовы одинакой сын.

А ревёт он, ревёт да по-звериному,

А шыпит он, шыпит да по-змеиному,

А крычит он, крычит дак по-тотарьскому.

А начал ходить на улицю шырокую;

10. А шутки шутил дак не хорошыя:

А ухватит-де за руку, — рука уш прочь,

А ухватит-де за ногу, — нога уш прочь,

Посерёдки ухватит, — да жывота лишит.

Да рибята-ти звать стали сколотныем.

15. Он приходит же да к своей матушки:

«Уш ты ой еси, мать моя родимая!

Ишше где же веть мой-от как батюшко?» —

«Да батюшко уехал да за синё морё

Да во тоё во славноё Чернигово». —

20. «А ты спусти-тко, спусти искать уш батюшка!» —

«А батюшка твоёго жывого нет!»

А ребята фсё ишше зовут сколотныем.

«Ты спусти-тко, спусти меня искать батюшка

А во то же во славноё Чернигово

25. Да во далечо-далечо да во чисто полё».

Говорила ёго родима матушка:

«Как поедёш во славноё Чернигово,

Как во далечо-далечо да во чисто полё, —

А сретитсе тебе удалой молодець:

30. А конь где белой да наубел весь бел,

А хвост-де грива да научерн-черна,

Научерн-черна, да голова седа,

Голова-та седа, дак борода бела.

Слезывай з добра коня, бей цэлом о сыру землю

35. Да ниско ему да ноньце кланейсе!»

Да поехал-де Сокольницок во чисто полё

Да во тоё же во славноё Чернигово.

А ездит-гулят дак по чисту полю:

А мечот он сабельку вострую

40. А повыше где лесу да лесу темново

А пониже-пониже облака ходечево,

А потхватыват сабельку едной рукой;

А мечет-де палицю буёвую

А повыше-повыше да лесу темного

45. А пониже-пониже облака ходячого,

А пот(х)ватыват палицю буйной головой:

«А лёкко я владею да саблей вострою,

А лёкко я владею паличей буёвою, —

А так же владеть бы мне Ильей Муромцём!»

50. А видят из города из Киева:

А ездит-гулят дак доброй молодець,

Ище ездит-гулят дак потешаицьсе,

Небылыма словесами сам похваляицсэ.

«Да кому из нас, браццы, ехать по чисту полю?

55. Да хто такой ездит по чисту полю:

Да удалой ли ездит да доброй молодець

Ли та полениця преудалая?

А поежджай-ко, Алешенька Поповичь-то!»

Говорыл-де Добрынюшка Микитичь млад: