Архангельские былины и исторические песни, собранные А. Д. Григорьевым. Том 3 - Александр Дмитриевич Григорьев

class="v">245. Тут хватал Михайлушко Щкурлака за ноги,

Ище начал он Щкурлаком помахивать.

А куды он махнёт — дак тут и улиця;

Оворотитьсе Михайлушко — с переулками.

А да добилсэ Михайло до палици буёвое

250. И выхватил палочьку боёвою,

А он начял как палочькой помахивать;

А куды он махнёт — да тут и улиця;

Оворотицьсе Михайло — с переулками.

Добилсэ Михайлушко да (до) добра коня,

255. А выхватил Михайло да нонь добра коня,

Как заскакивал Михайлушко нонь на добра коня, —

А начял по силочьки он поеждживать,

Он начял-де силочьку он потаптывать.

Добилсэ он нонь до сабельки вос(т)рое,

260. А выхватил он да сабельку вос(т)рую —

А начял как сабелькой помахивать.

И добилсэ до копья до бурсоменьского, —

Ище начял он силочьку помахивать,

Ище начял-де силочьку порубливать.

265. Ище выломил у сабельки тры щорбика:

Ище первой-от щорбицёк — как гром громит,

А фторой-от щорбицёк — как змей шыпит,

А третей-от щорбицёк — как ерети́к скрыжёт.

А прошла тут-де вёсточька ф три манастыря,

270. А прошла тут славушка ко оццу ево.

А услы шал отец да ево батюшко,

Що много было у Щкурлака силы бито;

А пошол-то богатырь с келеи,

А пошол-де он нонь да во чисто полё.

275. А поехал Михайло да настречю ему.

А идёт-то богатырь, розговарыват:

«Уш ты здрастуёш, поганоё нонь Скурлачишко!

А скажи-тко-се ты, да где мой сын убит,

А <г>де мой сын-от убит, да <г>де убит лежит?..

280. А фсю я силочьку огнём сожгу

А огнём-де сожгу да головней спалю!»

Слезывал тут юдаленькой доброй молодець,

Слезывал молодець да со добра коня;

А падал он ёму во резвы ноги:

285. «Уш ты ой еси, батюшко родименькой!

Прости-тко меня да парня глупого,

Прости глупого меня да неразумного:

А я поехал-де нонь я да во чисто полё,

Ище не взял у батюшка бласловленьиця!..»

290. Говорил ему Данило да во фторой након:

«Уш ты ой еси, удалой да доброй молодец(ь)!

Скажи-тко, где мой да сын убит лежит?..»

А падал Михайло да во фторой након:

«Уш ты ой еси, батюшко родименькой!

295. А прости-тко меня парня глупого:

А поехал-де я во чисто полё,

Ище не взял у батюшка бласловлень(и)ця!..»

А тут у ёго могучи плечя росходилисе,

А горечяя крофь да закипела же,

300. А очи ясны у его да сомутилисе, —

Говорил-де веть он да таково слово:

«Уш ты ой еси, моё да чадо милоё

А милоё чадо моё любимоё!»

А тут же у<о>ни да поздоровались.

305. А взял он у батюшка бласловлень(и)цо

А напретку-де ездить во чисто полё.

А да поехал Михайло ко князю Владимеру.

Приежджает ко князю да ко Владимеру,

Приежджаёт ко князю да ко красну крыльцю

310. А вяжот коня доброго да золото кольцё.

А пришол он ко князю да ко Владимеру

А пришол-де ко князю да ф светлу светлицю:

«Уш вы здрастуйте, фсе удалы да добры молоцьци!

Уш ты здрастуй, Владимер стольнекиевской!

315. Ище съездил-де я да нонь во чисто полё;

Ище фсю я как силочьку повырубил,

Ище фсю я-де силу конём повытоптал

А списал ету силу на востру сабельку;

А выломил у сабельки три щорбика:

320. Первой-от щорбичок как гром громит,

А фторой-от щорбичок как змей шипит,

322. А третей-от щорбичок как еретик скрежот!..»

Фофанова Марья Григорьевна

Марья Григорьевна Фо́фанова — крестьянка дер. Азаполя, среднего роста, 29 лет. Она была замужем 5 лет, но теперь уже второй год вдовеет. После смерти мужа у нее на руках остался ее малый сын и четверо детей от первого брака ее мужа: 2 сыновей и 2 дочери. Так как малые-дети оказывают не много помощи, то ей одной приходится управляться с домом, полем и пожнями. Она пропела мне 4 старины: 1) «Князь, княгиня и старицы», 2) «Отьезд Добрыни и неудавшаяся женитьба Алеши Поповича», 3) «Голубиная книга» и 4) «Рождение, молодость и бой Сокольника с Ильей Муромцем». Старинам она выучилась у своего покойного отца, крестьянина этой же деревни. Она слыхала много старин, но знает их по большей части в кратком виде. Во время моего пребывания в деревне она должна была с зари до зари работать на пожне, поэтому у нее было мало времени для пения, а то бы она вспомнила еще что-нибудь; ранее она знала старину про Илью Муромца. Первые три старины я записал у нее поздно ночью, когда она усталая вернулась с работы, а последнюю утром на следующий-день, когда она еще не успела отправиться на работу и обряжалась с коровами и обедом.

386. Князь, княгиня и старицы

(См. напев № 46)

Уш ты ой еси княсь да девеноста лет

И выбирал себе кнегину да девити годоф,

Девети годоф — да лет двеннаццэти.

И тут поехал княсь да во цисто полё,

5. И во цисто полё да во роздольицо.

Ему сретилось да три манашыны:

«И ты придёш, княсь, да к шыроку двору,

И к шыроку двору да ко красну крыльцу —

И прывяжи добра коня да г<к> золоту кольцю.

10. И тут те выскоцит кнегинка да девети годоф

И-девети годоф — да лет двенаццэти,

И бес цюлоцикоф, в одных башмациках,

И бес летницька, в одной рубашоцьки.

И ты выми, княсь, да саблю вострую, —

15. И ты секи по плець да буйну голову.

И отвези кнегину да во цисто полё,

И во цисто полё да во роздольицо —

И церным воронам да ты на курканьё,

И белым лебедям да на изжо́ранъё.

20. И ты придёш, княсь, да к шыроку двору.

И ф перву горьницю зайдёш, — да колыбель веснёт,

И в фтору горьницю зайдёш, — да как друга веснёт,