Владыка забвения: Железная Воля - Елена Червоная

запастись едой и водой, прежде чем отправляться к Песчаным Когтям. Это место не внушало доверия — даже само его название звучало как предупреждение. Демоны, конечно, могли обходиться без пищи и воды дольше смертных, но слабость и голод не щадили никого. Разделив последние запасы с жеребцом поровну, она уже чувствовала, как ее слегка покачивает. Горгоны не сочли нужным расщедриться на достаточное количество провизии.

Когда наконец показалась столица, Иви не встретила привычные пестрые одежды и зелень. Город, некогда гордый и богатый, больше напоминал трущобы. Там, где раньше возвышались крепкие постройки, теперь теснились шатры, сколоченные из кусков ткани, грубых полотен и шкур, натянутых на искривленные деревянные опоры. Узкие проходы между ними с трудом позволяли разойтись двум людям. А там, где люди — там и опасность.

Ее ноги волочились по песку, кожа на них саднила. Иветта надеялась найти хоть какое-то укрытие, передохнуть, но стоило ей оглядеться, как стало ясно — в Тахаре ей не рады. Из-под замотанных лиц на нее смотрели настороженно, с нескрываемым осуждением. Здесь она чужая. Атмосфера была напряженной, и казалось, стоило сделать неверный шаг — и это обернется чем-то куда более опасным.

— Иви, тут должен быть рынок. У тебя есть немного монет? Можешь обменять их на местную валюту? — внезапно отозвался Нортон.

Иветта была такой уставшей, что не ответила, просто молча побрела к лавкам. За одной из них сидел мужчина средних лет, укутанный в пыльный бурнус. Перед ним, на потрепанном деревянном прилавке, лежали плоские, засохшие от жары лепешки, сложенные неровными стопками, и сушеные черви в глиняной пиале. Рядом стояли тарелки с чем-то, что напоминало кашицу из перетертых корней. Пахло кисло и слегка затхло.

— Извините, не подскажете…

— Проваливай отсюда! — внезапно рявкнул продавец, хлопнув по прилавку так сильно, что стопка лепешек разлетелась.

Вздрогнув, девушка сжала зубы, но ничего не ответила, поторопившись прочь. Лучше не привлекать внимания.

Следующий прилавок оказался еще более убогим. Грузный мужчина в выцветшей рубахе сидел за столом, его лицо было укрыто пожелтевшей от времени тряпкой, оставляя на виду лишь покрасневшие глаза. Перед ним лежали скрученные полоски вяленого мяса — темного и твердого, словно древесина. Рядом валялись жареные ящерицы с подпаленными хвостами, а чуть поодаль лежали мелкие насекомые, покрытые красной приправой.

— Прошу прощения, вы знаете, где…

— Если не собираешься покупать — убирайся, — оборвал он ее, даже не взглянув.

Так Иви подходила еще к нескольким торговцам, но каждый раз слышала одно и то же — грубые окрики, раздраженное ворчание или полное молчание, сопровождаемое подозрительными взглядами. Одни махали руками, прогоняя ее, другие бросали вслед тираду брани, третьи просто отворачивались, делая вид, что ее не существует. Она чувствовала, как внимание к ней растет. Сначала чужестранку замечали только те, к кому она обращалась, но вскоре на нее уже смотрели почти все.

И вот, когда надежда уже почти угасла, в шуме базара пробился хриплый голос:

— Дам два сэкена за пять ксалир, — произнес старик, его блеклые глаза скользнули по исхудавшему жеребцу. — И десять за коня.

Иветта резко повернулась к нему, нахмурившись.

— Всего два? И еще и коня хочешь? Не много ли ты себе позволяешь, развалина? — оскорбленно фыркнула дьяволица.

— Иви, соглашайся, — надавил на нее Нортон.

— Никто не даст тебе больше, — продолжал убеждать старик. — А твой конь не дотянет и до утра, если не дашь ему еды и воды сейчас. Мой тебе совет — уноси ноги побыстрее, если не хочешь нарваться на неприятности. — Он немного замялся, словно обдумывая что-то, а затем добавил: — Еще дам тебе ткань, чтобы закрыть лицо.

Тяжело вздохнув, Иветта потерла переносицу и устремила взгляд куда-то за торговца. Там, через два шатра, стояли трое мужчин. Они не двигались, только молча смотрели, и от этих взглядов по ее спине пробежал табун мурашек. Их лица были скрыты под цветными тканями, оставляя лишь узкие прорези для глаз, наблюдавшие за ней, словно за добычей. Один из них, самый высокий, переступил с ноги на ногу, и под балахоном мелькнула рукоять кривого ножа. Другой склонил голову чуть вбок, будто уже решал, стоит ли оно того.

— Ладно. По рукам. — отводя взгляд, Иви высыпала скудную горсть монет и получила взамен еще меньше. Затем протянула поводья старцу, прощально похлопав жеребца. — Спасибо. — Она спрятала сэкены в карман и бросила взгляд в сторону мужчин, но те уже исчезли.

Замотав лицо в серую тряпку, подражая местным, Иви направилась к лавкам с едой. В одной из них она наполнила флягу мутной водой, в другой купила пару странных лепешек. Отойдя подальше, демоница села прямо на песок, спрятавшись между шатрами. Стянув ткань с губ, открыла жестяную крышку фляги и жадно припала к горячему горлышку. Температура была невыносимой, пот катился по ее лицу, пропитывая ткань. Жидкость приятно скользнула по горлу, смывая проглоченные песчинки.

— Что делать, Норт? Все жители Харразана какие-то… дикие. Я не уверена, что найду место для ночлега.

Сейчас больше всего Иви мечтала о купальнях или хотя бы бочке с прохладной водой, но приходилось использовать ценный ресурс с умом. Она подняла руку и осторожно понюхала себя. Запах был далек от приятного, и девушка невольно поморщилась. Хорошо, что Нортон этого не ощущал, а вот окружающие — вполне.

— Нужно затеряться среди местных. Не удивительно, что люди обозлились после бедствия. — ответил ей Мессия, мягко резонируя с пульсацией черного кристалла на ее груди.

— Легко сказать. Пара монет, вонь как от мертвяка и светлая кожа! Я тут как белая ворона. Нужно двигаться дальше, — Иветта впилась зубами в серую лепешку, надеясь откусить кусок. Тесто оказалось жестким, и когда она наконец разорвала его, следом потянулась тягучая начинка.

Она начала жевать, стараясь не вглядываться в содержимое. Но взгляд сам скользнул вниз, и в месиве начинки показались лапки насекомых. Тошнота подкатила к горлу, но дьяволица лишь крепче стиснула зубы. Головокружение не отпускало, а тело требовало пищи. Есть хотелось слишком сильно, чтобы думать о том, что именно она ест.

— Фу-у… — протянула она, заталкивая лепешку в рот целиком и почти не жуя, поспешно запила ее водой.

— Сочувствую, — прокомментировал Норт, даже не желая представлять вкус этого сомнительного блюда.

Закончив трапезу, Иветта с трудом поднялась, немного пошатнувшись. Она пыталась настроиться на еще один изнуряющий переход. Норт был прав — Харразан был идеальным местом, чтобы затеряться, но одним из худших, чтобы выжить.

Палатки уже не привлекали внимания, а сливались в однообразную рябь перед глазами, когда она осматривала местность. Игнис почти скрылся за кровавой полосой горизонта, и