Жизнь Дениса Кораблёва. Филфак и вокруг: автобиороман с пояснениями - Денис Викторович Драгунский

Пиво открывали ключами от квартиры, или хитро сложенными двумя столовскими вилками, или просто прижав край пробки к дверной ручке или радиатору отопления – и хлопнув сверху свободной рукой. Отсутствие нормальных открывалок приводило еще к одной неприятности: вместо того чтобы вытащить пробку, ее пальцем пропихивали внутрь бутылки. Такие бутылки не принимались. Однако находились умельцы, которые вытаскивали эти пробки тонкой проволочной петлей. Или даже шнурком от ботинок. Сам видел!

Теперь бутылки практически не сдают. Невыгодно. За бутылку дают от сорока копеек до рубля пятидесяти. Сами считайте, сколько надо сдать, чтоб наскрести на пиво.

Сетевая колбаса

Так в жаргоне советской номенклатуры (точнее, номенклатурных жен и дочек) называлась колбаса для народа. Та, которая продавалась в торговой сети, в общедоступных магазинах. С точки зрения номенклатуры, ее нельзя было есть (и вправду, там было многовато целлюлозы). Есть надо было колбасу, изготовленную в спеццехе. В таких спеццехах делали еще и сигареты особо высокого качества, и специальные сушки к чаю, которые даже в Центральном Комитете КПСС полагались не всем. Завотделом ЦК – это царь и бог, вершитель судеб для отрасли, которую он курирует. Но вот сушечки у него попроще, не такие нежно хрустящие, как у члена Политбюро. И это не анекдот, это правда.

Слесарь-сантехник

Демоническая фигура советской жилищно-коммунальной сферы, владыка кранов, раковин, ванн, унитазов, патрубков, сальников и сгонов. Он всегда мрачен или издевательски весел, он занят, он на другом заказе, его не дозовешься, он заламывает цену, он требует бутылку, он уходит, оставив капающий кран, и его надо догонять, хватать за рукав, заглядывать в глаза, сулить деньги и выпивку. Он прославлен в монологах Аркадия Райкина и в фильме Данелии “Афоня”.

Снабженец

Младший брат “толкача” (см. ниже). Поставки сырья и оборудования на советские заводы производились по плану, но этот план часто не выполнялся, поскольку в экономике царил дефицит (см. выше). Снабженец (официальное название – агент по снабжению) должен был обеспечить родной завод всем, что ему недодали. Трудная задача. Иногда для этого надо было колесить по стране и вступать в неформальные отношения с поставщиками.

Снабжение

Система поставок товаров в магазины. Но в разных городах и даже в разных районах оно было разным. Московское снабжение не сравнить с ярославским. Часто говорили: “У нас в районе хорошее снабжение”, – и правда, в центре города снабжение было лучше, чем на окраинах. Ну а самым прекрасным было спецснабжение в маленьких полузакрытых городках, военных или научных.

Высшей ступенью спецснабжения были спецраспределители, где самые лучшие товары по весьма щадящим ценам продавались высшим чиновникам и членам их семей, и вход туда был по пропускам.

Советский секс 1970-х

В СССР секс, конечно же, был. Даже само слово “секс” как обозначение некоего отдельного явления – отдельного от любви, семейной жизни и даже от морали – появилось как раз на рубеже 1960–1970-х. В популярнейшей пьесе Михаила Рощина “Валентин и Валентина” один персонаж говорит: “…любовь закрепощает, начинаются всякие мучения, то, се, любовь – кабала, а секс – свобода”.

Конечно, говорить о “советском сексе” вообще – нельзя. Уж больно велика и разнообразна была наша страна. Правильнее говорить о русском городском сексе 1970-х. Его чисто советская специфика заключалась в доступности и дешевизне. Это было нечто вроде пресловутого “равенства в бедности” или столь же пресловутого батона за тринадцать копеек – в крайнем случае, за двадцать пять. Но других батонов (скажем, за рубль сорок, для особо утонченных гурманов) в продаже не было. Конечно, “доступный” не означает “обязательный”. В СССР курево было более чем доступно – но курили далеко не все.

Поиск или смена сексуального партнера вне или помимо брака в 1970-е годы не были проблемой – ни для мужчин, ни для женщин. В распоряжении советского человека был весь спектр добрачных и внебрачных связей: служебные серьезные романы и легкие приключения; адюльтеры, двоеженства и двоемужества; студенческие, пэтэушные, фабрично-общежитские, стройотрядовские, “картошечные”, походно-туристические развлечения; не забыть о выездных научных конференциях, комсомольской и партийной учебе, курсах повышения квалификации. Столь же разнообразно было душевное содержание – от признаний в любви до популярной фразы “Мы же взрослые люди! Кому от этого хуже?”

Теперь о дешевизне. Ухаживания в те времена не стоили ровным счетом ничего, буквально ни копейки. Можно было не платить за кино и мороженое, не дарить букетиков, конфет и книжек и уж конечно не водить в кафе (поход в кафе – вообще безумная роскошь и вместе с тем – головная боль: кафе мало, у дверей очереди). Можно было, разумеется, и платить, и дарить, и водить – но это не ускоряло процесса. Презрение по отношению к тем, которые “дают за подарочки” или “за ресторан”, было весьма сильным. Главным в отношениях было бескорыстие.

Отчего же секс был недорог в денежном выражении? Не только из-за всеобщего культа бескорыстия. И не только из-за номинальной дешевизны советской жизни. Главное – из-за низких издержек. В наше время подготовка к свиданию может влететь девушке в серьезную сумму: парикмахерская, солярий, эпиляция. А также другие вклады: косметика и духи, красивое белье. Издержки должны быть покрыты.

Ничего подобного в 1970-е годы не было. Одна пожилая писательница рассказывала: “В 1930-е годы девушка перед свиданием мыла голову – вот и вся косметика”. Конечно, в 1970-е годы у девушки была и помада, и тушь для ресниц, и тени для век, и духи, и дезодорант, и даже иногда какой-никакой крем для рук. Но тем не менее подготовка тела к сексу стоила очень дешево. Душились и подкрашивались независимо от сексуальных планов на вечер. Не было ни фитнес-центров, ни соляриев, ни эпиляций, ни пилинга, ни антицеллюлитных процедур. Спектр парикмахерских услуг был куда скромнее, к косметичкам ходили немолодые дамочки, маникюр почти все делали себе сами (и никакого наращивания ногтей!), а педикюр – даже самостоятельный – был не очень-то распространен. Красивое белье было отдельной проблемой – почти неразрешимой и оттого неактуальной.

Так что давайте скажем правду: в 1970-е годы тело к сексу вообще не готовили. Да и мыли его сравнительно редко. Хотя число квартир с горячим водоснабжением неуклонно росло, люди еще долго сохраняли привычку к еженедельной помывке. В тогдашних книгах по домоводству было написано, что душ нельзя принимать чаще одного раза в неделю: возбуждает нервную систему.

Поэтому само тело и его ближайшее покрытие выглядело так себе – и у женщин, и у мужчин. Пятки были пошорхлые, ногти на ногах неухоженные, бывало и с темной каемкой. Чулки застиранные и зашитые-заштопанные, белье тоже заношенное